День исповеди
Шрифт:
Когда беседа закончилась, у Роскани не оставалось ни тени сомнений: пациент, которого экипаж судна доставил на виллу Лоренци, — отец Дэниел Аддисон.
Повернувшись к Кастеллетти с просьбой еще раз проработать детали со свидетелями, Роскани поблагодарил капитана и его экипаж и, отдернув занавеску, пересек суматошный зал оперативного штаба и выскочил в коридор.
Там он прошел в туалет, воспользовался писсуаром, затем вымыл руки и ополоснул лицо. В таких обстоятельствах думать без сигареты было просто невозможно. Он поднес к губам два сложенных пальца, будто между ними была сигарета,
Не далее чем сегодня он со Скалой, Кастеллетти и двумя дюжинами карабинеров прочесал каждый дюйм на вилле Лоренци. И не нашел ничего. Никаких следов присутствия там отца Дэниела и тех, кто его сопровождал. Вариант, в котором санитарная машина просто ждала где-нибудь на территории виллы и группа погрузила своего пациента и уехала, был невозможен, потому что к вилле Лоренци вели всего две дороги, главная и хозяйственная, и обе с воротами, которые управлялись с внутренней территории. Машина не могла ни въехать, ни выехать без чьей-то помощи на вилле. Такого, по заверению Муи, абсолютно точно не могло произойти.
Конечно, невзирая на всю видимую готовность Муи помогать, он мог и соврать. Кроме того, нельзя было исключить и возможность того, что помогал отцу Дэниелу кто-то другой, а Муи мог просто ничего не знать. И последний вариант: возможно, священник все еще скрывался там, но его так надежно спрятали, что с первого раза полиция не смогла ничего отыскать.
Роскани еще раз втянул глубоко в легкие воображаемый дым. На рассвете ему, Скале и Кастеллетти вместе с лучшими карабинерами нужно без предупреждения вернуться на виллу Лоренци и тщательно обыскать все снова. На этот раз надо взять собак, перевернуть все; если понадобится эту чертову виллу разобрать по камешкам, они так и сделают.
65
— Кьяссо… — сказал Геркулес, посмотрев на Гарри.
Они двигались по дороге из Милана по автостраде А9, по-летнему переполненной машинами, в темно-сером «фиате», который Адрианна оставила, как обещала, напротив железнодорожного вокзала в Риме; ключи лежали на земле, с внутренней стороны левого заднего колеса.
Гарри не ответил. Он смотрел на дорогу впереди, а мыслями сосредоточился на том, как добраться до Комо, где он должен был встретить Адрианну. Затем надо было каким-то образом переправиться через озеро в Белладжио, где, вероятно, находился Дэнни.
— Кьяссо.
Он услышал, как Геркулес повторил слово, повернулся и увидел, что карлик уставился на него.
— О чем ты еще там, черт возьми?
— Я помог тебе проехать через полстраны. Нашел бы ты сам автостраду из Рима? Разве не я заставил тебя повернуть на север, когда тебя вдруг потянуло на юг? Без Геркулеса ты сейчас подъезжал бы к Сицилии, а не к Комо.
— Да, Геркулес, ты просто молодец. Я тебе очень обязан. Но я что-то никак не пойму, о чем ты твердишь.
Гарри резко перестроился в правый ряд следом за мчащимся «мерседесом». Путешествие слишком затягивалось.
— Кьяссо на самой границе со Швейцарией…
— Значит, мне придется везти тебя в Швейцарию? — недоверчиво переспросил Гарри.
— Мистер Гарри, полиция разыскивает меня, чтобы посадить за убийство…
— Как и меня.
— Но я не могу надеть одежду священника и выдавать себя за кого-то другого тоже не могу. Карлик не сможет проехать на автобусе или поезде и остаться незамеченным.
— А на частном автомобиле — сможет…
Гарри заговорщицки улыбнулся.
— Пока что мне не подворачивалось такой возможности…
— Геркулес, у меня не отпуск и не туристическая поездка.
— Конечно нет, ты ищешь своего брата. Полиция тоже. Но посуди сам, от Кьяссо туда немногим дальше, чем от Комо. Я выйду, и ты поедешь обратно — своим путем. Ничего сложного.
— А если я откажусь?
Геркулес негодующе выпрямился:
— Значит, ты не человек слова. Когда я принес тебе одежду, то попросил помочь мне. Что ты ответил? «Сделаю все, что только смогу, обещаю».
— Я имел в виду — в рамках закона и, разумеется, в Риме.
— Мистер Гарри, учитывая сложившиеся обстоятельства, лучше помочь мне сейчас. Оторвать от жизни какие-нибудь двадцать минут…
— Двадцать минут?..
— И мы в расчете.
— Ладно, в расчете так в расчете.
Вскоре они миновали выезд из Комо, и их соглашение стало реальностью. Когда же они отъехали на три мили к югу, в сторону Кьяссо, движение заметно замедлилось, дорога сузилась до одной полосы в каждую сторону. Затем пришлось совсем остановиться. И Гарри, и Геркулес рассматривали бесконечную вереницу красных автомобильных стоп-сигналов. А потом они увидели, что происходило довольно далеко впереди. Оттуда к ним медленно приближались, внимательно приглядываясь к каждой машине, полицейские в бронежилетах, вооруженные «узи».
— Мистер Гарри, разворачиваемся. Живей!
Гарри сдал на несколько футов назад и, рванув с места, развернул «фиат», резко взвизгнув покрышками. Он погнал назад по той же дороге, по которой они только что проехали.
— Черт подери! Что там такое творится? — Гарри взглянул в зеркальце.
Геркулес молча нажимал кнопки радиоприемника и почти сразу же наткнулся на диктора, тараторившего по-итальянски. «В Кьяссо устроили большой контрольно-пропускной пункт полиции, — переводил Геркулес. — Каждый автомобиль осматривают в надежде обнаружить беглого священника Дэниела Аддисона, который каким-то образом ускользнул от полиции в Белладжио и, как полагают власти, может попытаться перейти швейцарскую границу».
— Ускользнул? — Гарри повернулся и посмотрел на Геркулеса. — Значит, кто-то его видел?
— Этого они не сказали, мистер Гарри…
66
«Фиат» стоял возле съезда с автострады на шоссе, ведущее в Комо. Гарри остановился там, где попросил Геркулес. И теперь они в последний раз сидели рядом. Закатное солнце заливало автомобиль неярким желтоватым светом, совершенно не сочетавшимся с резким блеском фар проносящихся мимо машин.