Шрифт:
Ира с Ваней бежали по платформе, расталкивая прохожих. Утренний воздух, напитанный влагой после недавнего ливня, приятно охлаждал лицо. Июнь оказался щедрым на дожди.
– Вань, не могу больше бежать, не успеем, – прокричала запыхавшаяся девушка, которую парень тащил за собой изо всех сил.
– Успеем, – оглянувшись на нее, крикнул Ваня, – я следующий поезд ждать не собираюсь!
Они, действительно, успели – запрыгнули в вагон, и он тут же тронулся.
– Ир, не хочешь по возвращении заняться бегом? Может, выносливости прибавится, заодно
– Вань, тебя прямо сейчас побить, или когда доберемся до деревни? – ответила девушка и наигранно надула губки, притворившись обиженной.
Смеясь, они прошли по плацкартному вагону к своим местам и бросили рюкзаки на полки.
Ваня плюхнулся возле своего рюкзака, достал из кармана телефон и уставился в него. Ира повесила джинсовку, скинула кроссовки и забралась с ногами рядом с Ваней. Чмокнув парня в щеку, она сказала ему:
– Всего пять часов, и будем на месте!
Ваня что-то промычал в ответ, дав понять, что он далеко не в восторге от этой поездки. Ира взъерошила его коротко стриженные волосы и уставилась в окно. Всего пять часов, и она сможет увидеть частичку того, что так долго скрывала от нее мама… Интересно, какие эмоции ее ждут?
– Куда держим путь, молодежь? – раздался бодрый и веселый мужской голос с соседней полки, – я на экспедицию в Вершки еду, а потом в Аркадьино. Собираю местные предания, легенды, диалекты. Может, вы попутчики мои? Втроем-то повеселее будет.
Ира с Ваней одновременно посмотрели на мужчину. Одет он был, как турист советских времен, а пол лица его закрывала густая борода, поэтому было совершенно не понятно, сколько ему лет.
– Мы едем в Мортву. На Тишинской выходим, – сказала Ира.
– Эх, жаль! – мужчина покачал головой, а потом спросил с удивлением, – а что вы в Мортве-то будете делать? Там же все давно заброшено. Сталкеры что ли?
– У меня бабушка недавно умерла, в Мортве жила. И мама мне сказала, что там остались ещё несколько стариков, – ответила Ира, доставая из рюкзака два яблока – для себя и для Вани, – яблоко хотите?
– Нет, спасибо, яблоки у меня и свои есть, – ответил мужчина, указывая на свой огромный рюкзак, – молодежь, а вы с Мортвой точно ничего не перепутали? Я там лично бывал лет пять назад. Так там уже тогда ни одного жилого дома не было.
Ира посмотрела на Ваню, который уже снова уткнулся в телефон, и пожала плечами.
– Вряд ли это ошибка. Я и по координатам сверялась.
– Ну смотрите сами, и имейте в виду, места там, как бы это сказать… Странные! Есть такое модное словечко – "полтергейст", так вот это как раз про Мортву. Туда даже такие чокнутые собиратели легенд и диалектов, как я, соваться не любили.
– Мы современные люди, в полтергейсты не верим, у нас есть интернет, а в нем есть объяснение всему, – ответил Ваня, не отрывая взгляда от телефона.
– А что в Мортве такого страшного? – спросила Ира.
– Ты туда едешь, вот все своими глазами и увидишь, – мужчина расхохотался,
Мужчина сел ближе к столику и достал из кармана потрепанную колоду карт. Ира вздохнула обреченно, убрала телефон и подсела к столику.
***
Ваня и Ира вышли на нужной станции Тишинская, как и планировали. Обернувшись, Ира увидела, что их попутчик смотрит им вслед из окна и качает головой, словно осуждая за то, что они его не послушались.
– После долгой дороги пройтись пешком по лесу будет очень полезно! Особенно для человека, который пять часов играл в игры на телефоне.
Ира бодро закинула на плечо свой рюкзак и стала спускаться с железнодорожной насыпи. Ваня вздохнул и пошел следом.
– Итак, еще разок для повторения. Бред чокнутого попутчика отметаем, исходим из того, что знаем сами. Деревня называется Мортва. Мама сказала что жилых в ней осталась буквально пара домов со стариками, остальные жители поумирали и разъехались, кто куда, – Ира помолчала, оглянулась на Ваню, помахала перед ним клочком бумаги, – бабушка жила тут всю жизнь, вот здесь у меня записаны название улицы и номер дома.
– Ир, только давай, как договаривались. День там, а потом назад.
Девушка кивнула и быстрым шагом пошла к лесу.
***
О бабушке Тамаре Ира узнала совсем недавно – матери пришло письмо, в котором сообщалось, что она умерла. Отправитель письма был не указан, но на конверте стоял штамп Тишинского почтового отделения, оно ближайшее к Мортве.
Ира, случайно увидев письмо, устроила настоящий допрос. Ее мать была сиротой, а про своего отца Ира знала лишь то, что он "подлец", бросил ее маму перед самыми родами, а сам через несколько лет трагически погиб.
О том, что у нее могли быть и другие родственники, Ира даже никогда не задумывалась. Всю жизнь она считала, что у нее есть только мама.
И вот, в свои двадцать три года она вдруг узнала о том, что у нее, оказывается, была бабушка по имени Тамара, которую, как и отца, Ира никогда не видела, хотя вполне могла увидеть. Узнав об этом, девушка устроила скандал.
– Почему ты раньше мне не рассказала о ней? – кричала она бледной, уставшей после работы, матери, – я имею право знать своих родных, даже если ты сама ненавидела их!
– Ты думаешь, что была нужна ей? Как бы не так! – ответила мать, и в голосе ее прозвучала горечь, – она знала о внучке, но за все эти годы не послала тебе ни единой игрушки ко дню рождения, ни единого письма. Не говоря уже о какой-то помощи. Я лишь один раз у нее попросила помощи, на что она мне ответила, что надо было сразу делать аборт…
Ира долго плакала после этого разговора, а на следующий день заявила матери, что все равно поедет в деревню, где всю жизнь прожила бабушка.
– Что ты там надеешься найти? Деревня заброшена, там пара стариков остались, а, может, и вовсе уже никого из жителей нет, – сказала мать, строго взглянув Ире в глаза.