День Астарты
Шрифт:
— Нормально, — подтвердил помкэп, — Что еще вам необходимо для работы?
— Ничего, — Дв энергично покрутил головой, — Все есть.
Жанна, вслед за помкэпом, двинулась в обратный путь вдоль борта, размышляя о том, почему вполне дружелюбные (хотя и несколько экзотические) папуасские комиссары вызывают страх у матросов — ни один не подошел глянуть на «гостей». Из-за оружия? Вряд ли. Из-за раскраски? Тоже вряд ли. Значит, есть что-то, чего она не заметила…
— Не схватываешь, что в них
— Честно говоря, да.
— Понятно. Значит, или у тебя крепкие нервы, или ты бывала в Океании.
— Второе, — лаконично ответила канадка.
— Я так и думал. Ты в шашки играешь?
— Играю. Но не очень хорошо.
— Это просто чтобы скоротать время, — пояснил он, — Приходи после нуля на кэп-мостик. Собачья вахта — моя. Сыграем. Поболтаем. Посмотришь на этих. Очень познавательно.
— Спасибо, приду, — она улыбнулась, — Если не помешают злые галапагосские пираты.
Чхи тоже улыбнулся и слегка качнул головой.
— Пираты, — сказал он, подняв палец к небу, — вероятнее всего, нападут на рассвете.
15
Дата/Время: 13.02.24 года Хартии
Место: Хендерсон — Маротири — Кермадек-Рауль
Люси вздохнула и отвернулась от маленького TV-экрана на контрольной панели.
— Ну, папа, и что ужасного в этом военно-морском шоу? Ребята бы подвезли меня до Рангироа, а оттуда до дома летают рейсовые этажерки через Раротонга-Аваруа.
Хмурый, не выспавшийся и слегка осунувшийся Микеле Карпини тоже вздохнул.
— Знаешь, детка, мама у нас сверхосторожная и сверхпредусмотрительная…
— Какая, на фиг, осторожность! Ты почти спишь! Сколько ты уже за штурвалом?
— Сама посчитай, ладно? От Футуна до Хендерсона 2700 миль. Subjet делает 450 узлов.
— Шесть часов! — перебила она, — И после этого ты даже час не отдохнул перед вылетом назад! А ведь ты не профессиональный пилот, папа!
— Ладно, согласен. Это неосмотрительно с моей стороны. И что дальше?
— Дальше вопрос: зачем эта авиа-гонка, если я бы сама сегодня вечером вернулась?
— Видишь ли, детка, ты еще не совсем взрослая, и…
— Что «и»? Меня бы изнасиловали и съели на аэродроме или прямо в этажерке? Или, может быть, мама думает, что я не умею читать, и села бы не на ту этажерку?
— Просто мама испугалась, что ты не на Элаусестере, а на Хендерсоне, в зоне боевого патрулирования. Все-таки, военные игры не бывают полностью безопасными.
— Мама испугалась. Уже смешно. Испугалась, и отправила тебя, великого пилота-аса…
— Она хотела послать за тобой одного из своих парней, — перебил он, — но я сказал: нет.
— Почему?
—
— А… Понятно… — сочувственно протянула она, — Что, здорово поцапались?
— Нормально. Уже помирились.
— Ну, благодарю Мауа и Пеле, держащих мир. А почему это мы летим домой через Маротири, а не через Туамоту? Крюк миль 500 на юг, если я не путаю географию.
— Мы летим не домой, а на Аотеароа. Точнее, на новозеландский Кермадек-Рауль.
— Упс… А что скажет мама?
Микеле вытащил из кармана сигару, щелкнул зажигалкой, прикурил, и сообщил.
— Мама в командировке. И, похоже, это надолго.
— Ах, даже так… И где именно, она, разумеется, не сказала.
— Она сказала, что в Новой Британии, на инспекции какого-то полигона.
— Понятно… Осталось найти такого тупого морского ежа, который в это поверит.
— Ты же знаешь, Люси, у мамы специфическая работа.
— Да, уж знаю… А зачем мы летим на Кермадек-Рауль?
— Меня пригласили на конференцию по индуцированной зиме.
— Брр… А что это такое?
— Это явление, которое может возникнуть при выбросе большого количества пыли в атмосферу. Значительная доля солнечных лучей не доходит до поверхности Земли и средняя температура падает ниже нуля по Цельсию. Считается, что на Земле дважды случались такие зимы. Первая–300, а вторая — 70 миллионов лет назад. Из возможных причин называют супервулканическое извержение и падение астероида. Существует также теория ядерной зимы, но у нее неадекватный идеологический фон. Эту ядерную зиму, которая, якобы, наступит после взрывов нескольких тысяч H-bomb, придумали в качестве пугала во времена первой холодной войны.
— Понятно, — сказала Люси, — А ты каким боком к этому?
— У меня доклад про адаптацию некоторых растений к антарктическим условиям.
Люси задумалась, прокручивая в голове, только что полученную информацию.
— Слушай, па, а почему ты с этим докладом едешь к алармистам?
— Ну… — он слегка замялся, — Я хочу послушать доклад одного новозеландца, Энди Роквелла. Он делал модель климатического кризиса для случая падения на Землю крупного астероида. Энди хороший прикладной математик. Это любопытно.
— Па, ты ведь всегда говорил, что алармизм — херня! Что случилось?
— Ну… — Микеле замялся еще сильнее, — Вообще-то меня очень просила мама. Ей интересно мое мнение по модели Роквелла. Маме пришлось заняться совместной меганезийско-латиноамериканской программой астероидной безопасности. Это коммерческая тематика, но если безопасность, то INDEMI должна мониторить.
— Ты сам-то в это веришь? — спросила Люси.
— В астероидную опасность? — уточнил он.