Деспот

Арская Арина

Закономерный и логичный вопрос. Потому что мне нужны деньги и отчаялась найти работу с дипломом экономиста? Потому что я замечательная?

— Я старательная, — складываю вспотевшие ладони на коленях. — Исполнительная и…

— Я уже об этом прочитал, — мужчина с шелестом откидывает резюме и скучающе покачивается в кресле. — Красный диплом, какие-то награды и прочая неинтересная мне ерунда. Повторяю вопрос, Софья. Почему я должен взять тебя на работу?

Молчу. Мне нечего ответить. Неуютно в просторном кабинете

с окнами на всю стену. Чувствую себя жалкой перед мужчиной в однотонном галстуке цвета бордо.

— Попробуем иначе, — поддается в мою сторону. — Что ты можешь мне предложить в качестве личного секретаря?

Это преступление — быть богатым и красивым. В нем все идеально — тщательно уложенные темные волосы по косому пробору, высокие скулы и надменный изгиб бровей. Что я могу тебе дать? Кофе по утрам?

— А чего вы ждете от меня в роли личного секретаря? — аккуратно уточняю я и сжимаю ладони на коленях в кулачки.

Дышать тяжело под пристальным взглядом карих глаз. Да скажи ты уже, что не заинтересован в моей кандидатуре, и отпусти на волю. Я будто в запертой клетке с опасным зверем.

— Для начала я хочу, чтобы ты расстегнула две верхние пуговки на блузке, — прищуривается и вертит ручку в пальцах.

Будто загипнотизированная, тянусь пальчиками к вороту и расстегиваю его. Ухмыляется, и в возмущении замираю. Что я делаю? Я пришла обсуждать профессиональные навыки, которых у меня нет, а не раздеваться.

— Еще одна пуговка, Софушка.

— Что вы себе позволяете?

Вскакиваю и капризно топаю туфелькой и сама вздрагиваю от стука каблучка по паркету. Мужчина встает и мягким шагом направляется ко мне. Сердце пропускает удар. Лучше бы он сидел. Стол создавал иллюзию безопасности и преграды между нами.

Нависает надо мной скалой и ловко расстегивает вторую пуговку под воротом. Улавливаю тонкие и терпкие нотки древесной коры и свежескошенной травы. Скользит взглядом по шее и касается теплыми пальцами яремной ямки. Позвоночник пробивает электрический разряд, и я отшатываюсь от мужчины.

— А теперь, Софушка, распусти волосы.

Отступаю к двери. Какие странные у потенциального босса требования к соискателю — блузку расстегнуть, волосы распустить. Что-то мне подсказывает: от личной секретарши здесь ждут не только кофе по утрам и организации совещаний.

— На какую заработную плату рассчитываешь? — делает ко мне бесшумный шаг. — Софушка?

— На достойную… — пячусь и вжимаюсь спиной к двери.

— Конкретизируй, — расправляет ворот моей блузки. — Рамки достойной оплаты очень размыты.

— Двести тысяч…

Огромная и баснословная сумма для отличницы-провинциалки, которая только окончила университет и получила с десяток отказов на собеседованиях с куда меньшими окладами. Цифра сама сорвалась с языка. Я даже не успела ее обдумать, осознать риски и адекватно оценить свои профессиональные данные.

Я

устала от безденежья. Стыдно перед родителями, которые вкладывают в аренду квартирки в спальном районе большую часть. Подушку безопасности, накопленную с повышенной стипендии и подработок с курсовыми, я подъела и за хорошую зарплату я готова работать и на дьявола. Мне бы уже самой помогать родителям. Хочется, чтобы они, например, поехали в отпуск и отдохнули на берегу моря.

— С возможностью увеличения после испытательного срока, — торопливо добавляю я, когда мужчина касается локона на виске.

Раз он позволяет себе сомнительные вольности, то и я буду наглой. Отпугну его завышенными ожиданиями.

— Естественно, — вглядывается в глаза, — но я человек требовательный и ты уже игнорируешь вежливые просьбы. Ты бы на моем месте согласилась взять упрямую девицу… — многозначительно ухмыляется и продолжает, — на должность секретаря?

В желании доказать, что я очень исполнительная девочка, вытягиваю из пучка на голове шпильку. Волосы падают на уши и шею и щекочут кожу. Удивленно моргаю. Какого черта я делаю?

— Что же, Софушка, как я приму решение, тебя уведомят, — возвращается за стол легким и размашистым шагом. — Хорошего дня.

Возмущенно открываю дверь и выхожу в приемную. Вынудил волосы распустить и не взял на работу? Вот подлец! А я почему позволила этому случиться? Слышу приятный и бархатистый тембр и готова выполнить все приказы? Что за помутнение рассудка при виде красивого мужчины?

В приемной у двери сидит длинноногая блондинка в красных туфлях на высокой шпильке и узком черном платье. Разглядывает длинные алые ноготки и скучает, благоухая чем-то сладким и цветочным. Какая красавица! Рядом с ней чувствую себя серой и забитой мышью.

— Я могу уже зайти? — недовольно интересуется у полной женщины за столом.

— Мирон Львович, — тетка нажимает пухлым пальцем на одну из кнопок черного устройства на углу стола, — тут еще барышня ждет.

— Пусть зайдет.

От голоса мужчины мурашки бегут между лопаток. Грудастая блондинка грациозно поднимается и смеривает меня презрительным взглядом. Стушевавшись от стервозного гонора, уступаю дорогу. Тихо стучит по косяку костяшками и входит в кабинет с елейным голоском:

— Мирон Львович?

Глава 2. Принеси, подай, отнеси

Блондинка бесшумно прикрывает дверь, и женщина за секретарским столом закатывает глаза, тоненьким писком пародируя блондинку:

— Мирон Львович?

Прыскаю от смеха и прикрываю рот ладонью. Некрасиво за спиной человека над ним смеяться, и мне становится совестно.

— Господи, да взял бы он уже кого-нибудь, — женщина качает головой и сердито шелестит документами. — Я не подписывалась быть его секретуткой! Я, мать его, кадровик! Вот делать мне нечего, как кофе ему носить!