Демон-хранитель
Шрифт:
Горгулья, почуяв неладное, тем не менее, решила не спорить с настроенным крайне решительно демоном и отскочила в сторону, стоило ему приблизиться. Балтазар на мгновенье задержался, разглядывая уродливую морду стража, и вдруг сказал, обращаясь, казалось, к бездушному камню:
– Скоро я освобожу тебя, девочка. Северус будет в восторге.
Чудовище, разумеется, не ответило, но демону это было и не нужно. Быстро поднявшись по винтовой лестнице, он, ни слова не говоря, схватил обреченно ждущего своей участи Дамблдора
Глава 41 Геллерт Гриндевальд и Мыыгрххх
П.А. Советую предварительно перечитать предыдущую главу, чтобы переключиться с Наследия)
Альбус и Балтазар оказались в полутемной комнате, находившейся в одном из самых защищенных мест этого мира – в замке Наместника Великого Дракона, больше известного, как Нурменгард.
– Гелли!
– рявкнул демон.
– Немедленно иди сюда, чтоб тебя горгулья тр*хнула! Или я сам убью твоего придурка. И сделаю это медленно и мучительно!
– Я здесь, Высший, - покорно прошелестел обычно твердый голос существа, когда-то «побежденного» самым светлым волшебником современности.
По голосу Гриндевальда директор понял, что ставил не на того гиппогрифа. Похоже, его скакун – полнейший аутсайдер, несмотря на то, что фаворит забега еще не оправился от прошлых травм.
– Гелли, бэби, не предупреждал ли я тебя, чтобы ты держал своего маразматика подальше от моих малышей?
– ласково спросил Балтазар, легонько попинывая Альбуса, так и сидящего у его ног, подниматься ему никто не разрешал.
– Предупреждал, Высший.
– И что, ты настолько выжил из ума, что не можешь обуздать собственного смертного?! Гелли, ты понимаешь… если Князю станет известно, что ты не только не сдерживаешь популяцию скота, называемого здесь магглами, но и не справляешься с собственным партнером, то смерть будет казаться тебе высшим из благ?
– Готов понести наказание, Высший. Только не трогайте Альби.
– Ты сам его тронешь. Потому что если это сделаю я, то твоя постель останется холодной еще очень долго. Я просто его изувечу, и он будет ни на что не годен.
– Могу я узнать, что он сделал, Высший?
– Применил Vade daemones in nomine de Magnis в комнате, полной народу, в присутствии моих мальчиков, которые, к тому же, стояли прямо на магической фигуре.
По-прежнему слабо различимый в полумраке собеседник опустился на колени:
– Пощадите, Великий.
– Встать! И старичка своего подними. Веди в кабинет, мне понадобится свет. Какого дьявола у тебя так темно?
– Простите, Великий, я исправлю это немедленно.
Хозяин странного замка хлопнул в ладоши, и вокруг действительно стало светло – появились светящиеся магические шары
– А ты симпатяжка, Гелли. И на кой тебе этот старикашка?
– с намеком ухмыльнулся Балтазар.
– Великий… - потупился чуть порозовевший Геллерт.
– Любовь зла, полюбишь и Альбуса, я понял, - фыркнул зеленоглазый и осмотрелся.
Большая комната оказалась довольно уютной гостиной. В ней было все, как любил и сам Балтазар – большой камин, полки с книгами, мягкие кресла, достаточно большие, чтобы забраться в них с ногами, чайный столик, небольшой бар.
– Кабинет нам, похоже, не понадобится. Здесь тоже неплохо. Итак, мальчики, что делать будем? Альби? Ты понимаешь, что чуть не натворил?
Дамблдор, так и сидевший на полу, молчал. Это было странно, обычно старик всегда находил слова, чтобы подать произошедшее под нужным соусом. Поттер, будучи Гарри, запомнил эту нехитрую истину очень хорошо.
– Хммм… молчим, как на допросе. Впрочем, почему как? – усмехнулся Балтазар. – Ладно, объясняю для тупых. Я – порождение этого мира, на данный момент являюсь полукровкой, а, значит, обряду экзорцизма меня подвергать бессмысленно. Ничего, кроме ожога и агрессии у меня это не вызовет. Но вот если бы я был низшим и чистокровным, то, может, у тебя бы что-то и вышло. Но даже в таком случае – где гарантия, что я не смог бы вернуться? Глупо, Альбус. Я почему-то думал, что ты умнее. "Умный" означает "осторожный", чего я в тебе не вижу. Придется преподать урок. Неприятно, конечно, но что поделаешь? Гел, сними с него иллюзию – раздражает до невозможности.
Геллерт послушно щелкнул пальцами, и у ног Балтазара вместо древнего, но крепкого старца, оказался мужчина средних лет, зло сверкнувший глазами. Он был высок, худ и рыж.
– Хммм… красавцем не назвать, конечно, но мне с тобой не в постель ложиться, хвала Бездне. Гел, накажешь своего благоверного сам. А я полюбуюсь.
– Великий, - прошелестел Геллерт.
– Пощадите.
– Нет, - отрубил Балтазар, плюхаясь в кресло и закуривая неизменную сигариллу.
– Скажи спасибо, что не убиваю. Он моих принцев напугал, козел старый.
– Я не могу, Великий, - тихо произнес Наместник.
– Не можешь или не хочешь?
Гриндевальд молчал, опустив голову. Балтазар поднялся, моментально оказался около него и рванул ворот балахона, обнажая шею, грудь и плечи блондина.
– Еханый наср*ть, - озадаченно произнес Зар.
– Гел, ты псих? ОШЕЙНИК, МАТЬ ТВОЮ?! ТЫ ОХРЕНЕЛ?!
– заорал он внезапно, встряхивая миниатюрного демона, как пустой мешок.
– СМЕРТНЫЙ! ОН СМЕРТНЫЙ, ПОНИМАЕШЬ?! ДА ЛЮЦИФЕР ТЕБЯ С Г*ВНОМ СОЖРЕТ, ЕСЛИ НЕ ПОБРЕЗГУЕТ!!!