Дети

Горький Максим

Т а т ь я н а (села). Я? Ой!..

М а р ь я. Ага! А вы кому пишете - "сладкий мой Колик"?

Т а т ь я н а (поражена). Ай... Ах он... мерза-авец...

М а р ь я. Что? Вот и прикусите язычок!

Т а т ь я н а. Неужто... он рассказывает? Неужто сам он?

М а р ь я. Не он, так - вы!

Т а т ь я н а (растерянно). Ой, как же это? Разве я рассказала бы? Что вы! Кому мне рассказывать?

М а р ь я. Ну, уж я не знаю!

Т а т ь я н а. Да, может, вы...

врёте?

М а р ь я. Вы не писали?

Т а т ь я н а (тихо). А может, вы... сами догадались?

(Марья хохочет. В дверь беспорядочно втискиваются мужчины: Кичкин, подняв руку с прошением вверх; Зобнин, стараясь поймать бумагу; Типунов и Костя тоже хотят этого и - мешают друг другу. За ними испуганная, оробевшая старуха и - таращит глаза Евстигнейка.)

К и ч к и н (задыхаясь). Нет, читай вслух!

З о б н и н. Чудак... да я же прочитаю!

Т и п у н о в. Погоди, Костя...

Старуха (ноет). Ой, голубчики, разорвёте вы...

З о б н и н. Костя - прочитай...

К и ч к и н. Кум - бери...

З о б н и н. Тарасьевна, дура! На кого прошение?

К и ч к и н. Ага-а? На кого-о?

С т а р у х а. По случаю... пропажи, батюшка... зятёк-от мой...

Т и п у н о в. Костя - да ты, давай, вместе прочитаем!

К и ч к и н. Кум - держи!

З о б н и н. Чёрт тебя принёс, старая лошадь...

К о с т я. Да будет вам! Что такое?

С т а р у х а. Батюшки - не порвите!

(Все тесно окружили чтецов. Евстигнейка осторожно пробирается вдоль стены и - никем не замеченный - исчезает в уборной.)

Т и п у н о в (читает). "Его сиятельству, светлейшему"...

К о с т я. "Покровителю сирых"... это не надо! "Имею честь известить..."

З о б н и н. Да вы один который-нибудь...

Т и п у н о в (читает). "Зять мой, Кирилл Вараксин, вот уже четыре года находится в безвестном отлучении от жены, дочери моей..."

К о с т я (успокоительно). Это пустяки какие-то!

Т и п у н о в (читает). "И жизни своей, может быть, решился..." Это не касается Мокей Антоныча!

К и ч к и н. До конца - не касается? Верно?

Т и п у н о в. До конца! Тут - о пропаже зятя.

К и ч к и н (ворчит). А может, Мокей прикосновенен и к этой пропаже?

З о б н и н (радостно). Что же ты, старушка, а? Как же ты это, а?

С т а р у х а. Да ведь, батюшка ты мой, дочка теперь не то вдова, не то - замужняя... как это понимать?

К и ч к и н (Типунову). А я думал - на него прошение, на Мокея! Обрадовался было...

Т и п у н о в. А ты - погоди! Ты - потерпи!

З о б н и н (старухе). На тебе гривенничек и - иди с богом! Иди спокойно!

С т а р у х а. Может - он разрешил

бы ей?

З о б н и н. Теперь - мне некогда! Потом - я те разрешу... иди себе...

С т а р у х а. Уж ты ей-то разреши...

З о б н и н. И ей разрешу... Вино и елей... Ух! Ну, Иван Иванов, подозрительный ты человек!

К и ч к и н. Да ведь ты вон как... забегаешь!

З о б н и н. А ты - давай будем верить друг другу, право! Пусть кто другой ямы нам копает... Ты - простодушней будь! Жизни тебе не больно много осталось...

К и ч к и н. Это - верно. Выпьем давай, что ли? Леший...

К о с т я (Марье). Ф-фу! Я даже вспотел!

М а р ь я. Же сюи осси тре фатигэ... пардон! (Я тоже очень устала... извините! (франц.) - Ред.) Я тоже устала... волнуюсь до костей!

К о с т я. У нас с вами, можно сказать, первые роли... (Вонзает вилку поочерёдно в гриб, сардину и селёдку.)

З о б н и н. Экой ты, братец мой, варвар! Всё расковырял, разварзал! Татьяна, ты чего глядишь?

Т а т ь я н а. Не понимаю даже, зачем меня привезли!

3 о б н и н (угрожая). Забудь-ка! Я те дома напомню!

К и ч к и н. Всё перебуторено на тарелках-то! Кум, надо бы и нашу провизию выложить.

Т и п у н о в. Хватит с него!

Т а т ь я н а. Что же ваше-то лучше нашего?

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и (в двери). Сейчас даю звонок к поезду, - как у вас дела?

(Общая суета. Костя залпом пьёт три рюмки.)

3 о б н и н. Татьяна - бери поднос! Оправься! Губы-то подбери... Ишь, развесила, словно флаги!

К и ч к и н. Марья - готовься! Кум, гляди! Господи, благослови...

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и. А... позвольте! Вдруг я выговор получу за устройство этого буфета?

3 о б н и н. Друг - не скучай! Всё получишь, как договорено!

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и. Насорили... бумажки, солома... плевки! Эх, господа!

К о с т я (критически). Действительно - хламу много! Любит русский человек сделать что-нибудь неприличное.

М а р ь я. Ах, это святая правда!

Н а ч а л ь н и к с т а н ц и и (кричит). Быков! Подмети классную!

З о б н и н (берёт Кичкина за руку). Ну, идём, благословясь!

Т а т ь я н а (миролюбиво Марье). Очень это верно насчёт неприличия! Ехала я в губернию намедни - так господин какой-то, который надо мною поместился, носок мне на голову спустил...

М а р ь я (подвигаясь к выходу). Скажите, какое безобразие!

Т а т ь я н а. Я говорю: "Что это вы делаете?" А он: "Ведь голову я вам не прошиб", говорит...

М а р ь я. Бесстыдник!

Т а т ь я н а. И носок-то с дыркой был...