Демон-хранитель
Шрифт:
– Габриэль… Он… - выразительное лицо графа приобрело то самое мечтательное выражение, которое было присуще и самому демону. Особенно на протяжении двух последних лет.
– Вот как, - хмыкнул Балтазар.
– Ван Хелсинг, значит. Он убьет тебя раньше, чем ты успеешь сказать какую-нибудь глупость, вроде: «Я никогда больше не буду пить кровь и встану на светлый путь исправления, поправ прошлое, дабы устремиться…»
– Прошу тебя.
–
– Мне не нужно твое сводничество! – наконец, буйный темперамент Цепеша, который в пятнадцатом веке пересажал на кол половину населения Валахии, взял верх над лощеной манерностью и приличиями.
– Я лишь прошу помочь найти его.
– Тебе надоело бессмертие?
– иронично поинтересовался Балтазар, призывая толстостенный стакан с виски.
– Не один я обладаю скверной привычкой жаждать любви врага. Насколько мне известно, Их Высочества…
– Хватит, - обронил демон, недобро глядя поверх бокала.
– Хоть ты мне и родственник, а хамства я не терплю по-прежнему, Влад. Почему бы тебе самому не поискать?
– Уже. Я перевернул чертов мир вверх дном!
– Как давно это было?
– Да каких-то сто лет назад! Все! Притоны, дворцы, сточные канавы, пещеры. Ни следа!
– Как давно вы виделись?
– В 1888.
– Ммм… давненько. Как расстались?
– Я был еле жив. Девочки тоже пострадали.
– Очередная твоя глупость?
– Нет. Просто Габриэль давно ко мне подбирался…
– Даже охотники не живут дольше двухсот лет, Влад. Они уходят молодыми.
– Он переродится. Скоро. Я чувствую.
– Ооо! Вот в чем дело, - улыбнулся Балтазар, делая глоток.
– Вырастишь его сам, воспитаешь, как надо, а потом… лет, эдак, в шестнадцать: «С днем рождения, сынок, раздвигай ноги». Лихо. А как же твои жены?
– О, им и друг с другом не скучно в последнее время. И я не стал бы заставлять его…
– Сказал владетель Валахии, сажая на кол третью сотню крестьян, посмевших недостаточно низко поклониться своему господину. Ты не умеешь слышать «нет», Влад. Даже от меня. Я не обреку ни в чем неповинного ребенка на участь твоего бесправного наложника. К тому же рано или поздно природа возьмет свое. Он убьет тебя, Влад. Воткнет тебе в грудь кол в собственной постели, когда ты, разомлевший, пьяный от ласк, будешь особенно уязвим.
– Моя вечность оборвется на долгой, чистой, счастливой ноте, когда давно неживая душа сольется в сладкой муке с другой, такой близкой и одновременно – недосягаемой, разольется терпкой горечью, а тело рассыплется прахом. Я умру, глядя в ледяные глаза своего… - он вздохнул, тяжело опершись о каминную полку.
– Да ты поэт, - съязвил демон.
– Стоило ли жениться, да еще трижды?
– Не всем везет с первого раза, - зло бросил вампир.
– Мой ответ «нет». Дадим несчастному достичь семнадцатилетия, если он твой Исток, ты почувствуешь его, а дальше все будет зависеть от самого Габриэля… или как там будут его звать. Выращивать себе партнера я тебе не позволю, тем более, что он уже отверг тебя в прошлом. Это мое последнее слово. Более того, - оборвал демон возмущенного графа, - я запрещаю тебе приближаться к ребенку до его совершеннолетия, даже если тебе удастся обнаружить его раньше.
Тугая нить силы отделилась от правого брачного браслета Балтазара и обвилась вокруг запястья злого, как все демоны ада, Дракулы.
– Да будет так, - припечатал хозяин этого мира.
– Спокойной ночи, Влад.
Он легко поднялся, подхватив на руки крепко уснувшего Люциуса, и направился к двери. Северус, отложив какой-то старинный фолиант, последовал за ним.
– Ах, да, - уже на пороге демон вдруг обернулся.
– Если хоть у одного из моих супругов будут кошмары и всякие там… мороки, то… ты меня знаешь, Цепеш.
Взявшему себя в руки графу ничего не оставалось, как поклониться.
_______________________________________________
* Бальтазар — латинизированная форма библейского вавилонского имени Бел-шарр-уцур.
Валтасар — библейский персонаж, вавилонский царь, при котором Вавилон пал под натиском персов.
Глава 88 Огненный инкуб
В отведенных им апартаментах Балтазар аккуратно раздел крепко уснувшего Люциуса, а Северус тем временем обошел спальню по периметру, что-то бормоча по-эльфийски. Тревожные тени отползали в укромные углы, шторы перестали подозрительно шевелиться, а свечи – возмущенно трещать.
– Балти, я отогнал Тьму, но тебе все же лучше установить купол.
– Сейчас, помоги мне. Чертова дыра. Бедный мой Люци.
– Люци слишком… открыт для этого места. Лично мне здесь нравится. Я чувствую себя в безопасности!
– Еще бы, - сквозь зубы тихо сказал Балтазар, - это почти твое родовое поместье, мой принц. Только вот для Люци надо что-то придумать, а то он свихнется.