День Диссонанса
Шрифт:
– Разумеется, под вашим чутким руководством.
– Почему бы не начать учение с высших достижений? – с обычной своей нескромностью поинтересовался Клотагорб. – Чтобы тебя натаскать, мне понадобится немало лет. Нельзя за день, за неделю и даже за год постичь таинственное искусство чаропевцев. Но если ты не избавишь меня от треклятой хворобы, я уже ничем не смогу тебе помочь. Мне нужна лишь малая толика снадобья, она легко поместится в кармане этих штанов крикливой расцветки или абсурдной фиолетовой рубашки, пошитой фатоватым портняжкой Карлемотом.
– Она не фиолетовая, а цвета
– Ступай хоть нагишом, только вернись с лекарством.
– Ладно, ладно. Разве вы еще недостаточно разбередили во мне чувство вины?
– Искренне надеюсь, что достаточно, – прошептал маг.
– Ума не приложу, почему я не могу послать вас к черту…
– Потому что тебе довелось родиться честным, а честность – тяжкое бремя в любом мире. Ты способен отличить добро от зла, и в этом – причина всех твоих страданий…
– Какие там страдания! Если б я мог отличить добро от зла, давно дал бы деру из этого дуба. Да бог с вами. Вы меня сюда затащили, вы и поможете выбраться, хотя при этом используете в своих интересах. Не то чтоб я был в особой претензии – ведь вы каждого используете в своих целях…
– Мы спасли мир, – с притворной застенчивостью заметил Клотагорб. – Чем была плоха эта цель?
– Вы правы и насчет того, что я обречен торчать тут, пока вы не сочините заклинание для отправки домой. Похоже, у меня нет выбора – придется тащиться за лекарством. Кстати, нельзя ли его попросить у линчбенийского аптекаря?
– Боюсь, что нет.
– До чего ж я догадлив!
– Цыц! Юношам сарказм противопоказан, он вредно влияет на печень. – Клотагорб медленно поднялся и повернулся к столу, в сложенном виде заменявшему прикроватную тумбочку. На клочке бумаги он нацарапал гусиным пером несколько слов. Через пару секунд он выругался, вставил в перо заполненный стержень, дописал, скатал бумажку в плотный рулончик и вложил в металлическую трубку на цепочке.
– Рецепт, – произнес он благоговейно. – Та, кому ты его отдашь, все поймет.
Джон-Том кивнул и повесил трубку на шею. Металл прохладно щекотал грудь.
– Это все, что тебе необходимо знать.
– За одним пустяковым исключением. Как мне разыскать эту знахарку, или провизоршу, или кто она там?
– Найди лавку. Этого будет достаточно. – Успокаивающий тон Клотагорба мгновенно заставил Джон-Тома насторожиться. – Магазин «То, не знаю что». Он в городе Кранкуларне.
– Как я понимаю, не стоит надеяться, что до этого Кранкуларна от Линчбени рукой подать?
– Все зависит от длины руки. Но я бы сказал, что для большинства смертных это непосильная задача. Кранкуларн довольно далеко к юго-западу от Колоколесья.
Джон-Том состроил недовольную мину. Он пробыл в этом мире достаточно долго и получил кое-какие представления о его географии.
– К юго-западу отсюда нет никаких городов. Колоколесье тянется до реки Вертихвостки, та впадает в Глиттергейст… Он помедлил. – Кранкуларн – это что, деревушка на берегу Глиттергейста?
Клотагорб смотрел
– Ну, не совсем так, мой мальчик. Вообще-то Кранкуларн лежит на том берегу.
– На том берегу реки?
– Не-е-е-ет. На том берегу океана.
Джон-Том всплеснул руками.
– Надеюсь, это последний сюрприз?
– На самом деле, мой мальчик, всего лишь первый. Их будет еще немало на пути к Кранкуларну. А добраться до него надо непременно, иначе, – с пафосом заявил волшебник, – мое сердце, переполненное болью, не выдержит, и вместе с ним лопнет твоя надежда на возвращение в свой мир…
– Но ведь я даже не знаю, насколько широк этот Глиттергейст!
– Не так уж и широк, не больше любого другого океана. – Клотагорб старался сохранить успокаивающий тон. – Можно переплыть за несколько недель. От тебя требуется сущий пустяк: сесть на корабль – их немало курсирует между устьем Вертихвостки и далеким Снаркеном…
– Я слыхал о Снаркене. Он велик?
– Весьма величавый город. Во всяком случае, так я слышал, а самому не посчастливилось там побывать. Тебе он покажется восхитительным. Красивее, чем Поластринду.
– И опаснее?
– Путешествие не стоит выеденного яйца, если оно не опасно. Но ведь мы с тобой романтики, верно? Впрочем, излишние тревоги ни к чему. Ты – всего лишь турист, ищущий отдыха, свежих впечатлений и открытий.
– Как же, как же. Насколько я успел изучить этот мир, с туристами он не очень-то деликатен.
– Это не должно беспокоить столь искусного чаропевца. – Речь колдуна снова была прервана треском в кладовке, за которым последовало несколько обрывков разудалой песни. – Ты уже не новичок в нашей профессии, к тому же у тебя будет надежный спутник – посох из таранного дерева. Считай это отпуском, мой мальчик. Каникулами.
– Интересно, почему мне все время кажется, будто вы что-то недоговариваете?
– Потому что ты пессимист, дружок. Но я это не в упрек. Пессимизм – весьма полезное качество для того, кто избрал карьеру мага. Успокойся, на этот раз я не посылаю тебя на поиски неприятностей. Тебе не придется сражаться с могущественными восточными завоевателями. Я прошу всего лишь съездить за щепоткой порошка, за лекарством для старой черепахи. Никаких войн. Да, путь неблизкий, но нет оснований считать, что он будет еще и трудным. Ты выйдешь отсюда, пойдешь на юг к Вертихвостке, спустишься по течению на лодке. В устье пересядешь на торговое судно и со всеми удобствами доплывешь до Снаркена. А оттуда сушей доберешься до Кранкуларна. Мне это представляется недолгой увеселительной поездкой.
– Представляется? Вы хотите сказать, что не знаете, далеко ли от Снаркена до Кранкуларна?
– Не очень далеко.
– Клотагорб, для существа, привыкшего к точным формулам и заклинаниям, вы временами бываете непростительно расплывчатым.
– А ты – непростительно болтливым, – огрызнулся волшебник.
– Извините. Сказывается юридическое прошлое. «Не обходись одним словом там, где можно употребить пять». Наверное, я все-таки рожден адвокатом, а не басовиком-металлистом.
– Ну, этого ты не выяснишь, пока не вернешься в собственный мир, чему не бывать, если…