Десять дней, девять ночей
Шрифт:
Последний раз я так танцевала лет сто назад. Уже и не помню, когда. Наверное, на выпускном в университете. Это такой кайф, выкинуть все мысли из головы и полностью отдаться музыке. Двигаться в такт с ней. Чувствовать ее биты каждой клеточкой своего тела.
Еще несколько раз мы возвращались к барной стойке повторить Маргариту. И снова танцевали.
Я быстро хмелею. Мне так хорошо и легко, как не было уже давно. Прикрываю глаза и, приподняв руки, плавно вырисовываю бедрами восьмерку. Качаю головой в такт музыке, откидываю волосы за спину.
На танцполе тесно, поэтому не сразу замечаю чужие руки на своей талии. Они притягивают меня назад и прижимают к мужскому телу. Я не сопротивляюсь. Смеюсь, когда в волосы зарывается чье-то лицо. Осмелев, руки опускаются ниже, на бедра, гладят живот, впечатывают мои ягодицы в твердый пах. В пьяном сознании проносятся фрагменты того, как мы с Орловским танцевали ночью на яхте под музыку, доносившуюся с берега. Как он так же прижимался торсом к моей спине, давал волю своим рукам…
Поэтому, не открывая глаз, пытаюсь представить его на месте того незнакомца за спиной. Расслабляюсь и откидываю голову ему на плечо. Чем он незамедлительно и пользуется, прижимаясь горячим ртом к шее. Ммм… приятно…
Но долго наслаждаться мне было не суждено. Света выпрыгивает передо мной как черт из табакерки и буквально силой выдирает меня из чужих объятий.
— С ума сошла? — орет она, перекрикивая музыку.
— В чем дело… — такое чувство, что разбудили, не дав досмотреть сон.
— Да, в чем дело?! — вторит мне мужской голос.
Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, кому он принадлежит. Высокий, лысый, накачанный. Выглядит как тренер из фитнес клуба.
— Мы домой! — чеканит подруга.
— Как домой… уже?.. Я не хочу домой… — ною я.
— Девушка остается… — незнакомец тянет меня за руку.
— Да щас!!! — Света тянет за другую.
— Какие — то проблемы?.. — я фокусирую пьяный взгляд на высоком брюнете в деловом костюме. На охранника не похож, чувствуется лоск.
— Никаких проблем… — нервно говорит подруга, — слышь… отпусти ее, иначе…
— Иначе, что?.. — скалится незнакомец, до боли передавливая мне запястье.
Брюнет делает к нему два шага и что-то говорит на ухо, после чего мой несостоявшийся ухажер разворачивается и дает деру. Мне лишь остается смотреть, как его бритая макушка мелькает в толпе.
— Пошли уже… завтра спасибо скажешь… — ворчит, пихая мне в руки мою сумочку. А я про нее и забыла… Не помню даже, где оставила.
— Свет, а это кто?.. — глупо хихикаю, — Это Артур, да?
— Да, написала ему сообщение, что зажигаю в клубе… позлить хотела…
— И он за тобой приехал…
— Тихо… — мы идем в сторону стоянки за Артуром, — надеюсь, тебя не тошнит?.. Не опозоришь?..
— Нееет… мне хорошо… — тяну я.
— Это меня и настораживает… — она, что переживает, что блевану у него в машине? Да ни за что! На крайний случай открою окно, — мы довезем тебя до дома.
— Спасибо, Света, это мой самый лучший день рождения!
Глава 40
В
— Приехали, — тихо произносит Света, — тебя проводить?
— Нет, я сама, езжайте, — пошатываясь, выхожу, — Спасибо, Артур.
Он коротко кивает, даже не повернув ко мне головы. Ну, что ж, и на том спасибо. Идти домой мне не хочется от слова «совсем». Запал хмельной энергии еще не исчерпан. Хочу петь, танцевать, веселиться. А с кем? Подруга сдулась, с мамой не повеселишься, с Денисом тем более…
— Катя…
— Влааад, — резко поворачиваюсь на голос и, не удержавшись на слабых ногах, падаю в его объятия, — меня ждешь? — обвиваю шею руками.
— Ты пила? Кто тебя привез?
— Тю — тю — тю… притормози, милый… забыл, я не обязана перед тобой отчитываться, — улыбаясь, веду острым ноготком по его нижней губе.
Во мне просыпается азарт. Интересно попробовать, как это будет с бывшим мужем. Захотелось отомстить ему за измену, за оскорбления. Ткнуть носом. Показать, на что способна фригидная.
— Влааадик, я так соскучилась… — провожу ладонями по мужской груди.
— Катенька, я тоже… Не могу без тебя… — с придыханием шепчет он, и от меня не ускользает, как в его в глазах вспыхивает шальная радость.
Впивается в мой рот, тут же проникая в него языком. Мне неприятно, но я терплю. Обнимаю его за талию, тесно прижимаясь к нему животом. Потираюсь об его стояк, чем, похоже, повергаю его в шок.
Отстранившись, пристально смотрит мне в глаза. С трудом верит в свое счастье.
— Пойдем ко мне в машину, — мычит в ухо, оставляя его после себя мокрым.
— Пойдем…
Мы устраиваемся на заднем сидении. Я седлаю его. Для этого приходится задрать подол узкого платья так, что стало видно кружево чулок. Затем, словив его взгляд, начинаю медленно стягивать с плеч бретели платья. Освобождаю сначала одну руку, затем другую.
Влад все это время бездействует. Шумно сглатывая, следит за моими действиями, будто в первый раз… Рохля… Стягиваю лиф платья, оголяя грудь.
— Катя, ты…
— Хочешь меня? — наклоняюсь, чтобы прикусить ему губу.
— Хочу, солнышко… — «солнышко», он серьезно?
— Потрогай меня, Влад, — шепчу с придыханием в рот.
— Где? — непонимающе моргает, накрывая мою грудь руками, — здесь?
Придурок.
— Между ног, Владик… приласкай меня… сделай так, чтобы я стала мокрой.
— Хорошо… да… сейчас… — дрожащей рукой лезет под подол, начинает теребить мне промежность через ткань трусиков.
Крайне неприятно, даже больно. Я неосознанно хватаюсь за его руку, пытаюсь увести его пальцы подальше от себя. Но, похоже, мой жест был понят превратно. Откуда ему знать, как ведет себя возбужденная женщина.