Демон-босс

Салах Алайна

— Во-первых, перестаньте мне тыкать. Я вижу вас во второй раз в жизни. То, что мы с вами по-разному понимаем профессионализм, не дает вам права меня оскорблять. Это во-вторых. В-третьих, я с большим уважением отношусь к институту брака, но не считаю, что после развода бывшие супруги обязаны отчитываться друг перед другом о своих связях. Сколько бы счастливых лет они вместе ни прожили.

Последнюю фразу я говорю с иронией. Невозможно жить счастливо пятнадцать лет, а на шестнадцатый вдруг решиться развестись.

— У нас с Игорем тонкая душевная связь,

которой ни вам, ни кому-то другому не понять, — приложив ладонь к пышной и подозрительно высокой для ее возраста груди, проникновенно произносит Анжела. — Ты… То есть,вы, знали, что у него была язва? Это я ее вылечила. Следила за его питанием, не позволяла есть мяса. Это было очень непросто, но наша семья справилась. Развод был недоразумением, и вчера Игорь сам это признал. Ему не хватает меня, это точно. А мне не хватает его. Я вижу, что вы чуткая, порядочная женщина, Люба. Оставьте моего мужа в покое. Вы еще обязательно встретите того, кто поможет вам скрасить старость. Тот мужчина, который сидел с вами в ресторане — вполне себе симпатичный и явно к вам неравнодушен. Не упустите его. У меня чутье на хорошие пары. Да-да. С ним вы сможете стать очень счастливой.

От свалившегося на меня бессвязного потока слов начинает болеть голова. Чем я такое заслужила? Тем, что по доброте душевной угостила Жданова пирогами?

— В советах касательно моей личной жизни не нуждаюсь, спасибо. Что касается Игоря Вячеславовича, можете быть спокойной. Попыток с ним сблизиться я не предпринимала, и не собираюсь предпринимать. В этом смысле я довольно старомодна и считаю, что инициатива должна исходить от мужчины.

— Понимаю, о чем вы, — неожиданно тепло произносит Анжела. — Но знаки внимания от Игоря не стоит воспринимать всерьез. После развода он пытается мне доказать, что все еще востребован у женщин. Бедняжка. Мужчины очень тяжело переносят угасающую потенцию.

Нет, это уже определенно слишком. Слушать про потенцию Жданова в своем кабинете я не намерена. Как и терпеть присутствие этой странной женщины.

— Пять минут истекли, — сухо говорю я, кивая на настенные часы. — Мне нужно продолжать работать. Вам всего доброго.

— Ладно. — Анжела еще раз оценивающе оглядывает меня с ног до головы. — Вы кстати, интересная женщина. Вам бы немного лоска добавить и стали бы конфеткой.

Только воспитание не позволяет мне расхохотаться ей в лицо. Есть речь идет о лоске, которого с избытком в ней, то я, пожалуй, пас.

Как только дверь за ней закрывается, я даю себе минуту на то, чтобы отдышаться и снимаю трубку.

— Олег Евгеньевич, это снова я. Нет, Жданову еще не звонила и звонить не буду. На это есть отдел продаж. Если хотите — можете увольнять.

31

— Любовь Владимировна, — елейно воркует секретарша Шапошникова. — Вам снова цветы привезли.

Я обреченно прикрываю глаза. Кто бы мог подумать, что в свои сорок буду так негодовать из-за мужского внимания. В офисе только-только перестали обсуждать визит бывшей жены Жданова, как он предоставил

новый повод для сплетен. Все-таки скучная я женщина. Мне бы спокойной жизни подавай, а не вот это вот все.

— Будьте так добры вернуть букет отправителю, — сдержанно говорю я.

В трубке повисает шокированная пауза.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Но цветы от Жданова Игоря Вячеславовича, — возмущенно пищит Оля. Мол, вы, что Любовь Владимировна, с дуба рухнули такому мужчине отказывать?

Этот скрытый упрек неожиданно выводит меня из себя. Да что они все с этим Ждановым как помешались? Да, импозантный, да, сильно обеспеченный. И харизма, надо признать, имеется, и сильная. Но это вовсе на накладывает на меня обязательства принимать его ухаживания и мириться с батальоном алчущих поклонниц.

— Да хоть от Папы Римского, — отрезаю я, перед тем как повесить трубку. — Мне работать нужно.

Работы невпроворот, а я уже третий день не могу ни на чем сосредоточиться. Слишком сильно забурлила моя размеренная жизнь, к чему я совсем не была готова. Отпуск, что ли взять? Я уж грешным делом надеялась, что Шапошников меня уволит после отказа вести переговоры, а он, пес старый, поворчал, но не уволил.

Телефон бешено трезвонит. Обуреваемая дурными предчувствиями, я лезу за ним в сумку и ожидаемо вижу на экране номер Жданова.

Нет, ну он истинный герой любовного романа. Невыносимо богат, невыразимо брутален и жутко настойчив. На его истинную пару я не тяну. Мне в своем амплуа трусливой милфы слишком комфортно.

— Да, Игорь Вячеславович, — чеканю я, внутренне подобравшись.

— Ну, инженерка Люба. Даже не упомню, когда мне так рьяно приходилось за женщиной увиваться. Я к ней в дверь - она в окно. Я в окно — она в дверь. Не знал бы тебя хорошо, подумал, что ты интернет-курсы прошла по соблазнению мужчин. Уже которое утро просыпаюсь с мыслью о тебе. Теперь отвечай, почему цветы обратно отправила.

Я невольно краснею. Все-таки опасный он мужчина. Приятностями сыплет так, что поверить хочется.

— От вашей настойчивости, действительно, порой уворачиваться приходится, — признаюсь я. — Цветы отправила обратно все по той же причине. Чтобы быть с вами честной. Будущего между нами я не вижу и предпочитаю оставить все как есть.

— Начинаю подозревать, что ты мне чего-то не договариваешь, — произносит Жданов после паузы. — Замри-ка на секунду, инженерка Люба. Сейчас будет блиц-опрос по рецепту моего зятя.

— Что, простите? — успеваю переспросить я.

— Отвечай не думая, говорю. Я тебе нравлюсь?

— Вы… — растерявшись, я комкаю лежащий передо мной листок бумаги. — В каком-то смысле нравитесь, но…

— Значит, нравлюсь, — перебивает Жданов. — Я в общем-то, не сомневался. В верности никому не клялась?

— Я… Да нет.

— Так и думал, что еврей идет мимо. Чего бегаешь от меня? Анжелы и Майи напугали?

— Напугали это не совсем верное слово.

— Понял, в них дело. Как и предполагал я. Всем хороша инженерка. Один недостаток - трусиха.