Дерзай

Чикова Эвелина

– Так, народ, хватит о еде говорить! – взмолился Леха. – Ужин только через четыре часа, я и так голодный, а вы еще и нагнетаете!

– А еще я умею делать жаренную курочку, с невероятно вкусной, слегка хрустящей корочкой! – издевательски продолжила Дина, мечтательно улыбаясь и закрывая глаза. – Мягкая, тающая во рту, курочка по-домашнему.

– Хватит издеваться над нами! – закрывая уши руками, хохоча, воскликнул Руслан, у которого, как и у всей мужской части нашего отряда, заурчало в животе. Да уж, от такой курочки и

я бы не отказался. Как будто целую вечность нормальной еды не ел!

– Если есть желание, – посмеиваясь над нами, подал голос Петрович, – сегодня, когда поставим лагерь, можно будет сходить на охоту и подстрелить пару птичек. А потом девушки сделают нам обещанный вкусный ужин, – он со значением посмотрел на Дину с Аланой.

Девушки переглянулись. Аланка взглянула на свои руки и поморщилась.

– Я не смогу. Я не умею ни разделывать птицу, ни тем более готовить ее! И не стану этим заниматься, – поспешно предупредила она, обведя нас взглядом.

– Вот неумеха! Кто ж тебя, такую белоручку, замуж возьмет? – притворно пришла в ужас Дина. – Ни стирать не умеешь, ни готовить!

– Подумаешь, – закатила глаза Аланка. – Просто меня этому никто не учил.

– Так и быть. Птицу я тебя разделывать не заставлю, но готовить научу, – пообещала девушка и добавила. – И стирать тоже. Все делать научу, у нас много времени впереди. Вернешься домой настоящей хозяйкой, и цены тебе не будет. Стас тебя замуж возьмет, правда, Стас?

– Вот еще! А че на меня всех собак спускают?! Я лучше еще раз через горы перейду, чем женюсь на Аланке. Я ее, конечно, люблю, но как подругу, и она это знает.

– Фу, нет! Он мне как брат, – запротестовала Аланка.

– О, не переживай, Алан. Я обязательно подыщу тебе принца на белом коне. Сам я тебя не достоин, – я попытался сдержать улыбку, но не вышло. В ответ девушка, незаметно подойдя сзади, отвесила мне смачный пинок под зад, чем вызвала залп смеха у остальных.

Через четыре часа мы остановились на ночлег. Последние два из них ушли на подъем вверх, поэтому тут уже местами лежал снег. Снова набежали тучи, а с горы дул такой сильный ветер, что если бы не тяжелые рюкзаки, нас точно оторвало бы от земли.

Решили ставить две палатки, чтобы ночью было теплее. С установкой возились долго – из-за сильного ветра постоянно то тент улетал, то дуги. Облаченные в зимние костюмы девчонки прятались за камнем, охраняя вещи. Чтобы девочек не унесло со склона, Петрович строго-настрого запретил им выходить из укрытия. Так что под камнем сидели два милых комочка, и каждый раз, когда я проходил мимо них, то видел среди груды вещей только их носы и огромные глазища. Уморительное зрелище, ничего не скажешь.

Наконец, с горем пополам, палатки были установлены, и мы принялись за костер. На такой высоте деревья попадались реже, поэтому растопку пришлось тащить снизу. Повсюду были разбросаны камни самых разных размеров – от очень больших

до совсем маленьких. Из-за сошедших с гор туч Леха с Петровичем стали опасаться, что вещи снова могут отсыреть. В горы в сырой одежде идти было нельзя.

– Сегодня спим по очереди, – объявил Петрович, подкидывая палок в небольшой костерок. – Парни, сейчас идем собирать ветки, чтобы их хватило на всю ночь. Сварить что-то не получится, надо беречь топливо, поэтому перекусим батончиками.

По лагерю пронесся наш разочарованный стон. А я последние четыре часа так мечтал о мясе! Пусть даже на костре и перепачканном в саже!

– Не надо так расстраиваться, – проигнорировал наши стоны Петрович. – Глядите, какое густое облако опустилось! Сейчас разделяться опасно, да и птица в такую погоду гнезда не покинет. Посмотрим, что будет завтра. Если что – поохотимся на той стороне Алтая.

– Черт, какой облом! – разочарованно выдохнул Руслан.

– Не вижу никакой проблемы, – сварливо проговорила Аланка. – Зато стройнее будем! Ты представляешь сколько там белков и калорий?

– Я мужчина. Мне нужен белок, иначе я не смогу быть сильным и нравиться девушкам, – поигрывая бровями, томно промурлыкал Руслан, взглянув на Аланку. Та закатила глаза.

– Да, Алан. Представляешь, мальчики, в отличие от нас, не сидят на диетах, – сказала Дина, распечатывая свой батончик. – Диеты, вообще, вредны, и мальчикам, и девочкам, если не по рекомендации врача, конечно. А если они выглядят так же, как и наши ребята сейчас, диета для их организмов даже опасна. Это я тебе, как медик со стажем, говорю.

– Ты что, еще и диетолог? – вздохнув, спросила девушка.

– Нет, но мы в институте проходили диеты. Поверхностно, конечно, но кое-что я об этом все-таки знаю, – ответила Дина, на миг задумавшись.

– И что же ты скажешь о моей фигуре? Она идеальна, не так ли? – гордо вздернув нос, изящно откусила от батончика Аланка.

– С этим спорить не буду, – кивнула Дина. Девушки общались так, словно нас, парней, тут вообще не было. – Я видела тебя вчера в купальнике. У тебя подкаченная попа, упругий живот. Фигура идеальная, поэтому советую на этом остановиться. Продолжай придерживаться того же рациона, что и сейчас, но и баловать себя не забывай и диетами больше не мучай. А то еще чуть-чуть – и будет анорексия.

– Многие мои подруги анорексички, – пожала плечами Аланка. – И они выглядят шикарно!

– Да, под слоем макияжа и одежды. Но они больны. Анорексия – опасная болезнь. Не стоит тебе с этим связываться, – заметила Дина.

– Слышала, Алан?– с усмешкой в голосе спросил Дима. – Тебе врач лично говорит заканчивать с диетами. А то и сама ничего не ешь, и всю семью ради «поддержки» голодом моришь. Пора остановиться.

– Я подумаю над этим, – капризно пообещала Аланка, убирая за ухо прядь волос. Дина с Димоном, переглянувшись, хмыкнули.