Детективъ
Шрифт:
Наши глаза встретились, и я утонул в этой глубине синего океана, который плескался в ее глазах. Все мои мысли вылетели в неизвестное направление из моей головы. Я не знал, что надо было в этот момент сказать, я даже не думал об этом. Я наслаждался объятиями, я наслаждался тем, что тонул в ее глазах. В этот момент я не думал, что это некрасиво, на глазах у всех обнимать девушку, не думал, что могу скомпрометировать ее. Я наслаждался ее улыбкой, которая захватила ее полные чувственные губки, в ее глазках появилось узнавание и она, улыбнувшись, что-то мне сказала. Что именно я не понял, стоял, наслаждался нашими объятиями и смотрел на нее дурацким
Лиза вновь что-то спросила у меня, приводя своими словами меня в чувство: - Петр Петрович, почему вы не отвечаете? Вам плохо? Да отпустите вы уже меня!
– поняв, что надо что-то сказать, и что на нас уже смотрят окружающие, прочистив горло, я ответил:
– Все хорошо прекрасная Елизавета Алексеевна. Я рад вас видеть. Я искал вас..- После чего выпустил девушку из своих объятий и встал чуть ли не по стойке смирно, не зная, куда деть свои руки.
Она удивленно посмотрела на меня, произнесла:
– Что-то случилось? Преступников вроде установили и как мне сказал дядя, их скоро поймают, и этот кошмар уже закончился или нет?-
Она тревожно посмотрела на меня, закусив нижнюю губу. Успокаивающе, я взял ее невесомую ручку в свою руку и сжал ее нежно, после чего произнес:
– Все хорошо! Милая Елизавета Алексеевна, я просто хотел пригласить вас на танец и еще раз увидеть...-
Она звонко засмеялась, включив в голосе Валдайские колокольчики, озорно улыбнувшись мне, произнесла:
– Ну что же вы, Шерлок Холмс стоите, пойдемте танцевать?-
Мы кружились в танце целую вечность, или миг? Я не знал, сколько прошло времени и сколько мы танцевали. Музыка сменялась, пары вокруг нас менялись, а мы танцевали, глядя друг на друга и смеялись. Лиза о чем-то щебетала мне на ухо, я что-то отвечал, не помню, что, шутил, она смеялась, я наслаждался нашим танцем, я наслаждался жизнью и ее молодым, горячим станом. Мы жили этой жестью и этой музыкой, этим танцем.
Нечаянно не глядя на других и увлекшись танцем, мы врезались в какую то пару. Это оказался Сергей Баранов и Ксения. Они кружились рядом и улыбнувшись нам продолжили танцевать.
В какой-то момент, мы разгоряченные, выскочили в сад, где недалеко от входного подъезда в дворец, Елизавета прижалась ко мне, посмотрела снизу вверх на меня и я прочитал в ее взгляде ожидание. Я увидел ее губки, открытые мне на встречу. Я чувствовал тепло ее тела. Я поцеловал ее. Почувствовав при этом галактический взрыв и дрожь по всему телу. Мы слились в едином поцелуи. Ни кто бы, не смог нам сейчас помешать или оторвать друг от друга. Мы были единым целым и чувствовали это. Я чувствовал, что вот это она, та которую я искал всю жизнь, она моя!!!!
Сколько длилось это чувство, час, год, минуту, миг, мы не поняли в этот момент:
– Елизавета Алексеевна, что вы себе позволяете????,- раздался окрик, который прямо раскидал нас в разные стороны. Он был как молния ударившая посредине наших объятий. Мы отпрянули друг от друга как нашкодившие школьники, которые первый раз решили поцеловаться между собой, на перемене под лестницей и были застигнуты строгим Завучем.
Возле нас стоял Действительный Тайный Советник, генерал Бузланов, в окружении каких-то седоватых мужей и самого генерал губернатора, а так же кузена Лизы, молодого корнета Всеволода.
– Кто это? Как вы могли? Елизавета? Ваше поведение не достойно молодой барышни....!!!!
– воскликнул Бузланов.
– Собирайтесь, мы сейчас же уезжаем!!! Я сейчас же протелеграфирую
– Дядя!!!!!,- со слезами воскликнула моя Лиза. Но ей продолжить он не дал. Схватил за руку и потащил за собой.
– А с вами, юноша, я разберусь позднее,- обернувшись крикнул он мне. Он тащил Лизу как пушинку. В ее бездонных голубых глазах стояли слезы. Она тянула свою тонкую ручку и с тонкими пальчиками ко мне.
Я стоял истуканом и не понимал, что надо делать, и в чем я виноват. Да, конечно целоваться с мало знакомой девушкой и не будучи с ней венчанным в данное время было не очень правильно, но можно же было все воспринять как-то по другому. Присутствующего смотрели на меня осуждающе, а губернатор, подмигнув мне одним глазом, произнес:
– Молодость, что же вы господа хотите,- после чего мужчины ушли. А я остался один в темноте сада, на холоде, который я, наконец-то стал чувствовать.
Бал продолжал веселиться, танцевать, резвиться и блистать. Но для меня все это было уже не важно. Я не помню, что я делал и с кем говорил. Действовал себя как марионетка. Меня в куче народа нашел Денис и, видя мое состоянии отправил меня домой. К карете я пошел через сад. Мне надо было остаться одному. Все мои мысли были заняты Лизой. На губах я до сих пор чувствовал вкус ее губ. Руками я ощущал тепло ее тела, гибкость ее стана. Я шел через кусты, не разбирая дорогу и нечаянно наткнулся на Емельяна. Он стояла на коленях возле молодой красивой девушки, в черном платье. Лицо ее было забрано вуалью. На плечах была накинута шуба. Емельян в одном мундире стоял на коленях и о чем-то молил незнакомку. Но та была не преступной и свистящим шепотом что-то ему говорила. Было понятно, что девушка недовольна поведением Емельяна и хочет от него побыстрее избавится. О чем они разговаривали, я не прислушивался. Так как был занят своими мыслями.
Как я добрался домой я не помню. Наверное, пешком. Не знаю. Уже дома, я, не раздеваясь, уткнулся в подушку, и мои мысли были заняты только одним человеком в этом мире. Пролежав сколько-то времени, я бросился из дома. В том самом мундире, котором я был, я, бегом добрался до офиса, взял с черного двора наш разъездной автомобиль, марки Форд, заказанный нами из самой Америки и доставленный нам недавно. Завел его и ожигаемый мыслью рванул на нем в имение генерала Бузланова.
Бросив в ста метрах от ограды имения Бузлановых автомобиль, через решетку попав на территорию имения, я черной тенью несся по глубоким сугробам имения, по расчищенным дорогам, думая только о ней. Добравшись до здания, я стал искать окно Елизаветы. Окна первого этажа особняка светились мягким светом. Я обошел здание и увидел на втором этаже, светящееся окно, похожее на окно девичьего будуара. Слепив снежок я кинул в него, прячась за раскидистыми ветками стоящей рядом ели, не желая быть обнаруженным в случае, если это не окно Лизы. Один снежок, два, три.
Окно открылось и зареванная Елизавета, такая милая и мною любимая, выглянула в окно.
– Вы?- прошептала она, глубоко удивившись, увидев меня, залазите ко мне, указала она на водосточную трубу, спускающуюся с крыши мимо ее окна. Подтянувшись, я, скользя, обдирая руки, даваясь дыханием, залез кое-как в ее окно. Она помогала мне, затягивая мое тело к себе в окно. Мы приземлились на пол, я упал поверх нее. Наши глаза вновь встретились. Мы слились в безумном поцелуи. Не видя вокруг не чего, не понимая, что происходит рядом.