День отца

Радына Владимир Николаевич

#фестивальныйпарк – пришлось зачекиниться. Просидев в парке 15 минут на лавке, я получил от своего смарта соответственный хэштег для чекина. Я сидел и то открывал приложения, то закрывал их. Смотрел, как не спеша обновляются ленты. Я уже давно заметил, что летом и в хорошую погоду ленты всегда обновляются медленно. Правда, бывают люди, для которых весь отдых надо обязательно выложить в социалку. Они отдыхают, хорошо проводят время, им хорошо, и они делятся своим “хорошо” со всеми. Или, может, они делятся для того, чтобы им завидовали.

Мне

надо было бы идти и готовиться к вступительному экзамену, а я сидел и тыкался в телефоне, размышляя о том, где взять денег для того, чтобы начать относительно самостоятельную жизнь. Я то открывал номер отца, то закрывал. И даже не знал, доступен ли он на нём ещё или, может быть, уже нет. Да и вообще: почему у него должны быть деньги? Хотя мама всегда именно так и думала, что у него они точно есть, но мы и без них обойдёмся. И как только она вышла замуж во второй раз, эти слова я стал слышать все реже, потому как при отчиме она таких тем не поднимала.

В пятнадцать лет я стал интересоваться, почему у одних людей есть деньги на всё, а у других только на выживание. Я читал про олигархов, миллиардеров, известных меценатов. Больше всего мне были по нраву люди, которые добились всего сами. Те, кто начинал с нуля и в итоге выстроил известные всему миру корпорации. Я изучал их жизненные пути проб и ошибок, и мне нравилось, что те, кто не сдался, добился самых больших высот. На фоне этих историй у меня появилась идея фикс. Я захотел тоже стать двигателем прогресса, то есть, сначала захотел денег, а потом, развивая своё желание внутри себя, докарабкался до самого Олимпа славы.

Не имея никаких глубоких знаний к концу школы ни в одной из отраслей, я осознал, что для того, чтобы чего-либо добиться, надо много учиться. А ещё должна быть увлечённость, и вовсе не компьютерными играми.

К сожалению, у меня не было своего маленького дела, продающего сайта, магазинчика пончиков, лотка с кофе, велосипедной мастерской, и зарабатывать на боях без правил я ещё тоже пока не начал. Хотя не у каждого моего друга было что-либо из перечисленного, но всё же у кого-то это было. Я это видел, оно происходило рядом, в моём городе. У друзей друзей, у подруг друзей, их знакомых, в соседнем дворе у каких-то пацанов. Я оправдывал себя тем, что им помогли родители, а моим необходимо ещё братишку на ноги ставить. Но каждое такое оправдание оставляло на душе невидимый порез тупым ножом. Себя я уже уверенно чувствовал на ногах, хотя на самом деле пока ещё даже не представлял, как это.

Учитывая все мои амбиции и реальность, все мои личные финансы складывались из карманных расходов, поэтому поступать в Москву я поехал на средства родителей.

Попросить деньги у родного отца даже не пришло в голову, но я всё-таки нажал кнопку вызова на его номере.

На телефоне появилось сообщение “отсутствие сети”, и меня выкинуло на номер мамы.

– Ты не сможешь позвонить ей, здесь плохая связь, – отец сидел рядом со мной на бревне и строгал рыбацким ножом с чёрным лезвием рогатину. –

Но отправь смс, вдруг появится сеть, и смска сама уйдёт. Главное, не волнуйся, она же знает, что ты со мной.

Первая мысль, как она вообще допустила такое, и, зная, что я с отцом, ещё не оборвала мне телефон. Я снова провалился в другую реальность? Вот это да! Происходящее вызвало неподдельный интерес. Судя по ощущениям и моему прикиду, мне лет тринадцать…

– А ещё можешь нажать "отправить смс" на телефоне и подкинуть его высоко – высоко, мы всегда так в детстве делали, – отец ехидно заулыбался.

– Да ты выдумываешь, – я понял, что он меня разводит, глядя на свой простенький кнопочный самсунг. Таким же меня наказывала частенько моя мать, когда отбирала хороший телефон, подаренный отцом, и “торжественно” вручала вот этот. Да, это был именно он, с той же трещиной на экране, мне реально захотелось швырнуть его в воду…

Мы сидели на берегу реки, и до кромки было метра три – четыре. Я смотрел на течение, как стойки причала разрезают быстробегущую воду, и этот умиротворенный вид успокоил в считанные секунды. Перед нами был небольшой костёр, мы жгли дрова на угли, чтобы потом что-то приготовить. Я представил, как подкидываю телефон высоко вверх, и он нечаянно опускается в воду. Да, это точно был развод. Он просто застал меня врасплох, пару минут назад я хотел ему позвонить, а теперь он сидит рядом со мной. Так я позвонил ему, или просто так сильно хотел, что мне показалось, что позвонил?

– Пап, у тебя есть деньги?

– На дорогу домой хватит, но мы, вроде бы, ещё собирались порыбачить пару дней.

– Мне надо на общагу институтскую, – и я сразу заметил, что могу с ним говорить, о чём хочу, а не как в прошлый раз. То есть, мне лет тринадцать, как я и говорил, но остались те же самые проблемы, я не успел переключиться.

– Ну, ты сначала поступи в институт.

– Когда я поступлю, уже поздно будет.

– В общаге мест не останется? – отец сделал вид, что неподдельно удивился.

– Ну, в той, в которой я хочу жить, может не остаться.

– А в другой что не так?

– Ну, там для обычных, типа…, – и тут я понял, что нормального объяснения у меня нет.

– Ты серьёзно? Ты считаешь себя необычным? – отец улыбался.

– Ну-у-у, я хочу, чтобы были удобства.

– Ты о чём?

Я, типа, задумался.

– Ну? – отец всегда был напорист в вопросах, но также пытался порой помочь с ответом, только в своей экстравагантной манере. – Сортир со стразами тебе там нужен?

– Сплит и вай-фай, – пришлось расколоться.

– Сынок, когда ты закончишь школу, я надеюсь, у тебя уже будут другие ценности. Сплит говорит о том, что ты изнежен, а вай-фай отрывает тебя от реальной жизни.

– Но мне нужен интернет для учёбы.

– Я согласен, но учёба обычно с сентября по май, ну, может по июнь. И сплит тебе особо не нужен, переплачивать за две недели прохлады я не вижу смысла.

– Ну, в принципе, да, – на удивление самому себе я согласился. На то он и отец, чтобы аргументировать свои “нет”.