Демон-4

Горъ Василий

...Первые признаки того, что программа подготовки написана не просто так, Тишкин почувствовал на пятый день полета - после невесть какого повторения очередного упражнения он вдруг ощутил себя не майором Вейд-Ис-Майном, а тем самым 'тестовым' лейтенантом Ори-ис-Адилем, перевоплощение в которого у него никак не получалось. Для того чтобы убедиться в смене образа, Саша даже отключился от 'Альтернативы', и, выбравшись из 'саркофага', посмотрел на себя в зеркало. И тут же удивленно приподнял правое плечо: за три часа, проведенные в измененном состоянии сознания, его тело, наконец, 'поплыло'.

Во-первых, изменился рост и телосложение: Ори-ис-Адиль стал на добрых десять сантиметров ниже, заметно тщедушнее и превратился в 'щенка', не достойного даже личного оружия. Во-вторых, у него изменилась окраска чешуи. Родовой серо-стальной цвет и черная кайма по краю хитиновых щитков куда-то исчезли, и чешуя стала отливать серо-зеленым. В-третьих, изменилась пластика движений - в отличие от майора, прошедшего огонь, воду и медные трубы, лейтенанту явно не хватало настоящей школы рукопашного боя. И чуть ли не каждое движение 'образа' выдавало в нем потенциальную жертву...

Естественно, изменения затронули не только внешний вид - стоило Тишкину вернуться в 'саркофаг' и включить воспроизведение тестового голофильма, как он вдруг ощутил, что горбится: при виде какого-то вшивого капитана 'лейтенант Ори-ис-Адиль' автоматически попытался принять предписанную уставом позу подчинения...

...
– А вот нормально летать я так и не научился...
– сокрушенно вздохнул Тишкин, намертво принайтовив свой скафандр к двери шлюза и попытавшись углядеть, чем занят подполковник Волков.

– Насколько я понял объяснения генерала Харитонова, навыки пилотирования сотруднику горно-обогатительного комбината ни к чему...
– тут же отозвался пилот, судя по всему, как раз завершающий предполетные тесты трофейного корвета.
– Твоего базового курса Академии ВКС хватит за глаза...

– Угу... Это в теории... А как все сложится в этом чертовом Маат'оре - никто не знает...

– Ну, поделиться своими навыками я не смогу...
– усмехнулся Виктор, - А вот скинуть программу подготовки ребят Четвертой Очереди - легко. Будет время - проанализируешь...

– Спасибо! Шли - лишней информации не бывает... Кстати, ты бы не мог дать мне постоянную телеметрию со своего шлема? А то тупо висеть на этой двери все время прыжка до Дейр'Волл'Эст, и весь ваш бой с эскадрой охраны комбината мне будет чертовски скучно...

– Дам, конечно... Что-нибудь еще?

– Неа!
– увидев перед глазами тактический экран 'Стража', улыбнулся Тишкин.
– Кстати, а ведь ты вот-вот исполнишь мою несбыточную мечту - полетать в одном истребителе с настоящим Демоном...

– Это разве истребитель?
– фыркнул Волков.
– Вот вернешься из своей командировки - покатаю тебя на 'Беркуте'...

– Желательно, чтобы я был в этом теле...
– расхохотался Тишкин.
– А то мое настоящее мне дорого, как память. И я бы не хотел, чтобы оно случайно превратилось в отбивную...

– Как скажешь...
– отозвался Волков, и, выйдя в эфир, рявкнул: - Всем Демонам! Готовность к разгону - одна минута... 'Неистовый'! Повторяю еще раз: при появлении любого Циклопа уходите на Лагос. Немедленно...

...Смотреть

на маневры Большого Демона из пилотируемого им истребителя оказалось завораживающе интересно: количество информации, которую одновременно выдавалось пилоту БК-ашкой, в разы превышала то, на что был способен интерфейс стандартного общевойскового скафандра. Поэтому несколько минут после всплытия в системе Дейр'Волл'Эст Тишкин никак не мог понять, что именно происходит вокруг их машины. Россыпь алых и зеленых меток вокруг корвета постоянно меняла свое положение, а пиктограмма горно-обогатительного комбината оказывалась где угодно, кроме места, куда оказывался направлен нос их корабля. Кроме того, на нервы действовали десятки вспомогательных окон интерфейса, в которых отображались сотни каких-то показателей, крайне необходимых пилотам в бою. Потом алые метки чужих кораблей вдруг оказались совсем близко, и Александр вообще перестал что-либо понимать в маневрах своих и чужих кораблей, мелькании меток сотен боевых частей торпед, мельтешении разного рода обломков, 'обманок' и управляемых мин.

Через вечность его внимание вдруг привлекла единственная постоянная величина в этом безумном калейдоскопе - взаимное положение корветов Волкова и Орловой. Машина Тени повторяла самые безумные маневры своего ведущего так, как будто являлась его частью. И как будто ей было наплевать на законы физики.

Пара минут наблюдения - и таких 'реперных отрезков' стало пять. А когда в ОКМ-е раздался очередной безумный комментарий Линды Горобец, Тишкин вдруг догадался абстрагироваться от мелькания разноцветных пятен, полосок и колонок бегущих перед глазами цифр, и... он понял, какое количество вражеских кораблей необходимо сжечь Демонам, чтобы добраться до комбината. А потом перед ним возникла цельная картина космического боя...

Правда, практически в ту же секунду он почувствовал еще и страх: оказывается, за время, прошедшее с последнего появления в системе Дейр'Волл'Эст корабля-разведчика, количество кораблей прикрытия горно-обогатительного комбината увеличилось вдвое. И теперь десяти корветам Демонов противостояла эскадра не из восемнадцати, а из тридцати шести вымпелов. В составе которой оказалось два крейсера вместо одного.

Впрочем, ощущение уязвимости своих корветов пропало достаточно быстро: стоило какому-то из звеньев уронить первую пару вражеских кораблей, как Александр почувствовал, что его захватывает горячка боя. И еле удержался от воинственного вопля...

...Как и в большинстве уже виденных им голофильмах, Демоны не обращали никакого внимания на численное преимущество противника. И атаковали вражескую эскадру так, как будто были абсолютно неуязвимыми. Трудно сказать, как они умудрялись выживать во время взрывов БЧ вражеских торпед. Однако, выскользнув из очередного облака поражающих частей боеголовок, Демоны снова устремлялись в атаку. И жгли, жгли, жгли... Малейшая ошибка со стороны противника - и торпеды, срывающиеся с оружейных пилонов их кораблей, впивались в корпуса, двигатели и надстройки вражеских кораблей. Превращая их в россыпи разлетающихся в разные стороны кусков металла. И заставляя Тишкина скрежетать зубами и сжимать и разжимать кулаки...