Деревянное море
Шрифт:
«Вот ведь хер моржовый».
Я собрался было двинуться следом за ним, но тут ко мне подошел какой-то тип в моем костюме и протянул папку.
– Это программа на сегодня.
Я, не глядя, ее взял, благодарно улыбнулся и, проигнорировав папку, стал искать глазами Флоона. Отлично: он стоял в одиночестве возле кадки с каким-то пышным растением и наблюдал за собравшимися. На мгновение мне вспомнился Джей Гэтсби [65] , глядящий в толпу гостей с верхней ступени крыльца своего особняка на Лонг-Айленде. Но они вольны были надевать что им вздумается, а Гэтсби, если снять с него искусно вылепленную маску, был человеком славным. Став свидетелем того, как Каз де Флоон обошелся с миссис Джатс, я сразу решил, что его-то славным человеком никак не назовешь, что бы о нем ни говорили другие.
65
ДжейГэтсби – главный герой романа «Великий Гэтсби» (1925) Фрэнсиса Скотта
Ему явно нравилось стоять в одиночестве и смотреть на остальных. Временами он кому-то улыбался и приветственно помахивал рукой, но сама аура вокруг него словно предупреждала: приближаться не следует. Никто и не пытался к нему подойти. Я стал оглядывать помещение – мне было любопытно, как гости Флоона реагируют на него издалека. Одинаковые костюмы позволяли мне без труда отличить нас от прочих людей, находившихся в холле. Идея вырядить всех одинаково, казавшаяся поначалу просто глупой, теперь, после того как он унизил толстуху, виделась мрачной и извращенной. Большинство то и дело косились на него украдкой. Одни с нетерпением, другие просто любопытствовали, где он находится. Те, кто удостаивался его приветственных жестов, сияли от счастья, как если бы получили благословение. Те, на ком его взгляд не задерживался, воспринимали это как удар. Им надо было, чтобы он знал; они здесь. Его приветствия давали им некий статус, и те, к кому эти жесты были обращены, загорались как факелы. Наши взгляды неминуемо должны были встретиться. И когда это случилось, сердце у меня в груди словно кто-то зажал в тиски. Я не знал этого человека, но его взгляд поразил меня словно громом. Я выдавил из себя улыбку и поднял в знак приветствия папку. Боковым зрением увидел рисунок на обложке. Тиски снова сжались. На блестящей белой поверхности было крупными черными буквами напечатано: ФЛООН. Под ними красовалось изображение того самого пера.
Я порылся в памяти и немедленно вспомнил, мне уже случилось видеть такую же самую картинк; в этом будущем: бредя вслед за Гасом в кафе на встречу со Сьюзен, я заметил на стене одного из домов большой постер среди множества других. На нем было напечатано слово «ФЛООН», под которым красовалось перо. И все, никаких призывов типа: «Куда вы хотите пойти сегодня?» или «Это то, что вам надо!» Только странная фамилия и переливающееся всеми цветами радуги перо на белом фоне. Увиденное чиркнуло мое сознание по касательной и не проникло в его глубины потому что я был просто потрясен всем другим, происходившим в тот момент.
– «Цирк Территун» [66] . – Это было первое, что сказал мне Каз де Флоон, когда вспышка воспоминания прожгла мне голову и погасла, а я понял, что передо мной стоит он – собственной персоной.
– Простите?
– «Цирк Территун». Кто у них был ведущий? – Вот теперь он улыбался искренне. Только я не мог взять в толк, о чем он меня спросил.
– Простите, Каз, но вам придется дать мне контекст.
Улыбка его сразу погасла, он поджал губы.
– Я за честную игру, Фрэн. Признаю, вчера вы меня обставили с «Какао-топью» [67] и чудо:собакой Могучим Манфредом [68] . Но теперь отдайте и мне должное. Мне кажется, что с «Цирком Территун» здорово придумано. Так что, будьте добры, кто там был ведущий?
66
«Цирк Территун» – детская телепрограмма, в которой показывались мультфильмы главным образом студии «Территунз» (1916-1968).
67
«Какао-топь» (Cocoa Marsh) – шоколадный сироп, постоянно рекламировавшийся в программе «Цирк Тсрритун». Столь странное название торговой марки было придумано детьми-зрителями в результате конкурса, объявленного спонсировавшей программу компанией-производителем.
68
Чудо-собака Могучий Манфред – спутник Тома Потрясного (Tom Terrific) в мультфильмах студии «Территунз», показывавшихся в телепрограмме «Капитан Кенгуру», по пятиминутному выпуску (1957-1959).
Он говорил с легким акцентом европейца, долго жившего в Америке. «Территун» он произносил как «Террортон» [69] .
– Так у нас, выходит, викторина о старых телешоу, Каз?
– Телешоу, реклама и прочее периода пятидесятых-шестидесятых. Вы же знаете, это моя страсть. Так что отвечайте на вопрос.
Вот уж не на того напал. Мальчишкой я четыре сотни лет перед теликом провел. Моя телекарьера началась, когда цветного изображения и дистанционного пульта и в помине не было. На телевизорах громоздились двурогие антенны. Когда картинка ухудшалась, ты начинал крутить эти рога или стучать по ящику. Каналов было всего семь, и все черно-белые. Каждое утро начиналось с пропагандистского шоу об армии США под названием «Большая картина» и заканчивалось религиозной передачей «Светильник ноге моей» [70] . Я знаю. Я там был.
69
Terror Ton (англ.) – тонна
70
«Светильник ноге моей». – См. псалом 118:105: «Слово Твое – светильник ноге моей и свет стезе моей».
– Вы это серьезно, Каз? Хотите соревноваться со мной один на один на знание старых телешоу? Проиграете.
– Вы тянете время. Отвечайте. – Странный у него был голос – в нем одновременно слышались угроза и насмешка.
– Извольте. Клод Кирхнер [71] .– Я мог расслабиться. В эту игру я мог играть во сне и все равно утер бы ему нос. – Ну, это слишком просто. А как насчет вот этого: кто исполнял главную песню в «Уайетте Эрпе» [72] ?
71
Клод Кирхнер (1916-1993) – популярный ведущий детских телепередач; «Цирк Территун» вел в 1956-1966 гг.
72
Кто исполнял главную песню в «Уайетте Эрпе»? – «Кен Дарби Сингерс». – «Жизнь и легенда Уайетта Эрпа» (1955-1961) – популярный вестерн-телесериал об этом действительно легендарном деятеле Дикого Запада (1848-1929), характерно противоречивой фигуре, балансировавшей на грани между криминалом и борьбой с преступностью; впрочем, в данном сериале никакой противоречивости нет и в помине – сплошные стрелялки-догонялки и высокий пафос.
– «Кен Дарби Сингерс» [73] , – он выбросил вверх руку.– Как звали напарника Янси Дерринджера [74] ?
Вокруг нас стали собираться люди. Флоон старался для них.
– Паху. Кто его играл?
– Экс Брандс. А кто играл напарника Циско-Кида [75] ? Я скрестил руки на груди.
– Лео Карильо.
Самодовольная улыбка. Еще раз. Мне хотелось дать ему прямо по этой самодовольной улыбке. Ему не было нужды карабкаться в горы – он мог бы спуститься на веревке с вершин своего собственного «я». По его предложению мы оставили телепрограммы и перешли к спорту. Он в этом чертовски хорошо разбирался. Когда наше состязание по футболу, баскетболу и бейсболу закончилось вничью, я решил повысить ставки.
73
Кен Дарби (Кеннет Лорин Дарби, 1909-1992) – композитор, автор-песенник, дирижер, руководитель нескольких вокальных коллективов и т. п.; много работал на телевидении и в кино, в том числе со студией Диснея.
74
Как звали напарника Янси Дерринджера? ‹…› Паху. Кто его играл? – Экс Брандс– «Янси Дерринджер» (1958-1959) – не совсем типичный (и оттого недолговечный) телесериал о бывшем офицере южан, а теперь игроке и бабнике Янси Деррипджере (Джок Махони, 1919-1989), который на самом деле борется со всякими злыднями по заказу местной, новоорлеанской администрации. Его напарника, индейца Па-ху-Ка-Та-Ва, играл Экс Брандс (1927-2000).
75
А кто играл напарника Циско-Кида? ‹…› Лео Карильо,– «Циско-Кид» (1950-1956) -популярный вестерн-телесериал в духе «Одинокого Рейнджера». Главную роль исполнял Дункан Ренальдо (1904-1980), его напарника Панчо играл Лео Карильо (1881-1961), в чью честь в Калифорнии были названы пляж и государственный парк.
– А как насчет профессиональной борьбы, Каз? В те времена, когда Рэй Морган был диктором на Юлайн-арене?
Флоон раскинул руки, этим театральным жестом предлагая мне начать.
– Назовите имена Великолепных кенгуру.
– Рой Хеффернан и Эл Костелло.
– Кто был партнером Муза Чолака в рестлинге?
– Могучий Атлас. Прошу вас, Фрэнни, за кого вы меня держите?
– А Скулла Мерфи?
– Брут Бернард.
– А откуда родом был сам Скулл?
– Из Ирландии.
Вопросы следовали за ответами все быстрее и быстрее, наши голоса становились все громче. Два старца в одинаковых костюмах ценой по десять тысяч долларов выкрикивали друг другу имена Скулла Мерфи, Хэйстэкса Колхауна, Фаззи Кьюпида. Этот нелепый поединок продолжался, пока он не упомянул Кукурузного Боба.
– Кто? – усмехнулся я, заслышав это глупое имя.
Мистер де Флоон не привык, чтобы над ним зубоскалили. Губы его искривились и заплясали, а руки прекратили всякую пляску.
– Кукурузный Боб. У него был такой мертвый захват, который называли «кукурузник».
Обычно я бываю терпелив с лгунами, они меня забавляют, но Флоон уже столько раз погладил меня против шерсти, что я стал его воспринимать как кусок наждачной бумаги.
– Врите больше!
В нашем уголке Вселенной внезапно наступила мертвая тишина. Глаза Флоона вспыхнули, но он не произнес ни слова. Я же думал о том, как мне удастся узнать тут что-нибудь, если я буду таким вот образом всех заводить? Он потер нос.