Детские игры
Шрифт:
– Всего лишь затянувшаяся депрессия… и он чуть не уничтожил целый мир!
– А мог бы и совсем уничтожить. И не один. Но теперь всё позади. Я убедил его вернуться. Он силён, просто слишком рано сдался. Болезни роста, Старший.
– Не слишком ли высока цена излечения?
– Нужно только не запускать их. Для этого ведь и существует Круг, не так ли?
В тишине вышли они на зелёный луг. Солнце заходило за горизонт, и полоска дыма от костра впереди выделялась розовым цветом на глубоком синем небе, где уже выступили первые звёзды.
– А вообще-то, Старший, я чуть было не погиб, столкнувшись с его волей. Чувству собственной бесполезности нелегко противостоять.
– Но ты выстоял.
– Потому что у меня было, что противопоставить ему. Я ведь обещал Рийни, что вернусь…
– Ты что-то недоговариваешь…
– Мне показалось, что она возникла там, за спиной Мальдена. И это добавило мне новых сил в споре…
– Так спроси её.
– И ты думаешь, что в ответ я услышу что-нибудь кроме «Я была у костра весь этот день!»?..
– Пожалуй, ты прав…
По чёрному залу замка Мальдена шёл человек. Никто и никогда не видел его раньше на Риадане. Человек осторожно оглядывался по сторонам, шаги его едва слышным шёпотом разносились вокруг.
Подойдя вплотную к массивному каменному трону, он медленно, словно сомнамбула, протянул вперёд руку и опустил тонкие дрожащие от волнения пальцы вокруг маленького, с пол-ладони размером, медальона из чёрного металла, лежащего на троне. Рывком пальцы сомкнулись. Звякнула грубая серебряная цепочка, вросшая в медальон. Рука рывком подняла древний талисман на уровень глаз. А на среднем пальце руки блеснул знак ещё более древних эпох: широкое кольцо в виде клыкастого черепа, проткнутого сверху вниз чёрным мечом, опоясывало палец. Символ Древнего Мрака спал на руке, сжимавшей частицу Лестницы Демиургов.
Над Риаданом догорал очередной день.
Сгущалась тьма…
(c) В тексте использованы песни Антона Эррандала, Владимира Талалаева, Юлии Лунг и Элмера Ричарда Транка.
На этом и завершается Книга Первая новейшей истории Рокласа, именуемого у нас – Риадан.
Книга Вторая расскажет Вам о тех временах, когда старшее поколение землян переселится на Риадан в поисках тишины и спокойствия, а правовые и прочие вопросы перепоручат решать компьютеру, и о том, как Принц лишится своей власти, и Шут вновь прийдёт на помощь. И невольно вспомнится тогда строка из анекдота: «Воскресенье: пришёл лесник и…».
Третья Книга повествует о времени возвратившихся Владык и Создателей Риадана, едва не завершившейся Рагнарёком.
Книга Четвёртая поведает Вам о том, как высвободился из миллиардолетнего заточения народ Южных, и как поиски неугомонной ребятни привели их к Чёрному Солнцу.
Сопутствующие рассказы
И воскреснут мёртвые
Владимир Талалаев
Рассказ был написан для сборника «Время Учеников – 3» к полному собранию сочинений Аркадия и Бориса Стругацких
Автор благодарит Уно Арканарского, Яромира Загорского и Алекса Мустейкиса, которые своими воспоминаниями помогли мне в работе над этим текстом.
Также я благодарен Будаху Ируканскому и Владиславу Крапивину, чьи стихи были использованы в рассказе.
Вообще-то трудно сказать, почему я решил всё же привести эти записки в порядок… Столько лет лежат клочки бумаги, обрывки мыслей, полустёршиеся образы… Когда-то это казалось актуальным или просто забавным, но затем – расползаясь повсюду, мысль блекла, теряя себя в замедленном движении и нерешительности…
Начинали мы писать эту историю вместе с Алисой, но затем – она предпочла, хм…, скажем так, более материальное, и, пойдя по стезе Крысиного Царства, перестала интересоваться прежним…
А я сперва решил, что негоже в одиночку дописывать то, что начато вдвоём, решил, что непорядочно это по
«Постойте! – выкрикнет кто-то, – Но ведь Уно убили! Тогда же, когда и Кира погибла!» Правда… Но – ПОЧТИ, и не более того… Всё же техника землян несколько посовершеннее медицины средневековья… И из дома Руматы были доставлены на Станцию все обнаруженные там тела. Зачем это сделали? Мне трудно ответить на это… Расспросы очевидцев дали три наиболее вероятные версии событий и мотивов, сплетен же было поболее сотни… Согласно одной из версий – их доставили на Станцию по просьбе самого Антона. И единственное, что меня лично настораживает в этой версии – это то, что Антон пришёл в себя позже прибытия челнока на пол-часа, если верить записям в медицинской карте, разумеется… По второй версии – тела доставляли, чтобы затем без паники разобраться, нет ли среди них самого прогрессора… Но с этим категорически спорят отправившиеся тогда на планету братья Саргацкие (из эмиссаров КомКона-2), написавшие в докладе, что путь Руматы явственно прослеживался от его жилища – и до самого дворца, так что доставлять на борт кучу тел для опознания среди них Антона, оставившего свой автограф мечами на протяжении половины города – выглядит по крайней мере глупо и может быть оправдано лишь невероятной несогласованностью в работе отрядов спасателей. Третья версия родилась, скорее всего, именно из-за присутствия двоих представителей Комиссии по Контролю в составе экипажа Станции. Согласно этой версии приказ о доставке исходил непосредственно от Рудольфа Сикорски, который решил допросить тех, кого ещё можно было бы допросить, на предмет поиска ранних первопричин аномалий в поведении Антона. Тогда становится ясно, почему к прибытию челнока с телами все медслужбы стояли на ушах, и почему к станции срочно подогнали самый скоростной «Призрак».
Живым оказался только Уно – мальчишка, прислуживавший в доме Руматы. Стражников можно было сбрасывать со счётов сразу же. Кира… если бы катер прилетел на час раньше – возможно, дальнейшая судьба Антона-Руматы была бы совсем уж иная… Впрочем – и Уно был уже в цепких костлявых руках смерти… Всё, что удалось сделать – это поместить несчастного мальчишку в специальный раствор и прямо в медкапсуле отправить его «Призраком» на Землю.
Уно находился на той тонкой грани между жизнью и смертью, когда активно вмешиваться просто опасно: любое вмешательство пойдёт лишь во вред… И исцеление его заняло долгие годы, за которые он совершенно не состарился, которые пролетели для него одним-единственным мгновением: только что меч стражника, боль – и вдруг непривычная тишина и голос, говорящий на родном наречии, хотя и с неуловимым акцентом:
– Приветствую. С возвращением в мир живых!
Голос принадлежал Пампе – барону, как-то захаживавшему в гости к Румате. Правда – на этот раз он был на удивление трезв и как-то нерешителен малость…
Уно не мог знать, что старого барона уже давно нет в живых, а у койки стоит внук Пампы, волей случая и Колеса Времени находящийся теперь в том же возрасте, что и старший Пампа в тот достопамятный год…
Это Антон настоял, чтобы Уно приходил в себя в обстановке, максимально близкой к родной. Боялся, что иначе эмоциональный шок сведёт мальчишку с ума… Были восстановлены комнаты скромного жилища Руматы, причём не киношная декорация из картона и пластика, а настоящая копия: камень, дерево, и всё это выверено по более чем столетней давности голограммам.