Демон-хранитель
Шрифт:
– Тхашш, - демон прикрыл глаза, стараясь успокоиться, - вот победишь меня на мечах, потом при помощи магии сумеешь взять силой – я с удовольствием подчинюсь.
– Я вовсе не хочу… силой, Зар, - тихо ответил юноша, опуская глаза.
– Как все сложно. Я же не прошу меня побеждать. И насиловать.
– Прости, малыш, - смягчился Балтазар, - но демоны - не люди. Им… магия не позволяет быть в подчинении у того, кто слабее. Разве ты не хочешь, чтобы я тебя оберегал, защищал, заботился, баловал, окружил
– Я не барышня, - зло прошипел Снейп, - и не хочу ждать, пока ты меня защитишь, накупишь тряпок и запрешь дома. Кажется я знаю, почему твои эльфы умерли – кому понравится сидеть в четырех стенах, как наложница султана, в ожидании очередной подачки в виде ночи, проведенной вместе? Они хотели быть с тобой! А ты был слишком занят собой и войной, считая их чем-то вроде приложения к твоей бесценной персоне. Небось, они не опускались до измен тебе и молча ждали, пока ты это оценишь. Слепые дураки! Надо было тебя приложить хорошенько чем-нибудь тяжелым, чтобы ты перестал в них видеть просто девочек с членами.
– Тхашш, - ошарашено пробормотал демон, после некоторой паузы, в течение которой сидел, беспомощно приоткрыв рот, - я… никогда… Бездна свидетель, война – это тяжелый труд, грязная, лишенная блеска и романтики работа, убивающая душу тех, у кого она есть. Моим мужьям совершенно нечего делать в той грязи, в которую я вынужден макаться только потому, что ничего другого не умею.
Глаза Темного непокорно сверкали, но встретившись с какими-то непривычно растерянными, наполненными затаенной болью очами демона, их взор как-то смягчился. Северус потупился и уже спокойнее сказал:
– Прости. Я действительно о многом сужу, не имея на то ни права, ни опыта, но… если наш брак сведется к отношениям «домохозяйка и устающий на работе глава семьи», то я… не знаю, смогу ли так жить.
– Северус, - подал голос Люциус, - не надо все так трагично воспринимать. Зар же сказал, что мы будем путешествовать, война его не привлекает больше.
– Какой ты наивный, Люц, - устало ответил Темный.
– У нашего будущего супруга есть начальство. Если Князь прикажет, наш рогатый снова встанет в строй, а мы останемся вздыхать о звездах и вышивать бисером. Я, конечно, ничего не имею против твоего общества, но… не хочу всю свою бесконечную жизнь прожить, как растение в лелеемом сильной рукой саду. Я не домашнее животное и не хочу им становиться.
– Ты… отказываешься?
– тихо спросил Балтазар, пристально глядя в темные глаза юноши.
– Я лишь хочу знать, что получу в итоге, - покачал головой тот.
– Меня не интересуют твои богатства, я не с ними собираюсь заключить союз. Мне нужен ты. Рядом. Постоянно, а не раз в несколько лет на неделю. Я готов спать на голой земле и под открытым небом, но только если ты будешь обнимать меня; есть самую простую пищу, если костер для ее приготовления разложит Эл, а ты добудешь какого-нибудь оленя или что там у вас водится.
– А ты что будешь делать?
– иронично протянул Малфой.
– Я – костер, Зар – оленя, а ты?
– А я все это приготовлю, так уж и быть, - фыркнул Снейп и снова стал серьезным.
–
Балтазар молчал, глядя куда-то поверх плеча Северуса, и думал о том, как мог он это все просмотреть раньше? Как мог не понять? Видимо, не только у его супругов перед свадьбой были глупые предрассудки. Похоже, что его мнение об эльфах тоже было достаточно далеким от истинного. Он считал, что его эльфийские принцы – это два избалованных мальчишки. Красивых, нежных, хрупких. И совершенно забыл о том, какими потрясающими охотниками, лучниками и мечниками были представители этой расы. А его супруги, видимо, были слишком горды, чтобы доказывать обратное.
– Люц?
– наконец, оторвавшись от раздумий, Балтазар перевел взгляд на Светлого.
– Что? Тебе интересно МОЕ мнение? По сути, я согласен с Тхашш. Но открытому небу и голой земле я предпочел бы какой-нибудь шатер с нормальной постелью. И слуги все же должны быть. Ведь не обязательно самому собирать дрова?
Северус рассмеялся:
– «Собирать дрова», ваша светлость, можно только после того, как их кто-нибудь нарубит. А в лесу собирают хворост. Мда… прав, похоже, был наш с тобой супруг, оставляя такую обузу дома.
– Я научусь, - упрямо вздернул подбородок Малфой.
Тут уже рассмеялся Зар:
– Не надо таких жертв, Ваше Высочество, никто в походах не спит на голой земле и не готовит пищу самостоятельно. Охотятся – это бывает, да. Но все бытовые проблемы решают слуги. И я по-прежнему считаю, что война - не слишком удачное для вас занятие. Как, впрочем, и для меня в последнее время. Свои три тысячи я отслужил уже несколько раз, так что могу и сменить род деятельности. Вопрос в другом, вынесете ли вы мое постоянное присутствие рядом с собой?
– Если у тебя возникают подобного рода сомнения, стоит ли вообще заключать этот союз? Тем более что ответа на этот вопрос попросту не существует. Пока не попробуешь – не узнаешь, - философски заключил блондин, отпивая из своего бокала.
– Меня пока что все устраивает, так, как есть сейчас. Хочу, чтобы вы были рядом и дальше. Все время, - высказался Северус.
– Ладно, - сдался демон, - я вас никогда не обманывал, а потому предупреждаю: будет тяжко. Я далеко не сахар, в чем вы еще убедитесь. Но предложение принимаю. С завтрашнего дня усиленные тренировки, а не то баловство, которому я вас учил до этого.
Глаза юношей засверкали от предвкушения.
– А теперь – к Принцам, - скомандовал Балтазар и подал знак официанту принести счет.
Глава 36 Аурелиус
Принц-мэнор представлял собой мрачную громаду из серого камня. Бойницы смотрели на мир в холодном расчетливом прищуре, острые шпили многочисленных башен кололи низкое холодное небо, а ворота-мост, единственный вход в замок, были подняты. Ров, наполненный мутной водой, был явно обитаем, и вряд ли то, что там водилось, было безобидно.