Детективы
Шрифт:
— Да, все это так, — улыбнулся инспектор, — тем более, что мне известно про вашу фотографическую память. Но вы не заметили одной маленькой детали.
Какую именно деталь имел в виду инспектор Борг?
— Да, все это так, — улыбнулся инспектор, — тем более, что мне известно про вашу фотографическую память. Но вы не заметили одной маленькой детали.
— Что еще за деталь? — Глум был явно обескуражен.
— Посмотрите на вашу розу. Она только недавно раскрылась, цветок повернут не к
СЧАСТЛИВАЯ КУПЮРА
С самого утра комиссар полиции Босси был странно задумчив и рассеян. Сначала он безуспешно пытался подписать приказ давно потухшей сигарой, затем, проходя по коридору, машинально кивнул своему отражению в зеркале. А в довершение всего, входя в комнату, занимаемую инспектором Боргом и сержантом Глумом, долго и с остервенением дергал дверь не в ту сторону.
Проницательный Борг, поспешивший ему на выручку, сразу отметил подавленное состояние своего шефа.
— У вас что-то невеселый вид, господин комиссар, — осторожно заметил он.
— Да так, мелкие неприятности, — нехотя отозвался Босси. — Вчера поставил сто доблей на бегах и проиграл. Но обиднее другое: ведь я действовал по особой системе и даже в кассу платил специальной счастливой купюрой.
— А разве бывают несчастливые? — поразился алчный Глум. — Меня лично любая бумажка в сто доблей делает счастливым.
— Да нет, — с досадой отмахнулся Босси, — я имел в виду ее счастливый номер. Есть верная примета: купюра, у которой сумма первых трех цифр равна сумме трех следующих, приносит удачу. А номер моей купюры был как раз таким — 535535.
— Ну, так и что же? — нетерпеливому Глуму как всегда хотелось ясности. — Вы поставили свою счастливую сотню на какую-то клячу, и она…
— Пришла последней, — сокрушенно вздохнул комиссар, и обширный живот его печально заколыхался. — Неужели мой метод неверный?
— Не волнуйтесь, — пряча улыбку, успокоил его инспектор, — просто вы не заметили, что в вашем случае сумма цифр и слева, и справа равна 13. А это сулит несчастье.
— Точно, — обрадовался комиссар, — я и не подумал об этом.
— Кстати, а какой по счету пришла ваша лошадь?
— Тринадцатой, — машинально ответил Босси и тут же просиял. — Я понял, куда вы клоните! Значит, метод все-таки верный. Числа никогда не обманывают! Не зря великий Пифагор говорил, что самое священное на свете — лист мальвы, а самое мудрое — число.
— А вы что, интересуетесь математикой? — удивился Борг.
— О, да, с детства. Я единственный из нашего гимназического класса сдал вступительный экзамен по математике в академию на «три».
— Нашли
— Да, но в моем случае, — оскорбился комиссар, — все остальные получили «два». — И он победно посмотрел на пристыженного сержанта.
— Так в чем же проявляется ваш интерес к математике? — увел разговор с опасного поворота инспектор.
— До сих пор люблю возиться с числами, — сразу оживился Босси, — подмечать всякие закономерности. Вот, например, — обратился он к сержанту, — как вы будете запоминать новый телефонный номер нашего участка — 101125?
— Что тут запоминать? — удивился сержант. — Ровно 101 килограмм весит моя жена, а как раз 125 доблей мне должен Грабский из отдела мелких хищений.
— Нет, нет, — запротестовал слегка уязвленный комиссар и потянулся за сигарой. — Это совершенно дилетантский подход. Я запоминаю его строго научным методом. Смотрите, если тройку в четвертой степени умножить на четверку в третьей степени, а затем к результату прибавить корень квадратный из… э-э… кажется… нет… как же там было… — тут комиссар явно запутался, но, чтобы выйти из щекотливого положения, широко улыбнулся и непринужденно похлопал восхищенного Глума по плечу. — Ну а дальше совсем просто, я думаю, вы поняли.
— Просто поразительно, — деликатно заметил Борг, — как много всякой информации вы держите в голове, запоминая всего лишь телефонный номер.
— Да, математика мне часто помогает, — согласился Босси, польщенный похвалой знаменитого сыщика. — Вот, правда, «счастливая» сотня подвела, — снова помрачнел он, вспомнив свою вчерашнюю промашку.
— А у меня есть действительно счастливая купюра в один добль, — инспектор Борг отвлек комиссара от грустных воспоминаний. — Я даже заплатил за нее одному человеку целых пять доблей.
— Ну-ка, ну-ка, расскажите, — воодушевился комиссар. — Там тоже совпадали суммы цифр?
— Ничего подобного. Но когда неделю назад мне позвонил какой-то незнакомец и предложил купить эту бумажку за пять доблей, я сразу согласился.
— Вы ее когда-нибудь видели до этого? — Комиссар был явно заинтригован.
— Ни разу! Но все равно купил. Да и вы бы с сержантом тоже, наверно, поступили так же.
— Купить один добль за пять? — возмутился Глум, известный своей скупостью. — Никогда на свете! Вы, что, меня за идиота считаете?
— Не знаю, не знаю, — задумчиво ответил Борг. — Во всяком случае, этот ловкач признался мне, что продал в этот день еще двадцать подобных купюр другим «идиотам». Причем все они не были знакомы ни с ним, ни друг с другом.
— Ничего не понимаю, — комиссар даже слегка растерялся. — Купюры были разные и настоящие?
— Да, самые обычные бумажки в один добль.
— Я понял! — радостно хлопнул себя по лбу сержант Глум. — Все эти люди, кроме инспектора, были сумасшедшие. Правда, — тут он подозрительно посмотрел на Борга, — в нем я уже тоже начал сомневаться.