Десанты
Шрифт:
Женька с Торчком прикрывали тыл 'сводного отряда'. Коваленко двигался с фланга, а майор ближе к голове - доброжелательно взмахивал пистолетами, указывая направление. Вообще, как-то глупо получалось. И финны начали, наконец, что-то такое соображать, все чаще оглядываться. Троих раненых оставили у блиндажей - Попутный приказал с ними не возиться. Теперь угнанные авиатехники начали подозревать, что брошенным раненым не так уж не повезло.
– А я предлагаю пошевеливаться, - напомнил майор. Бил он расчетливо, не сбивая с ног, но с такой пугающей неожиданностью и так точно, что техник-сержант и белобрысый
– Отож к нам катят, - пробормотал Торчок.
По взлетной, виляя между воронок, ехал грузовик, набитый солдатами. На подножке висел офицер, взмахивал пистолетом.
Коваленко шагнул навстречу, поднял автомат, словно отвечая знакам финна. Потом сделал повелительный жест оружием, указывая в сторону дыма и геройски сопротивляющихся блиндажей - там как раз вновь начала вколачивать свои гвозди 20-миллиметровка.
Неизвестно, что подумали в грузовике по поводу здоровенной фигуры в пятнистом маскостюме, но машина вильнула в указанную сторону, потом тормознула. Коваленко махнул еще раз - нет, стоят думают, осознать пытаются.
Подконвойные топотали сапогами, но явно замедлялись. Вдруг долговязый финн со значком Ухтинского фронта что-то истошно завопил в сторону грузовика - майор метнулся к крикуну, распихал окружающих, вроде бы слегка ударил пистолетными кулаками по ушам. Финн захлебнулся, бежал дальше, но вроде как уже бессознательно, качаясь и толкая соседей.
С грузовика начали спрыгивать солдаты. Некоторые вскидывали винтовки, но неуверенно: пятнистых гостей они, конечно, видели, но как тут стрелять, если скорей в своих попадешь? Офицер тоже явно не знал что делать. Финны просто смотрели в спину уходящей группы.
– А ведь выгорит, - пробормотал Торчок.
И в это мгновение по опергруппе и по пленным финнам крепко врезали с уже такой близкой опушки...
00:29:50
...- 'Эрликон', сука, ноги им...
– скрипела зубами Шведова.
– Да не ори ты!
– пытался удержать старшину за рукав балахона Алексей.
Орать было можно - автоматическая установка работала из гнезда, оборудованного по эту же сторону взлетной - в метрах ста от НП опергруппы. Треск стоял такой, что себя не слышно. На полосе залегли: и финны и свои, Алексей, правда, успел разглядеть лишь здоровяка Коваленко, - там все распластались без движения.
Серия кончилась - промелькнул, взвившись рикошетом, на дальнем конце поля последний трассер - зенитчики почему-то лупили трассирующими. Оказалось не всех убило - на взлетной зашевелились люди, расползаясь по ближайшим воронкам. Хрипло закричал раненый. От машины орал офицер - финны и там попадали на траву - очередь крупнокалиберного прошла вплотную...
– Вот твари, они же по своим...
– начала Мариша, но тут зенитная установка выдала новую серию...
00:29:52
...Женька лежал в воронке вместе с финнами, вернее, на них - на нижнем этаже оказалось человек пять, сверху переводчик Земляков и замешкавшийся капрал в рабочей куртке поверх гимнастерки. Полз на спине, отпихиваясь локтями, к переполненной спасительной воронке раненый
– Не ерзай!
– приказал Женька капралу, пытаясь устрашающе развернуть автомат.
Финн что-то прохрипел, тыча рукой в сторону опушки со сволочной установкой. Понять Женька не смог - ударила резкая очередь зенитки, и переводчик Земляков попытался втиснуться глубже в живых. От финнов пахло машинным маслом, табаком и потом. Пустой диск в чехле на животе страшно мешал Женьке быть плоским. Эх, бросить пустой надо было...
Зенитчики косили почти без пауз - то ли вообразили, что та странная группа через взлетную полосу именно их атаковать вознамерилась, то ли вообще бомбой были жестоко контужены. Или просто спятили. После штурмовиков очень даже можно...
На летном поле лежали не шевелясь. За грузовиком тоже замерли - от машины оторвало крыло, и вставать там дураков не было...
00:30:16
...- Гранату дай, - неожиданно спокойно сказала Шведова.
– Сдурела?! Мне лимонку на рацию выделили.
– Х...я твоя рация. Прикладом размозжишь.
– Сиди, я сам, - Алексей попытался встать, - удержала за штаны.
– Да ты гранаты швырял?
– В запасном.
– А я по пулеметам. Давай, говорю! Приказываю.
Сорвала 'эфку' с Лешкиного ремня, на четвереньках метнулась к кустам, вскочила...
– Да куда ж ты?!
– ошеломленно вякнул Трофимов
Бежала почти по открытому, - так быстрей - от зенитчиков кусты опушки еще прикрывали, со стороны взлетной - как на картинке. По девчачьи бежала, мешкотно, спотыкаясь. Вот, догадалась ремень автомата на плечо накинуть...
– Да что ж дура такая?!
– простонал Алексей, забрасывая увесистый чехол 'Севера' за спину...
00:30:24
...
– Куда, дуреха?!
– взревел Коваленко.
Старлея Женька не видел. То ли среди побитых тот лежал, то ли в соседней воронке. Но голову поднять сейчас можно было - долбанутые зенитчики, видимо, новый барабан или кассету в свою свинцоплюйку запихивали.
До края взлетной оставалась полсотни метров и бегущую пятнистую фигурку, даже в сумраке белой ночи, было видно как на ладони. Шведова... Фиг его знает, кто и как санинструкторам физподготовку припадает, но выучить человека толком не сумели. Сразу видно, что баба, в смысле, девушка бежит. И что отчаянная до безумия тоже видно...
Капрал что-то пробормотал.
– Лежи, гад!
– зарычал Женька.
Ударила установка, заглушая крики финнов. Сейчас все орали: и те, кто здесь лежал, и от грузовика, и даже с той стороны, где бой с пустыми блиндажами угасать начал, тоже дружно вопили. Должно быть, весь аэродром видел. Оранжевый факел сумасшедшего 20-миллиметрового зенитного автомата и пятнистую балохонистую фигурку, торопящуюся-спотыкающуюся к нему вдоль кустов...
00:30:45
...Рация, падла, куда-то в бок тянула. Алексей спотыкнулся о корни, устоял, в рытвину какую-то оступился, на колени шмякнулся. На поле многоголосо орали, потом вновь врезала зенитка. Мелькали над полем трассеры, алым отсвечивал пожар на той стороне...