Демон

Парсиев Дмитрий

— Вить, ты хотел сказал «нежить».

— А я как сказал?

— Нечисть.

— Не беси меня, Куколка, не делай вид, будто не поняла.

— Вить, ты чего взъелся… на меня так смотришь, будто опасаешься…

— В смысле?

— Ну, смотришь так, будто сомневаешься в моей способности к простому одноходовому рассуждению: запустить тебя и закрыть решетку… будто боишься, что я перепутаю и сделаю наоборот.

— А, не обращай внимания, — из меня вырывается нервный смешок, действительно, только теперь осознаю, что вид решетки невольно напряг, —

У меня был в универе прискорбный опыт. Толпа придурков умудрилась перепутать… но в тебе я не сомневаюсь.

— Еще б ты во мне сомневался, — Куколка одаривает меня уничижительным взглядом, — Тащи свой паровоз!

Оставляю Куколку караулить у решетки и иду на второй этаж «тащить свой паровоз», заодно обмозговываю приятно греющую мысль, что кроме боевой плети, стоит обзавестись «мирным» ремнем, а то кое-кто приборзел, кое-кто напрашивается своей упругой попкой на порку.

Снова открываю дверь в зал второго этажа. Засовываю голову в дверной проем. Зомби, скелеты и кадавры по-прежнему угрюмо курсируют между офисными столами.

— Эй, ты, — пытаюсь громким шепотом привлечь внимание ближайшего зомби, — Выходи в курилку, анекдот расскажу…

Внимания ноль. Ну да. Брокеры люди занятые и с пониманием, что выйдешь вот так на минутку послушать свежий анекдотец, а в это время пойдет обвал акций… за минутку можно миллионы потерять. Достаю из инвентаря банку тушенки и запуливаю зомбаку в голову. Попадание зачетное. Тушенка врубается ему в затылок… но зомбак настолько погружен в обдумывание биржевой стратегии, что не заметил даже потери нескольких очков псевдожизни. Да что ж делать-то с вами…

— Э-эй, народ, — кричу уже в полный голос, — Там за углом сезонная распродажа акций и облигаций газпрома… чемодан с биткойнами рассыпали, валяются прямо на тротуаре… принц Саудовской Аравии подъехал на черном лимузине, срочно ищет амбициозного брокера с опытом работы, чтобы выгодно пристроить прошлогодний запас нефтяных фьючерсов…

С-сука. Опять ноль эмоций. Прикидываются тупенькими и мертвенькими, а сами только и ждут, когда я внутрь зайду. Не, так дело не пойдет. Возвращаюсь к решетке со ждущей в засаде Куколкой.

— Я чет не поняла, Вить, — засранка изображает недоумение, — Ты как-то больно расслаблен для локомотива. Где напряжение всех сил? Где ощущение мощи и гула от чугунных рельсов, ты ж вроде тащишь под сотню вагонов?

— Ша, — осаживаю острячку, — Прикольчики оставь при себе, пока я тебя по стендаперу не отшлепал. Лук давай.

— Ой, да пожалуйста, пожалуйста…

— И колчан.

— Ой, да боюсь, боюсь, боюсь…

— Вот то-то, — снова бегу наверх.

Снова приоткрываю чертову дверь. В зале без изменений. Слоняются бездельники. Накладываю стрелу, пускаю в зомбака, что не пожелал слушать анекдот. Зомбак поворачивается в мою сторону, наконец меня замечает, смотрит так с немым укором, будто я пытаюсь отвлечь его от важной сделки.

И что? И это вся реакция? На тебе еще одну стрелу… на тебе третью… достаю еще одну, но тут они меня замечают. Вся шобла разом

на меня посмотрела. Йо-оп! Мгновенно понимаю, последнюю стрелу я доставал зря.

— Отыипитись буратины! — ору я во всю глотку и кидаюсь вниз по лестнице.

Теперь Куколка, сука, может мной гордиться, теперь я точно локомотив со ста вагонами. Дрихтуя в поворотах, несусь как спринтер-паркур-без перекур. За мной бизоньим стадом щемится орда мертвяков. Поворот, коридор, еще поворот, вот уже железная дверь в прямой видимости.

— Кука! Товсь! — блажу я заранее, а ну если Куколка опять решит что-нибудь почитать. Там на стенах у охранников любят таблички с плакатиками всякие вешать.

Забегаю в помещение, на счастье Куколка бдит, Куколка на месте. Чуть ли не рыбкой ныряю в проем, райской музыкой слышу за спиной лязг захлопывающейся решетки и щелчок закрывающегося замка.

Расслабляться рано. Поворачиваюсь и затаскиваю Куколку себе за спину. Вовремя. Едва успел поднять щит, как на него обрушивается шрапнельный шквал и ядовитые струи. Нежить бесится бессильно, но достать нас не может. Пусть бесится, только зубы об решетку пообломает, а их дальние атаки моему щиту — не проблема.

Дальше пошла именно та рутина, которую я анонсировал Куколке. Дистанционные способы ведения боевых действий у этой нежити либо с большим откатом, либо вообще одноразовые. Скелеты отстрелились, миникадавры яд истратили. Я все равно от греха засунул Куколку за тот железный шкаф, в котором, по ее мнению, охрана держит «свой пистолет».

Бить нежить приходится острием сквозь прутья решетки, а колющий урон у плети весьма посредственный. Но это ерунда. Главное, безопасно и без неожиданностей. Куколке просто стоять за шкафом скучно, она отыгрывает рейнджера, пуская стрелы типа «из-за укрытия». На самом деле она неплохо уже прокачала стрельбу, кабы не ограничение в семь стрел в минуту, может и обошла бы меня по общему урону.

Зачистили тех, кто набился в комнату охранников, потом я пробежался по первому этажу, собрал отдельных халявщиков, что разбрелись по коридорам. Лихачить не стал. Действовал по той же схеме: увидел мертвяка, привлек внимание, припаровозил к решетке. Не быстро, зато без ранений и с гарантией результата.

— Чисто, — сообщаю, заходя в комнату охранников в черт знает какой раз, — Всех зачистили.

— Что теперь? — деловито вопрошает Куколка.

— Идем на второй. Я очень надеюсь найти в том зале кристалл.

Глава 16

Мы обползали весь второй этаж, нашли четыре зелья и… все.

— Не вижу смысла зачищать остальные восемнадцать этажей, — заявляю недовольно, — Время — четыре утра. Кристалла здесь нет. На кой пупок рвать?

— Может кристалл на другом этаже? — а Куколка, оказывается, из тех оптимистов, для которых стакан и бизнес-центр наполовину полон бухлом и ништяками.

— На других этажах всякие частные конторы, — возражаю, — Если и было хорошее место для портала, то только здесь.