Демон-хранитель
Шрифт:
– Что-то не то с тобой происходит, Балти, - осторожно заметила демонесса.
– Я стал слишком много внимания уделять чужим проблемам, - хмыкнул Балтазар.
– Когда у меня были только мои мужья, было проще.
– Раньше ты жил затворником, держа своих избалованных мальчишек в полной изоляции. Это не создавало лишних проблем, но…
– Им было плохо со мной, да,
– вдруг спросил Балтазар, не оборачиваясь.
– Я лишил их родины, общения, новых впечатлений. Они столетиями сидели в Лунном замке, пока я воевал, трахал проституток, пил и наращивал мощь.
– Ты один способен заменить целый мир, мой демоненок, - утешила Лилит.
– Поверь, я знаю, что говорю. Ты красив, магически силен, притягателен. Что было бы с этими неженками, если бы не ты со своим жизнелюбием, умением встревать во всякие истории и расцвечивать серый мир вокруг себя? Эллеманил, скорее всего, женился бы на такой же ледышке, как он сам. Их ночи были бы похожи одна на другую – скучный секс по обязательствам, для зачатия наследника, тонкие женские руки, бледная кожа, полное отсутствие огня. Тоска, размеренность и… вечность. Вечно молодые, вечно прекрасные, выхолощенные статуи, пародия на живых.
Демонесса подошла к своему господину со спины, положив ладони на его напряженные плечи.
– В тебе же столько внутреннего огня, силы и страсти, что хватает на всех, кто рядом. А уж твоим принцам – и подавно. Знаешь, что меня так привлекало в тебе, мой господин? Непредсказуемость, жажда жизни. Если же говорить о Темном… вряд ли он дожил бы и до ста лет, с его-то мерзким характером. Погиб бы в одной из бесконечных приграничных стычек со Светлыми или с нашими. То, что эльфийка не подошла бы ему в качестве супруги, и говорить не стоит. Он бы придушил ее на третий день. Твой Мор понимает только силу, ему нужна твердая рука, не говоря уже о темпераменте. Удивляюсь, что он не родился демоном в этот раз. Так что тебе не в чем винить себя, Балти. Разве в том, что ты слишком потакаешь им.
– Я их люблю, Лилс.
– Знаю. Теперь – знаю. Раньше я не понимала тебя, и это бесило до невозможности. Мне казалось, что ты утратил разум. Лишь встретив Джи, я осознала, через что тебе пришлось пройти, когда Их Высочества… прости.
– Ты помнишь о том, что пообещала мне когда-то?
– Помню.
– Хорошо.
Демон повел плечами и отстранился, будто стряхивая с себя оцепенение.
– С Дамблдором мы все решили. Скажи Джи, что все под контролем. Иди.
– Не хандри, мой демоненок, - проницательно улыбнулась Лилит.
– Твои остроухие встрескались в тебя не менее страстно, чем ты в них. Это один из тех союзов, про который говорят: «Даже смерть не разлучит их».
– Ты что-то знаешь! – это был не вопрос, а утверждение.
– Разумеется, как и всегда, демоненок. Это один из моих даров. И нет, я по-прежнему не могу тебе сказать больше, чем уже сказала.
– Лилс!
– Даже. Смерть. НЕ. Разлучит. Вас, - раздельно повторила демонесса, с намеком глядя в глаза своему сыну и господину.
– Когда?
– Скоро. Подумай сам, это несложно.
Балтазар нехотя отпустил ее, зная, что большего ему не добиться. Так было и в прошлый раз, незадолго до того рокового восстания в Инферно, где он едва не умер сам и потерял своих мужей.
– Иди, Лилит, ради Бездны, уйди.
Демонесса поклонилась и исчезла.
Глава 93 Необычное Рождество
Приближалось Рождество. Северус каждый вечер жаловался на скуку, мечтая о каникулах, Лилит и Джеймс периодически исчезали куда-то, пообещав довольному директору, что «мисс Эванс» войдет в его род незадолго до свадьбы, назначенной на август, Нарцисса и Розалинда спорили о том, как назовут своих сыновей (ритуал зачатия тоже планировалось провести после выпускного), Сириус хандрил, скучая по мародерским выходкам, доставая преподавателей и получая за это кнутом от недавно обретенного родителя.
Жизнь вошла в колею и медленно катилась по ней, неся в неизвестное будущее, мысли о котором вызывали у Балтазара приступы черной меланхолии, граничащей с тоской. В такие моменты он либо часами неподвижно стоял у окна, глядя, как белый пушистый снег заметает роскошный сад мэнора, либо набрасывался на супругов с отчаянием обреченного, жадно лаская их, шепча какие-то совершенно безумные клятвы, доводя и себя и эльфов до полного изнеможения, после чего уходил еще и в дуэльный зал, круша там стены голыми руками.
Люциус и Северус тревожно переглядывались, приставали с вопросами, но ничего, кроме заверений в любви и бесконечной верности, добиться от мужа не могли. Нервозность главы небольшого клана передавалась всем вокруг, начиная с принцев и заканчивая самым последним домовым эльфом.
К Рождеству Балтазар, казалось, взял себя в руки и пригласил на праздник не только родителей всех своих супругов, но даже Дракулу и Майю. Вейла с сожалением отказалась, посетовав, что через несколько дней планирует погрузиться в лечебный сон не менее чем на полгода, все уже готово и отменить процедуру она не может. Граф же с удовольствием принял приглашение, пообещав быть не позже Сочельника вместе с супругами.