Десять дней, девять ночей
Шрифт:
Вот и все… Не сдерживаясь, реву в подушку, вою, стону, вгрызаясь в нее зубами. Как заглушить эту дикую боль от потери половины себя? Кроет так, что хочется волосы рвать на себе, лишь бы получить облегчение.
Глава 30
— Кать, уже двенадцать… Вставай. — Света обеспокоенно заглядывает мне в лицо и кладет ладонь на лоб, — Через два часа выезжаем…
— Как двенадцать?! — от долгого плача трещит голова, ноет грудина и противно
— Ну и видок! Ты что, ревела?! Он же, вроде, приходил…
— Да… Я в душ…
Откровенничать с подружкой нет ни желания, ни времени. Может быть позже, когда вернемся домой, я не раз поплачусь ей в жилетку. А она меня пожалеет и снова пообещает найти самого классного мужика.
С некой долей сожаления смываю с себя следы нашей прощальной страсти и долго привожу в порядок распухшие лицо и нос.
Быстро засовываю в себя остывший завтрак и собираю оставшиеся вещи. Не даю себе отчет в том, что, постоянно поглядывая на часы, подсознательно поторапливаю время.
Света с разговорами больше не лезет. К ней пришел Мигель. Чавкающие звуки их поцелуев я слышу даже из соседней комнаты. Прощальный секс? Хм… Славно…
Вытаскиваю багаж на террасу и сама выхожу, дабы не смущать трахающихся своим присутствием.
Машину подают минута в минуту. Служащие отеля помогают нам с багажом.
Мигель получил свое и уже свинтил. Даже платочком на прощанье не помахал. Но Света расстроенной не выглядит. Напротив, сияет, как медный пятак. Как будто, наконец, отмучилась.
— Ну, не кисни, Катюха! — хлопает по плечу, но вдруг застывает, глядя поверх моего плеча.
Я оборачиваюсь и забываю, как дышать. Андрей идет ко мне спокойным шагом, словно никуда не торопится. Словно только что чуть не опоздал. Цепляюсь глазами в его лицо в надежде что-то в нем прочитать. Он передумал? Принял какое-то решение?.. Зачем он пришел? Но выражение его лица абсолютно нечитаемо. Как всегда.
— Привет, — говорит он, — уже уезжаете? — и при этом смотрит куда угодно, только не мне в глаза.
— Да, — спокойно отвечаю я.
Если он думает, что начну лить слезы и опять признаваться ему в любви, он ошибается. Я не стану превращать наше прощание в трагикомедию.
— Это тебе… На память… — он берет мою руку и вкладывает в нее тот бархатный мешочек с серьгами и колье.
Смотрю на свою руку, удерживающую подарок и чувствую, как глаза наполняются слезами. Я ему сердце, а он мне изумруды. Нормальный такой обмен.
— Обнимемся? — одной рукой прижимает меня за плечи, а второй приподнимает лицо, заглядывая в глаза.
Пользуюсь моментом и незаметно возвращаю мешочек в его карман. Не хочу его откупа.
Андрей прижимается ко мне губами в коротком поцелуе, делая вид, что не замечает текущих по лицу слез.
–
— Катя, время! — шипит подруга из такси.
Я не помню, как она меня запихала в машину. Зато помню, как, проезжая мимо идущего по тротуару Андрея, я сверлила обезумевшим взглядом его висок. Не посмотрел на меня последний раз.
— Все нормально? — тихо спрашивает Света, беря меня за руку.
— Света…. Света… Ты понимаешь… — и я сама в шоке от того, что собираюсь ей сказать, — Света… я… я… его больше никогда не… увижу его… никогда!
Слезы бегут ручьем по лицу. А я не могу их остановить. Думала, выплакала все ночью, а нет. Меня начинает реально трясти. Прячу лицо в руках, и не помогает. Накрывает настоящая истерика.
— Слышишь!!! Никогда!!! Никогда!!! — я хватаю ее руки и, наверное, причиняю боль, ору, как ненормальная — Он не должен был меня отпускать… Света… Почему он так сделал?!..
— Тихо — тихо, милая… Ты чего? — она протягивает салфетки, взятые у водителя. Тот бросает на меня обеспокоенные взгляды и, на всякий случай, блокирует двери.
Всю дорогу я реву у нее на плече. Уже в самолете мне дают что-то выпить, успокоительное для тех, кто боится перелетов. Отпускает. Теперь я тупо пялюсь пересушенными глазами на покрывало белых облаков под нами. В голове пусто, в груди дыра. Жаль, не получается уснуть.
Хочу домой, к маме и сыну. Хочу в свою двушку. Хочу в свою реальную жизнь. Хочу поскорее вернуться с небес на грешную землю, окунуться в повседневные заботы, чтобы поскорее его забыть.
Уже в аэропорту Сан — Хуана Света, решив что я успокоилась, спрашивает:
— Что он тебе дал?.. Подарок?.. Покажешь?
— Я не взяла его, — отвечаю хмуро, делая глоток обжигающего кофе из бумажного стаканчика.
— Почему?! И даже не посмотрела, что там было?!
— Золото, изумруды, брюлики… — я быстро нахожу в галерее телефона фото, сделанное перед походом в казино, и протягиваю ей, — вот.
Ее глаза расширяются вместе с фото на экране телефона.
— Ты головой об скалу @бнулась, когда с яхты ныряла?! Совсем дура?!
— Они мне не нужны! — резко сминаю стаканчик в руках и пуляю им в урну. — Хочу скорее все забыть…
— Могла бы продать и машину, наконец, поменять… Или еще один бутик открыть… — она тяжело вздыхает, будто объясняет элементарные вещи.
— Нет. — сказала, как отрезала.
— Кать, чего ты ждала от него? Думала, встанет на одно колено и кольцо подарит?
Светка абсолютно права. Он мне ничего не обещал. Лапшу на уши не вешал. А мои чувства — это мои проблемы.
— Свет, ты прости меня… за эту истерику, — вздыхаю я, — сама от себя не ожидала…