Десять
Шрифт:
Рука схватила Мэг за плечо. Она закричала, сердце подскочило к горлу, и, обернувшись, она увидела Ти Джея.
— Ты в порядке? — прокричал он. Из карманов его пиджака торчали два фонарика с оранжевыми ручками. Он не улыбался.
Мэг кивнула.
— У тебя зубы стучат, — сказал он.
— Да? — Мэг прислушалась к своим ощущениям. Она промокла насквозь, и да, зубы действительно стучали. Она настолько погрузилась в мысли о поцелуе Ти Джея и странной обстановке на острове, что даже не заметила этого.
— Пошли, — сказал Ти Джей.
Мэг слепо поплелась за ним. Прямо над скалистым берегом мостик заканчивался,
ШЕСТНАДЦАТЬ
Промокшие до нитки и промерзшие насквозь, Ти Джей и Мэг зашли внутрь. В крыше были щели, пропускающие тусклый, приглушенный свет, в воздухе летали частички пыли, поднимающиеся от их шагов с деревянного пола. Равномерно капал дождь из десятка дыр в крыше, но, по крайней мере, деревянные стены спасали от ветра. Мэг чихнула, когда Ти Джей закрыл за собой дверь.
Ти Джей стянул шапку.
— Ты в порядке? — спросил он, выжимая шапку.
Мэг поборола дрожь. Фланелевые пижамные штаны промокли насквозь и прилипли к бедрам, что, должно быть, выглядело ужасно. Под непромокаемым сине-зеленым дождевиком от холода кожа покрылась мурашками, и она проклинала про себя свою забывчивость — она не надела бюстгальтер.
— Ага. — Мэг сняла капюшон и встряхнула волосами. — В абсолютном порядке.
— Хорошо. — Он засунул свою шапку в карман и протянул Мэг фонарик. Она включила его и осмотрелась.
Они стояли посреди деревянной платформы, растянувшейся на весь пол. У дальней стены лежало что-то, накрытое синим брезентом. Мэг посветила туда фонариком и увидела под отогнутым углом брезента ряды канистр с топливом.
— По крайней мере, здесь немерено горючего, — сказала Мэг.
Ти Джей перевел свет фонарика на брезент.
— Предлагаешь разжечь костер?
— Нет, — фыркнула Мэг. — Если нам придется уплывать отсюда, у нас хотя бы будет топливо.
Ти Джей шагнул к ней и улыбнулся.
— Да? И ты собираешься управлять катером?
Его ямочки — левая чуть глубже, чем правая — дразнили ее. Как много раз она мечтала о том, чтобы провести по ним пальцами, ощутить эти крохотные впадинки, а потом провести по квадратному контуру его волевого подбородка. Она даже писала об этом в своем дневнике, к своему стыду. Ведь, читая записи своего дневника, понимаешь, настолько жалко все это звучит.
Ти Джей шагнул к ней еще ближе, и у Мэг перехватило дыхание. Неужели он снова ее поцелует? О Боже. Она не целовалась с парнем по-французски с тех пор, как поранила язык о новые брекеты Тима Эберштайна, целуясь с ним после музыкальной репетиции в средней школе. Кровь лилась ручьями, стекала вперемешку со слюной прямо на ее белую футболку. Тим завизжал как девчонка и убежал, а Мэг пришлось идти в кабинет медсестры и выдумывать нелепую историю о невероятном порезе бумагой вследствие облизывания и запечатывания конвертов с приглашениями на весенний концерт.
Тот раз не назовешь романтичным.
Мэг выкинула воспоминания из головы. У Ти Джея нет брекет-системы, что ты переживаешь?..
И тут Мэг поняла, что Ти Джей стоит буквально в дюйме от нее, а глаза его прикованы к чему-то за ее правым плечом. Она обернулась и увидела, что он смотрел на катер.
Ну,
10
Немезида (греч. миф.) — богиня возмездия.
— Красавица, — выдохнул Ти Джей.
Серьезно? Лодка? Неодушевленный предмет соблазнительнее ее? Все как обычно.
— Блин. — Ти Джей встал рядом с Мэг. — У моего дяди была такая, когда я был маленьким. Многие годы я такой не видел.
— Жутковатое имя для лодки.
— Это не просто лодка, это траулер — Гранд Аляскан Траулер. Такие яхты идеальны для жизни на острове, можно и порыбачить. Настоящий зверь.
— О. — Она понятия не имела, о чем он говорит.
— Скорее всего, начало семидесятых. — Он постучал по борту костяшками. — Деревянный корпус. «Португальский мост». Полностью коллекционная вещица. Не могу поверить, что она просто стоит здесь в глуши.
Мэг вздохнула.
— Фантастика? — Она практически ничего не знала о лодках. Ее родители переехали из Верхнего Ист-Сайда в Нью-Йорке и не особо втянулись в жизнь на побережье Сиэтла. Единственные лодки, на которых Мэг была, — это паромы.
— В точку. — Ти Джей повернулся к ней и снова улыбнулся, и его ямочки стерли ее волнение. Он протянул ей руку.
— Пойдем, я покажу тебе рубку.
Мэг взошла на борт и пошла за Ти Джеем по короткой лестнице к рулевой рубке. По яхте было видно, что о ней время от времени хорошо заботились, но последние несколько лет про нее будто забыли. Рубка была отделана красным деревом, и в ней было явно больше современной техники, чем было возможно в нее поставить, когда она была сделана. Мониторы современной навигационной системы выглядели анахронично на фоне старинной рукояти на руле и деревянных перил, что обрамляли лестницу, ведущую в подпалубные помещения. В то время как не было никаких явных следов гниения или иных повреждений, все поверхности покрывал толстый слой пыли.
— Черт. — Ти Джей провел пальцем по покрытому пылью стулу капитана и вытер палец о джинсы. — Грех ей просто стоять здесь. В нее вложили очень много сил и работы, но, помимо апгрейдов, она абсолютная классика. Такие уже не производят.
Вау. Так Ти Джей фанат лодок. Кто бы мог подумать? Каким-то образом эти знания делают его более приземленным.
— Я и не представляла, что ты так много знаешь о суднах, — сказала Мэг с полуулыбкой.
— Хех, — сказал Ти Джей немного смущенно. — Я не особо распространялся.
— И я понимаю почему. Это довольно чудаковато.
Ти Джей оторвал взгляд от приборов и всяких штуковин и посмотрел на Мэг. Улыбка стерлась с его лица, он насупил брови, будто пытался понять, смеется она над ним или нет.
— Я просто пошутила, — сказал Мэг, покраснев. Вот идиотка! — То есть, я в разы чудаковатей тебя. Я писатель, в конце концов. Мы — ярые чудаки-ботаны. А ты даже не хочешь посмотреть мою коллекцию бейсбольных карточек...
Голос Мэг смолк. Ах да, этот словарный понос. Как несексуально, Мэг.