День Астарты
Шрифт:
— Ну, положим, Жерар Лаполо будет покруче этих троих, — заметил Рон, продолжая методично подкладывать констеблю под камеру разложенные по столу бумажки.
— А этот Лаполо, он из какой религии? — спросил Крэгг..
— Не из какой. Он существует в действительности, если не помер. Он был командиром INFORFI при Фронте Хартии, а потом еще год при Конвенте, до первых выборов.
— INFORFI? Info Forza Foa Iniciativa? Ни хрена себе… А сколько ему лет?
— Около семидесяти.
— Вот это точно… — согласился дедушка Еу, — А я и не знал, как звали этого упыря.
Рон Батчер слегка качнул головой, подавая очередную бумажку.
— Не все так однозначно, дядя Еу.
— Ты тогда был совсем маленький, и не знаешь, — возразил дедушка.
— Я знаю, что на INFORFI свалили все «зачистки» первого года, — возразил Рон, — это обычное дело. То же самое было в Папуа, и в Африке, а сейчас будет в Хитивао и на Тиморе. Сначала гасят кого попало списком, а потом надо на кого-то свалить, чтобы общество не перестреляло друг друга в ходе вендетты.
— Так-таки INFORFI было не виновато, — ехидно проворчал Еу.
— Виноваты — все, — отрезал Рон, — Если уж на то пошло, вина в таких процессах — это вообще негодный термин. Когда происходит объективная колбаса по историческому материализму, то кого в какой позе колбаса застала, тот оказался или гасителем или погашенным. Это как на войне, когда инициатор давно сдох, а боевые действия еще ведутся. Какое там, виноват — не виноват… Сраная экзистенциальная философия.
Констебль Крэгг сделал фото последней бумажки и произнес:
— Уф! Теперь займемся идентификацией личности.
— Вот-вот, — обрадовался дедушка Еу, глядя, как констебль разворачивает маленький ноутбук, — Давай-давай, а то личность этого кекса мне очень подозрительна.
— … Арестованный, смотрите в это окошечко, — сказал констебль… — Так, что мы тут видим?… Гражданин Майо Теллем, пол: M, родился в 4-м году до Хартии, на атолле Ликиеп, округ Маршалловы острова, живет: округ Ист-Самоа, Ваа-о-Фоноти, 118H (household — punalua), … А это: «EHO-1794E, enter A-code for info», что такое?
— Андаманское море, 17-год. Наберите номер моего жетона — прочтете больше.
— Рон, ты не знаешь, что это за история? — спросил Крэгг, набирая номер.
Экс-коммандос утвердительно кивнул.
— Была такая неприятность. Освобождали заложников. Наших и не наших. Проблема состояла в том, что не в нашей акватории, а на Никобарах. У нас вышло два «zero».
— Ты был там? — поинтересовался Майо.
— Нет, я был южнее.
— В группе, которая блокировала аэропорт Кутараджа? Типа,
— Нет, мы отрезали акваторию от Ачоха по шестой параллели, — ответил Рон, — Типа…
— … Улитки, — договорил преторианец.
— Точно.
— Так этот кекс не шпион? — спросил дедушка Еу.
— По ходу, нет, — ответил Крэгг, — Но он наехал на тебя против правил. Короче, сейчас напишем иск, поедем в суд и прилепим парню штраф полштуки в твою пользу.
— Давайте решим на месте? — предложил лейтенант.
Дедушка согласно кивнул и пояснил.
— Если ты не шпион, то в суд ехать неинтересно. Давай на месте.
— Ну, тогда я снимаю железки, вы рассчитываетесь, и я пишу в рапорте, что…
— Тут секретные документы, — перебил Майо, — Давай попробуем без рапорта?
— Ты что? — удивился констебль, расстегивая на нем «браслеты», — Как это без?
— Дай мне позвонить дежурному верховному судье, и я решу вопрос.
— Попробуй. Вот твой мобайл. Если судья разрешит, то и ну его, этот рапорт.
Преторианец взял со стола мобайл и повернулся к Рону.
— Бро, поможешь в одном деле?
— А что надо? — поинтересовался экс-коммандос.
— Это ты сейчас с судьей поговоришь, и будет понятно.
Ложка в руке лейтенанта Майо Теллема двигалась со скоростью лопасти пропеллера. Уровень густого тунцового супа в объемистой миске стремительно убывал — в недрах здорового лейтенантского организма исчезала уже вторая порция. Пума смотрела на Теллема с тем одобрительным выражением лица, какое свойственно полинезийским хозяйкам, если их гости по-настоящему хорошо кушают.
— Oomo ahou oe? — спросила она, когда ложка со скрежетом прошлась по дну миски.
— Aita, maururoa! — сказал он, погладив себя по животу, — E maita ra e mea rahi!
Пума оглянулась на Рона и задумчиво спросила:
— Может, еще поджарить кальмаров с бататом?
— Да вы что, ребята, я же лопну! — воскликнул Майо.
— Потом, — твердо сказал Рон, и поставил на стол банку самогона.
— Ага! — поняла Пума, и поставила рядом миску с маринованными крабами.
— Алкоголь за штурвалом профессиональной машины… — начал лейтенант.
Экс-коммандос наполнил самогоном маленькие чашечки и решительно сказал:
— Профессиональная машина отменяется. Не будем сверкать, как жопа в гостях.
— А на чем ты думаешь лететь пять тысяч миль до Рароиа? — спросил преторианец.
— Это не важно. Сначала, попробуем перемешать море пальцем и отделить акул от прилипал. Рассказывай, лейтенант. Будем разбираться с самого начала.