Демон…
Шрифт:
– Как интересно… – ухмыляется рядом парень, который говорил до этого, снова принюхивается, но теперь еще и наклоняется, заглядывая со стороны на мою шею. – Метка охоты. Что ж, – оборачивается он, отступая, – раз вы хотите поиграть… Справедливо. Ты был первый. Но через сутки, если этот человек еще будет гореть так же вкусно, мы вернемся, – предупреждает он. – Мы нарвались на что-то очень уникальное. Я такого еще не видел. Не жадничайте, – жутко посмеивается, обращаясь к демону, оставившему на мне метку. – Поделитесь с другими.
– Поделиться? Я, по-твоему, возник вчера? Никто никогда
Он шагает ко мне, выпрямляясь и окидывая взглядом остальных. Те, шипя, расходятся. Пара секунд и поблизости уже полная тишина, на лестнице и этаже перед ней никого нет.
Сглатываю, стараясь прийти в себя, и на ватных ногах поднимаюсь туда, откуда пришла. Там теперь никого и это ближайший выход в коридор и на улицу. Мне нужно поскорее убежать, но шевелиться сложно: все тело трясется от страха, голова думает плохо, а шея все еще горит. И становится хуже.
– Стоять! – командуют мне.
Останавливаюсь, словно меня пригвоздили к полу.
– Ты и правда демон! – хриплым пропадающим голосом проговариваю я.
Мужчина подходит ближе, инспектируя меня с головы до ног.
– Я говорил, – отмахивается он, покусывая губы. – Твои проблемы, что не слушала.
– И все эти люди были… – продолжаю тихо.
– Не люди, – поправляют меня. – Ты сама виновата, что привлекла их.
– Как? Я их не знаю, я не говорила с ними и даже не видела их до этого дня, – произношу я.
– Ты женщина, одна из Истинных, – просто объясняют мне. – Вы всегда привлекаете демонов. И надо было поменьше светить и искриться. Я ведь предупреждал.
Бессмыслица! Я дожила почти до тридцати лет, ни разу не столкнувшись ни с чем таким! Привлекала максимум мудаков, но точно не демонов. Да и я одна из миллиардов женщин! Что им понадобилось от меня?
– Я ничего не делала! – возражаю из последних сил. – Моя одежда не вызывающая, я не свечусь, точно никого не провоцировала. Я лишь пришла помочь знакомым. При чем здесь мой пол?
Ко мне подходят вплотную и берут за подбородок. Сперва отшатываюсь, но потом понимаю, что это просто для того, чтобы осмотреть метку на шее.
– Наивная. Про одежду заговорила, – закатывает глаза мой визави. – В статистику преступлений вообще когда-нибудь смотрела? И во что обычно одеты жертвы? Там вообще без разницы. Если кто-то захочет напасть, он нападет, поверь. Ладно, не суть, – отмахивается и грустно усмехается. – Это не имеет никакого отношения к твоему полу непосредственно, поверь. Ты Истинная. Это слегка другое. Я тоже сперва увидел именно это. Только не разглядел какая, потому что ты пряталась. Или, точнее, что-то тебя прятало.
– Я не понимаю, что это значит, – мотаю головой, вырываясь из хватки. – Ты уберешь эту штуку? – спрашиваю, касаясь ладонью горящей кожи. – Мне больно.
– Не уберу, – качает головой мужчина. – Это невозможно. Но чувство боли снять в силах. Дашь? – вопросительно смотрит на меня.
Непонимающе прищуриваюсь, но киваю. Смотрю на то, как ко мне наклоняются, словно чтобы поцеловать шею.
– Нет, – задерживаю дыхание и выставляю вперед руки.
– О, господи, неженка!
В ужасе расширяю глаза.
– Ты сказал, что снимешь боль, а не заберешь память, – дрожащим голосом напоминаю я.
– Могу и не забирать, если хочешь продолжать трястись, как напуганная мышь, – безразлично кидают мне. – Ходи и оглядывайся теперь. Быстрее сойдешь с ума и будет легче тебя погасить. Только, пожалуйста, уложись в одни сутки. Если не погаснешь до этого, то метка пропадет, и к тебе придут новые демоны. Они знают, как ты пахнешь, они ждут очереди. Они церемониться особо не будут. Возьмут все, что захотят. Особенно, поняв, что именно ты есть. А я теперь этого, как бы, не особенно хочу… – на мгновение тушуется парень.
Сердце начинает колотиться с бешеной скоростью. Отметина горит сильнее.
– Нет, не забирай, – все же принимаю решение я.
– Хм… – задумчиво тянет мой визави и опускает взгляд на мои губы.
Замирает в нерешительности. Что-то сбило его с нахального настроя и даже будто удивило.
– Что ты хочешь сделать? – шепотом спрашиваю его, отстраняясь.
– Ничего, – кривится он. – Помолчи и дай подобраться к метке!
Мою голову бесцеремонно поворачивают в сторону и тут же прикасаются губами к коже, которая сильно горит. Чувствую холодок. Такое ощущение, что меня целуют, но как-то странно, будто втягивая воздух вокруг шеи. Постепенно горение прекращается, но начинают тяжелеть глаза. Мозг становится вялым, словно мне вводят наркоз.
– Оставь, – прошу одним лишь дыханием. – Пожалуйста…
Мужчина замирает, дыхание его становится менее холодным. И вот я уже ощущаю, как меня обняли за талию и просто целуют в шею. Но я не могу оттолкнуть. Голова немного в пелене. Я спокойна, как от действия седативного. Реакция несколько заторможена. Поэтому и не могу четко определить, целуют меня или нет. Возможно, это обманчиво.
– Ты – Истинная женщина, – слышу приятный бархатный голос прямо в голове. – Более того, ты – Огонь и Свет. У тебя свое яркое предназначение. Такие, как ты, созидают, наполняют энергией, вдохновляют людей рядом. Кто-то меньше, кто-то больше. Твой свет яркий и вкусный, но он молодой и неконтролируемый. И из-за него я ничего не вижу, он прячет то, что ты делаешь. Что ты создаешь?
– Ничего, – как сквозь вату слышу свой голос. – У меня ничего нет. Я ничего не создаю. Я просто живу.
– Я не верю тебе, – отрицает бархатный голос. – Расскажи, – настаивает он.
С легким головокружением пошатываюсь и обнимаю мужчину за плечи. Он снова ничего не говорил? Закрываю глаза, отдаваясь приятным ощущениям губ на своей коже. Разум затуманен, но они распаляют. Начинаю дышать глубже. Поворачиваю голову и сама встречаюсь с мягкими теплыми губами своего знакомого.
– Помоги мне, Желание, – слышу свой голос.