День
Шрифт:
Вопрос был неожиданный, и Алексей взял небольшую паузу на размышление. Требовалось дать развернутый ответ, и по возможности совсем не тот, который бы потребовался преподавателю в лицее. «Деду» требовались отнюдь не «формальные» знания, а практический ответ, исходящий из здравого смысла. И спустя минуту парень начал отвечать:
— Глобализм неразрывно связан с развитием капитализма, а последнему свойственна агрессивность — ведь требуется удешевить потребляемые ресурсы любым способом, а награбленное всегда дешевле произведенного. Отсюда колониальная экспансия европейских держав, апофеозом которой стала Британская империя, в которой период первоначального накопления капитала отождествлялся с пиратством, как у Испании с ограблением государств
— Заумно мыслишь, Лешка — говори проще. Глобализм есть желание способы немногих утвердить свое влияние над многими посредством экономического закабаления, которое всегда подкрепляется реальной военной силой. Тут все банально — старинный выбор любых бандитов из подворотни или с «большой дороги»– «жизнь или кошелек»!
Дед хмыкнул, раскрыл коробку и достал папиросу. Закурил, пыхнул дымком — сизый дым потянулся к потолку.
— Вот почему капиталисты готовы пустить в ход все, чтобы сохранить свое господство. Раньше таковой была грубая сила — строили линкоры и броненосцы, потом прибегли к созданию атомной бомбы. И после крушения Советского Союза решили, что цель достигнута, но то была «пиррова победа». Теперь прежний миропорядок невозможен — никто не хочет отдавать ресурсы за раскрашенные бумажки, а «ядерных дубинок» стало много, и все стороны могут пустить их в ход. Так что глобализм сам вызвал глобальное противостояние, которое разрешится может только военным путем… Впрочем, не стоит о том говорить сейчас, побеседуем в дороге. Завтра идем на электричку с утра — нам нужно поехать в одно место, на недельку-другую. Если все будет нормально, то вернемся, если же нет — то и говорить не стоит. Так что следует поторопиться с отъездом — интуиция у меня прямо вопит о недобром, так что давай рюкзаки набивать, разное снаряжение потребуется…
Глава 6
— Что-то мне не нравится водитель — глаза у него бегают, хоть и старается выглядеть спокойным. А вот приветливость явно наигранная — так что веры ему никакой быть не может. Думаю — «подстава», на дороге явно ждут. Не нас конкретно, а деньги и вещи, что у нас имеются. Так что держи ушки на макушке, и не мешай мне играть роль беспомощного старика дальше.
— Понял, деда, не беспокойся. Если стрельба начнется, упаду на снег и откачусь в сторону. Сам то справишься?
— Не впервой, за тебя только опасение имею — людишек ты еще не убивал, пусть «лихих», но то дело кровавое, муторное. Рано тебе еще, повременить надобно, а потому под руку не лезь и не мешай. Одежу оправь, и оружие не доставай — ни к чему.
Алексей застегнул куртку, оправил полы — огляделся. Весна потихоньку вступала в свои права в городе, но здесь зима продолжала цепляться. Тайга, подступавшая к дороге была заснежена, хотя обочины, где днем пригревало солнце, покрыты лужами. Привычная картина для этих мест — тайга, снег, нагретый асфальт, полотно которого покрыто выбоинами, да одинокий автомобиль, притулившийся к краю полосы. Обычная остановка, чтобы справить нужду, какие тут могут быть туалеты. Летом вообще хорошо — отходи за близь лежащие кусты шиповника и достаточно, листва все скроет. А ранней весной за деревья уходить не нужно — машин на дороге мало, да и ехать из города на курорт никто не будет — тот закрыт, не сезон.
Они и сами оказались в непростом положении,
Капитализм ведь, а в нем свои правила, к патриотизму и морали имеющие лишь самое отдаленное отношение, А потому заподозрили неладное с самого начала, когда «нарисовался» абориген, и предложил свою помощь — подрядился на своем «уазике» за десять «кусков» довезти их до санатория. Согласились, а куда деваться — не ждать же два дня, ночуя в местной гостинице, на радость клопам. Водитель только попросил два часа срока, чтобы автомобиль подготовить к столь долгой поездке, но обещал за пять часов довезти, и вот это сразу насторожило…
— Думаю, этот дятел остановится дальше еще раз, а там и машина подъедет, или уже стоять будет, вариантов несколько. И вряд ли дальше — через двадцать километров асфальт заканчивается, дальше идет зимник. А наша участь определена заранее — закон тайга, медведь прокурор. Отволокут трупы на полсотни метров, а как снег растает, тела зверье подъест.
Дед говорил тихо, и Лешке не понравилось, что глаза старика на секунду вспыхнули неистовым огнем. И он невольно поежился — «старец» отнюдь таковым не был, прошел не одну войну, каждый жест экономный — и тем опасней для любого противника. И они медленно пошли обратно к машине, и тут Лешка вздрогнул — из-за поворота выскочил микроавтобус, и резко затормозил. Дверь со скрежетом отодвинулась, изнутри посыпались здоровенные парни — двое с ружьями, один с битой — все трое мордастые, уверенные в себе, чувствующие себя господами положения.
— А ну упали живо, а то пришибем. Ж…
Откуда-то из-за спины раздался голос водителя, который тут же прервался болезненным вскриком. Краем глаза Лешка успел заметить, как дед ткнул его тростью, и сам тут же упал за машину, памятуя, что ему не следует подставляться под выстрелы, а то, что может сделать обычная охотничья картечь объяснять было не нужно.
Время словно поползло перед глазами, и парень удивился — такое с ним происходило впервые. Бандиты двигались медленно, даже очень медленно, словно осенние мухи в сладком сиропе. А вот старик…
Да, его движения было трудно заметить — словно какие-то смытые, неуловимые для взгляда. И сколько прошло секунд, он так и не понял, все закончилось необычайно быстро, даже выстрелы не прогремели.
— Говори как на духу — убить нас хотели?
Дед наклонился над водителем, что лежал на пустынной дороге, и только разевал рот, силясь вздохнуть, словно вытащенная на берег рыба. Трое его дружков по криминальному «бизнесу» валялись у автобусика, причем недвижимо. Да оно и понятно — не трость была в руке у старика, а клинок шпаги, из нее выдернутый, и со стали капала на асфальт кровь. Заколол всех троих, причем настолько быстро, что парень даже выпадов не заметил, хотя фехтованием занимался, и даже пару раз в учебных схватках «ранил» деда.
— Нет, нет, что вы — только попугать, — в голосе водителя прорезался дикий страх — лицо словно мукой обсыпали. Старик усмехнулся:
— Не тяни за хвост налима, придурок, тогда бы маски надели. А раз так — то умереть тебе придется, а мог бы честно деньги заработать.
Старик быстро кольнул острием шпаги прямо в сердце — умелое, давно отработанное движение. Убил четверых, а на вид словно высморкался. И повернувшись к Алексею, негромко произнес, показывая ладонью на трупы.