Дева и Змей
Шрифт:
– Пф-ф, – отозвался принц, – когда ждать тебя обратно?
– Думаю, нынче же ночью.
– Если ты ничего не напутаешь в потоках времени.
– Если я ничего не напутаю, – смиренно согласился Гиал, – мне далеко до тебя в том, что касается путешествий. Надеюсь вернуться с добрыми вестями.
– Ты возвращайся. Там посмотрим.
“Факир – Мангусту
Секретно
Информация безусловно любопытна. Воздержитесь от дальнейших попыток приобрести образец материала”.
Нельзя
И, наверное, стоило отпустить какое-нибудь замечание, относительно единодушия всех горожан, сейчас больше похожих на муравьев, нежели на людей. Не потому даже, что сверху все виделось маленьким, а потому, что когда звенят колокола, здешние обитатели словно бы лишаются и личности и разума, повинуясь чему-то иному. Инстинкту, может быть?
В голову ничего не приходило, точнее, Элис не знала, как лучше сформулировать, чтобы не задеть Курта (все-таки он сам отсюда родом). А еще она вовсе не была уверена, что говорить действительно нужно.
Вот они и молчали, облокотясь на перила площадки… Курт иногда заглядывал в установленную здесь же на треноге большую подзорную трубу. Обозревал окрестности, искал на западе какие-нибудь признаки человеческого присутствия. И не находил. Лес там, на западе, поля, а за ними – лес без конца. Да, к тому же, Змеиный холм закрывает обзор, если и есть что-то за ним, то с вышки все равно не увидеть. С крыши замка нужно смотреть.
…Нет, день прошел не зря, но не отпускало смутное ощущение чего-то упущенного, не сделанного. Не хватало чего-то.
Да, Элис не поднималась сегодня к замку. Но она и не собиралась… не собиралась приходить туда каждый день. Это тоже было сродни инстинкту: если тебя ждут, заставь подождать еще. Элис знала, что ей абсолютно нечем заинтересовать Невилла, этого эльфийского принца, или кто он на самом деле. Но что-то, словно бы в глубине сердца, уверяло: о ней думают, ее хотят увидеть вновь. Зачем? На этот вопрос никто, кроме самого Невилла, ответить не мог. А его объяснений Элис не понимала.
Но странно, неужели за два дня она так привыкла встречаться с хозяином черного замка, что “сегодня” кажется неполным, словно бы не способным перелиться в “завтра”? Или это какое-то… колдовство? Какое-то воздействие – лучше так, – внушение, стремление, навязанное извне.
Зачем она нужна ему? Курт ведь тоже первым делом поставил именно этот вопрос: чего от них хотят? От него и от нее. Чего хотят его немецкие родственники, чего хочет Невилл?.. Ведь не деньги же ему нужны, в самом деле! Зачем фейри деньги? Волшебная страна сама по себе настоящая сокровищница, там деревья из золота и серебра, а дороги вымощены самоцветами.
В эти сказки Элис не верила. Ну, почти. То есть, еще два дня назад не верила вообще. Просто трудно быть богатой наследницей – всех приятелей сначала подозреваешь в корыстных намерениях.
Своих денег у нее было
– Поедем завтра в Берлин? – предложил Курт.
– Что?! – Элис от неожиданности вздрогнула и недоуменно на него воззрилась. – В Берлин? А, ну да. С удовольствием! Здесь, – она обвела рукой парк и город под ногами, – забываешь о том, что на свете есть большие города.
– Здесь вообще забываешь о том, что на свете есть города, – без удивления согласился Курт, – я получил сегодня ответ на письмо.
– Так вы ездили в Бернау? Пока я пила чай с вашей мамой?
– Да. Мой друг назначил встречу в одном кафе, – вам понравится. Там сад, деревьям в нем полторы сотни лет. Не бог весть, какой возраст, но достаточный, чтобы вы нашли, о чем поговорить с тамошними дриадами.
Он улыбался, он опять не походил на мальчишку-студента, казался не старше, но умнее, словно имел право на такую вот, чуть поддразнивающую, дружелюбную улыбку.
– Я заработала себе устойчивую репутацию медиума, – сделала вывод Элис.
– Медиумы, если не ошибаюсь, общаются с нежитью. А вы – мой личный связной с маленьким народом.
– Ну да, какой же шпион без связистки? А ваш друг не будет против, если вы приедете не один?
– Он и сам придет не один, – ответил Курт, – обещал привести какого-то своего дружка… – он поймал ее изумленный взгляд: – Что-то не так?
– Дружка? – уточнила Элис.
– А вы здорово испорчены капиталистической моралью, – заметил Курт, – или я недостаточно хорошо знаю разговорный английский. Приятеля. Или между значениями этих слов такая большая разница?
– Существенная.
– Видимо, зависит от контекста, – Курт пожал плечами, – если я приду с девушкой, следовательно, и Георг… Ага. Буду знать. Элис, а как вы смотрите на то, чтобы сходить куда-нибудь не по делу? Не в порядке расследования, а просто так. В кино, например. Не здесь, конечно, а хотя бы в том же Берлине.
– В смысле? – она слегка растерялась. – Вы, что же, приглашаете меня на свидание?
– Можно назвать и так.
– Курт, – серьезно произнесла Элис, глядя ему прямо в глаза, в серые, теплые глаза, – у меня есть парень. И у нас все серьезно. Я собираюсь выйти за него замуж.
– Да, пожалуйста! Но почему это мешает нам сходить в кино? Опять какие-то языковые тонкости?
– Я не ваша девушка.
– Вы – мой приятель, – он усмехнулся, – с приятелем можно сходить в кино, или здесь тоже какой-то подвох? У меня, Элис, не так, чтобы много было знакомых в Германии. Только Георг, а он очень занятой человек, так что вы – единственная доступная компания. Наиболее, надо признать, предпочтительная. Ну, так как?