Шрифт:
В далёкие-предалёкие времена на самом краю земли, где уже и земли-то не найти, стояла деревня. Да, стояла, потому что от той деревни осталось только название, коряво написанное на криво висящей доске. Кто и когда писал его, уже невозможно вспомнить, как и то, какой эта деревня была. Название той деревни – Грязючка. По преданиям, что сохранились до наших дней, на улицах
– Ха-ха-ха!!! Ещё один застрял, урод! – грязная, неопрятная старуха, стоя у покосившегося дома, показывала скрюченным пальцем на очередного бедолагу в телеге и заливалась смехом. Противным, злорадным, обидным.
– Эх-хе-хе, что за вредная старуха! – седок на телеге огорченно качал головой. – Вместо того чтобы помочь, подсказать, где поискать помощь, она только злорадствует. Настоящая грязючница, – рослый мужик в вытертом пиджаке, в брюках с заплатками и грязнющих сапогах огорчённо ворчал и вертел головой в надежде увидеть хоть кого, чтобы позвать на помощь. Время за полдень, а на улице ни души – кроме старухи, конечно. То ли все спят после сытного обеда, то ли все в поле на сенокосе или ещё где. Ещё немного покряхтев, мужик слез с телеги прямо в грязь, ещё несколько раз чертыхнулся, разглядывая сломанную ось и отвалившееся колесо. Перспектива вырисовывалась нерадостная: глухая деревня, злобная старуха, телега посредине лужи.
Чертыхаясь и вконец измотав лошадёнку, мужик с большим трудом вытащил телегу на сухое место. Ещё раз окунувшись в лужу, ездок извлёк колесо. Теперь оставалось только найти мастера, чтобы помог изготовить ось.
– Кхм-кхм, – ездок вздрогнул и обернулся. За спиной у него стоял мужик-крепыш выше среднего роста в холщовой рубахе, подпоясанный витым кожаным ремешком, с неестественно белыми волосами на голове.
– Я вижу, помощь нужна? – мужик вопросительно посмотрел на перемазанного с головы до ног ездока.
– Да как же, конечно, нужна! – тяжело дыша, но обрадованно чуть не вскричал ездок. –
– Помогу, конечно. Потому и подошел, что вижу, беда у тебя. А зовут меня Хват. Кузнец я здешний. – говоривший протянул руку для знакомства.
– А я Егор, приказчик из Н…ского поместья, – и тоже протянул руку. Крепкое рукопожатие скрепило знакомство.
– Да, Егор, уж больно ты перегрузил твою телегу, вот и не выдержала ось. Так что, давай, разгружай её, а то мы и втроём – ты, да я, да твоя лошадка – до кузницы не дотянем.
Егор с грустью посмотрел на две большие деревянные полубочки, стоящие на телеге и накрытые грязной дерюгой, нерешительно потоптался, не решаясь последовать совету нового знакомца.
– Да не дрейфь, сбрасывай свои бочки. Тем более, скажу тебе по секрету, что в твоей грязи ничего полезного нет. Если быть точнее, уже нет. Не то время! – говоря это, Хват был очень серьёзен и сосредоточен.
– Как так – нет? – Егор от удивления даже остановился, перестав топтаться.
– Да не секрет, для чего проезжают нашу деревню такие вот телеги с полубочками. Все стремятся к болоту, чтобы набрать лечебной грязи и лечить свои хвори, недуги. Да не все знают, что не всегда полезна эта грязь. Вот и сейчас такое время, что окромя вреда ты ничего не привезёшь своим господам, да и не только. Ведь эту грязь будут трогать все дворовые, так как не под замком же она будет у вас в поместье? – рассказывая, Хват внимательно смотрел на Егора. – Давай помогу.
Вдвоём они мигом перевернули полубочки. Жидкая грязь, растекаясь по улице, скатилась в лужу, откуда только что вытащили телегу.
– Ну вот, теперь можно и ко мне, к кузнице, – Хват взял под уздцы лошадь, Егор забросил колесо в телегу и они двинулись вдоль улицы.
Дом Хвата с кузницей во дворе находился недалеко от лужи. Да и, по правде сказать, деревня была не слишком большая, скорее совсем небольшая, так что все жили относительно рядом друг с другом.
Конец ознакомительного фрагмента.