Дети Барса
Шрифт:
Шум впереди усилился. Чуть погодя рядом с Бал-Гаммастом появился молодой реддэм, почтительно отправленный Ангаттом с вестями: самому энси недосуг было отвлекаться.
— Отец мой и государь, у самых городских стен разведчики видели банду мятежников. Энси Ангатт собирается напасть на нее.
— Много ли их… там?
— Сотен пять или меньше, отец мой и государь. Энси Ангатт просит подарить ему радость невеликой службы во имя царей-братьев. Он хочет разогнать разбойных людей и очистить дорогу к городу.
Бал-Гаммаст закусил губу. «Он хочет, чтобы я не лез
— Хорошо. Передай Ангатту: я буду здесь, пускай займется мятежниками.
Реддэм ускакал. Затем вдоль колонны промчался бегун, какие-то отряды сдвинулись и миновали то место, где стоял молодой царь с охраной. Позади него на дороге осталась добрая сотня бойцов, сюда же подъехали усталые разведчики…
Послышались крики, лошадиное ржание, шипнула стрела, пушенная кем-то из мятежников высоко над головами передового отряда. Бал-Гаммаст, сколько ни вслушивался, не услышал лязга мечей. Потом какие-то тупые удары, как будто деревяшкой о деревяшку, опять крики… Алларуадцы нестройно кричали: «Апасуд! Бал-Гаммаст!» Им отвечали невнятной бранью.
Шум воинского столкновения быстро иссяк. Кажется, дело закончилось в пользу Царства.
— Да что же они там? — нетерпеливо произнес Мескан. Ему никто не ответил.
Вскоре появился давешний реддэм.
— Отец мой и…
— Коротко: суть дела.
— Они разбежались, оставили двадцать убитых. Мы потеряли всего одного… это… энси Ангатт.
— Ранен?!
— Он мертв. Случайный дротик попал ему в горло.
— Как же… — пролепетал Мескан.
Наверное, следовало пожалеть погибшего энси, но в тот момент Бал-Гаммаст лишь подумал с досадой, как не вовремя случилась эта беда. Ему потребовалось время десятка вдохов, чтобы отыскать у себя в голове правильный вопрос:
— Кто командует войском?
— Никто. Энси Ангатт не назначил старшего после себя. Войско подчиняется теперь только тебе, государь.
— Вот оно ка-ак…
Творец ведает — молодой царь не был готов к такому повороту событий и не знал, что ему делать. Все умные мысли в один миг улетучились из головы.
— Тогда… тогда… возвращайся-ка обратно, вели от моего имени опять собрать всех в колонну…
— Уже сделали.
— Да? Ну… пусть идут к самым городским воротам и подождут меня там… Поезжай.
Бал-Гаммаст был сам себе противен. Вею жизнь его готовили к этому моменту. И что же? Царь баб-аллонский не говорил, а блеял.
«Никогда! Никогда я не позволю себе такого голоса…»
— Подожди, — сказал он Мескану и повторил: — Подожди.
Тот удивленно уставился на царя: кажется, никто ничего у него не просил и не спрашивал…
Бал-Гаммаст молча собирался с духом. Потом хрипло выкрикнул:
— Старшие разведчиков и сотник… ко мне,
— Ведите своих к воротам самым скорым шагом.
…Подъехав к Уруку, он услышал обрывок вялой перебранки. Один из сотников кричал: «…за вас дрались». Со стены ему отвечали: «Еще надо посмотреть, кто вы такие!" Царь спешился, велел подать ему факел и подошел к стене.
— Я — Бал-Гаммаст.
— Да ты… — было вякнул кто-то сверху, во ему живо заткнули рот: кто ж знает, а вдруг этот, внизу, — и впрямь царь…
— Освети лицо! — раздался властный голос. Очень знакомый.
Осветил.
— Разглядел, Медведь?
— Да, отец и государь. Прости. Сейчас откроем ворота.
Бал-Гаммаст огляделся. Ворота! Ха! Стена едва держалась: даже в темноте видно было, до чего она искорежена. Кое-где ее снесли до половины, в других местах — полностью, до самого низа. Огромные проломы перегорожены были завалами, над ними поблескивали медные бляхи копейщиков.
«Ну и война тут шла…»
Он шагнул в низкий коридор надвратной башня. Навстречу ему вышел здоровяк в шлеме и полном пехотном доспехе. Пратт медлил, не зная, как ему приветствовать правящего царя баб-аллонского. От большой умственной натуги он не сдержался и ляпнул:
— Вот незадача…
Бал-Гаммаст рассмеялся:
— Здравствуй, дедушка!
— Э! Салажонок… Они обнялись.
— Как ты жив-то тут, Пратт?
— Да сам понять не могу. Без Творца дело не обошлось.
Мимо них медленно проходили баб-аллонские сотни. Урук встречал своего владыку пустынными улицами и звездным небом.
— Как дела в городе, Пратт?
Сотник почесал подбородок. Почесал в затылке. Копнул в ноздре. Потер глаза.
— Отоспись. Завтра… не торопись вставать.
Это был мудрый совет. Бал-Гаммаст последовал ему, еще не сознавая всей мудрости Медведя. Следующий раз государю баб-аллонскому удастся отоспаться лишь через несколько месяцев.
Что главное в городе? В любом городе Царства? Без чего не может существовать ни один город Царства? Без дворца правителя? Нет. Правитель — обыкновенный человек, и, если снимет приличествующие его чину одежды, положит наземь оружие, позабудет о гордом взгляде и высоких речах, никто не отличит его ото всех прочих мужчин. Чтобы судить, правителю достаточно чистого поля и высокого кресла. Чтобы пережить ночь, ему хватит длинного теплого плаща или конской попоны. А чтобы сытно питаться, можно обойтись и доброй корчмой… Так ли уж потребен правительский дворец с трапезными залами, просторными опочивальнями и судным двором? На худой конец, заменит его любой дом, построенный основательно и красиво, соответственно положению правителя. Кое-кто говорит, что дворец поддерживает уважение к власти, но и это неправда. Если кто-нибудь получил под свою руку город или страну, как Бал-Гаммаст получил Урук, край Полдня и половину власти над всей страной Алларуад, то, значит, власть пришла к нему от Бога, а не от дворца и содержится опять-таки в человеке, а не в роскошном строении. Дворец ли уважают?