Демон
Шрифт:
— Вы хотели поговорить со мной. — перешел я на серьезный тон. Перед лицом смерти шутить расхотелось совершенно.
— Я умираю. — прохрипел старик.
— Да. — как можно печальнее согласился я. На вопрос было не похоже, но что ещё можно сказать в таких случаях? — Ваша рана…
— Какая рана! — он в гневе попытался приподняться, но упал обратно и разразился сухим кашлем. Оправившись, колдун добавил уже шепотом. — рану я давно залечил. У меня нет энергии. Пентаграмма стягивает её отовсюду. Я умираю от старости. Из-за тебя. Отнеси меня в мою башню.
Его башню?
Пока я тащил старика, он ухитрился вновь потерять сознание. Толкнув его пару раз и не добившись эффекта, я решил не тратить пока на него времени. Иначе сегодня точно никуда не улечу. Куда бы его деть? Пожалуй, на моей кровати потенциальному трупу делать нечего. Да и не думаю что колдуну на ней понравится. Пентаграмма подходит лучше — уж там энергии хватает. После того как большая часть была потрачена на ускоренное развитие тела, пребывание там не должно его убить. Наверное.
Оставив старика на полу и мельком понадеявшись что не придется по возвращению убирать очередной труп, я поднялся на крышу. Солнце достигло зенита показав что благие планы отправиться с рассветом пошли прахом. Как всегда. И зачем собственно люди вообще строят планы? Все равно они никогда не сбываются. А, ладно. Взмахнув крыльями, я подпрыгнул, и подтолкнув себя потоком воздуха, начал медленно набирать высоту.
Вы пробовали когда-нибудь летать? Не на самолете, дельтаплане, метле или других богомерзких достижениях цивилизации, а сами, при помощи крыльев? Нет?
Ну, тогда потеряли вы не много. Прежде всего, это очень утомительно. Ветер дует в лицо, крылья совершают монотонные движения. Минуту за минутой, час за часом. Пока не придет время садиться. На полеты хорошо смотреть с земли, когда под ногами твердая, надежная почва. В детстве, наблюдая за птицами, многие им наверняка завидовали. Я, например, завидовал. Отсутствие крыльев у меня, венца природы, явно было несправедливым. Теперь же, когда эта ошибка природы исправлена, голову посещают другие странные мысли. Вспоминается о том как я молод, что хотелось бы дожить до тысячелетнего юбилея… И что парашюта за спиной нет, а крылья такие ненадежные. А если сломаются?
Все эти умные вещи как обычно пришли во время подъема. Когда люди внизу превратились в едва различимые фигурки, я прекратил махать крыльями и расслабился. На деле все не так плохо. Широкие крылья позволяют не слишком напрягаться, а восходящие потоки не дают спланировать до земли. Тем более тут они встречаются и без всякой магии. Сделав пару кругов и не заметив ничего интересного, я направился на запад. Откровенно говоря было скучно. На земле не попадалось ничего интересного: куцая трава, редкие деревья. И полное отсутствие людей. Мелкие животные, иногда мелькавшие почти не различимы c такой высоты. В воздухе же интересного ещё меньше. Даже туч, на которые можно любоваться, почти нет. А птицы видимо поголовно мигрировали на север. Сказал бы на юг, но что им в пустыне делать? Да и последние особи при виде меня точно к северу полетели.
Через пару часов крылья стало сводить. До этого я никогда
Однако лететь оставалось еще долго и если постоянно садится отдыхать, то до места я доберусь не скоро. Да и запасы манны не бесконечны — подъем на такую высоту требует немало. Но с каждой минутой становилось все очевиднее, садится придется. Иначе меня посадит гравитация.
— Внизу источник Силы. — проснулся Горо. От неожиданности я забыл махнуть крыльями и опустился на десяток метров. А вот и повод. Чуть в стороне обнаружился кочевой лагерь. Десятка два шатров, стадо верблюдов, несколько лошадей… В общем-то простые люди мне теперь не слишком не опасны. А узнать что там за артефакт стоит. Да и привести их присяге не помешает. Недолго думая, я сложил крылья и камнем рухнул вниз…
Баран. Крылатый баран. Дай этому благородному животному крылья, и он вполне может выкинуть нечто подобное: глупое и самоубийственное. Ускорение нарастало, а вывести тяжелое тело из пике все не удавалось. Люди внизу заметили меня и подняли тревогу. Впрочем, мне было не до них. Крылья упорно сносило назад и посадка все яснее грозила обернуться падением.
Страшно захотелось жить. Когда стало ясно что крылья сами не справятся, нарождающаяся паника внезапно отхлынула. Воцарилось какое-то ледяное спокойствие. Снизу подул сильнейший ветер. Скорость ощутимо упала и мне удалось наконец расправить крылья. Спасен.
Мимо пролетела первая стрела.
Шамыз Великий как всегда в середине дня сидел в своем шатре и наслаждался трапезой. На этот раз уже осточертевшее молоко с кровью и черствые лепешки дополнял внушительный кусок мяса.
Вчера одному из его воинов удалось подстрелить Рогатого Прыгальщика и теперь еды у рода было вдоволь. И уж достойнейшему из воинов грех жаловаться — добрая четверть туши отошла ему. Шамыж подцепил ножом очередной кусок и покосился на свою третью жену. Женщина лет пятнадцати замерла в позе покорности, склонив глаза к земле. Хмыкнув, вождь бросил ей кость, на которой ещё хватало мяса. Пусть поест. Если иногда не кормить низших существ, то они не смогут в должной мере выполнять обязанности, завещанные Справедливым Богом. То есть ублажать своего кормильца и благодетеля, растить его сынов, отмывать кровь с добычи… Ну и другие мелочи, о которых мужчина имел довольно смутное представление. Женщина что-то благодарно залопотала, но он уже забыл о ней, вернувшись к своим мыслям. Достойным его второго имени.
Сейчас великого вождя занимала судьба племени. Не смотря на то, что род не голодал уже давно, он был обеспокоен. Поселение землепашцев, где некогда можно было продать плоды своего труда: одежду, лишнее оружие, коней, рабов наконец — исчезло. Как и другие деревеньки, натыканные у любого крупного источника воды. На их месте остались лишь пепелища. Да и продавать было нечего. Последнее время исчезли не только караваны, но и одиночные путники. После того как поймали его будущую четвертую жену больше никто не встречался. Так что даже если часть поселений где и уцелела, то это мало чем поможет.