Девчонка
Шрифт:
Этого Рита не могла вынести.
— Дурак, — сказала она. — Не понимаешь, что с нами маленький ребенок?
Витька не стал разговаривать. С молчаливым презрением он повернул обратно.
Но, к его удивлению, хотя они уже прошли порядочно, дома все еще не показывались. Сердце стало холодить тревогой.
— Вить, мы туда идем? — робко спросила Рита.
— Конечно, — буркнул Витька, — еще немного пройти.
Они пошли дальше.
— Я устала, — вдруг заявила
— Сейчас-сейчас, — каким-то подозрительным голосом ответила Рита.
„Сейчас разнюнится“, — понял Витька.
Но Рита молчала.
— Знаешь, — сказал он, — по-моему, когда мы собирали бруснику, мы чуть направо свернули, так что надо идти левее.
Свернули влево. И опять шли по камням, по мху, а впереди, кроме таких же камней и мха, ничего не было. Начал накрапывать дождь. Захныкала Галка.
Вдруг Витька остановился.
— Мы… и правда, кажется… заблудились.
— Что же нам делать? — растерянно спросила Рита.
— Не знаю.
Галка захныкала громче.
— Перестань, — прикрикнула Рита. — Мы вот что, мы пойдем все прямо и прямо, пока не выйдем к морю. А потом будем идти над морем и в конце концов выйдем к домам.
— Да-а, а когда выйдем?
— Остров не такой уж большой. Идемте.
Она присела на корточки перед Галинкой.
— Садись.
Галка привычно уцепилась за плечи и устроилась у Риты на спине. Рита поднялась и зашагала вперед. Витька — за ней.
Мелко сыпался дождик.
— Холодно, — заныла Галка.
— Нет, это тебе кажется, — ответила Рита. — Совсем тепло. Давай песню петь.
— Да-а, какую песню?
„До чего же хорошо кругом! Мы друзей веселых в лагере найдем…“ —запела Рита.
Эту песню Галка любила. Спели ее, потом запели про октябрят.
— Рит, — позвал Витька. — Скоро?
— Скоро. Я уже чувствую запах моря. Только отдохнем немного.
Она присела, опустила Галку на землю.
— Давай греться. Боксом. А ну, раз, два.
И начала тормошить сестренку. Витька стоял и смотрел в сторону.
— А ты не замерз? — спросила его Рита.
Витька только дернул плечом.
И снова они шли вперед и вперед. Рита — с Галкой на спине, сзади — Витька.
— Все из-за тебя, — вдруг противным, дрожащим голосом сказал Витька. — „Заблудимся-заблудимся“. Накаркала.
Рита прибавила шагу. По лицу и щекам стекал не то пот, не то слезы, не то просто-напросто дождь.
— Витька, а я ведь тебе привезла что-то.
— Что? — угрюмо спросил он.
— Коллекцию бабочек.
— А на что мне коллекция твоя, когда мы с этого проклятого острова, может, и не выберемся совсем.
Галка в голос заревела.
— Знаешь, — остановилась и повернулась к нему Рита, — если ты будешь пугать маленьких, оставайся или иди один, а мы все равно дорогу найдем.
— Найдем, — сердито сказала и Галка.
И снова Рита запела про веселых октябрят, и Галка запела, а Витька понуро поплелся за ними.
А дождь все моросил и моросил.
— Я вся замерзла, — пожаловалась Галинка.
— Потерпи немного, — попросила Рита и стала подбрасывать ее на спине. Галка хныкала, смеялась и вертелась, а потом вдруг обнаружилось, что у нее стали „деревянные ноги“.
Рита поставила ее на широкий плоский камень.
— Потопай ножками. — И села рядом. Витька посмотрел, как она тяжело, прерывисто дышит, как согнулись ее плечи.
— Пешком иди, — сказал он Галке, — смотри, она устала тебя, такую дылду, тащить.
— Сам дылда, а я маленька.
— Правда, Галочка, пойди ножками, согреешься, а потом я тебя опять возьму.
И опять шли. И опять Рита тащила на спине сестру. Ноги хлюпали в ботинках, дрожали коленки, и где-то сзади всхлипывал Витька.
— Море, — вдруг закричала Галинка. — Корабль!
Наконец-то вышли к морю! Сквозь сетку дождя вдалеке был виден корабль.
Счастливые моряки! Через полчаса будут дома.
И мама, наверное, уже приехала, волнуется, а им еще идти и идти. Рита прикусила губу.
— Ну, пошли, — сурово сказала она.
Она шла и оглядывалась на корабль. Может, там папа. Идет и не знает, как плохо приходится сейчас его дочкам. Корабль все ближе и ближе, вот уже можно различить: кто-то стоит на мостике, а вон даже цифры видны.
И вдруг Рита остановилась так внезапно, что Галка стукнулась подбородком о ее затылок. „29“! Это же папин корабль!
Она стояла и смотрела на проплывающий мимо корабль. Так бы и крикнуть! Да разве кто услышит. „Папа“, — неслышно шевелились губы.
А что, если…
В одно мгновение Галка оказалась на земле. С головы Риты слетела белая косынка.
— Витька, платок, скорее!
Витька, не понимая, смотрел на Риту, а она не сводила глаз с удаляющегося корабля.
— Да скорее же ты!
Витька протянул ей замызганную тряпку.
— Отойдите, скомандовала Рита. Она взяла в одну руку косынку, и другую платок и, вскочив на камень, начала резко размахивать руками. Она подымала, опускала то одну руку, то другую, то обе вместе.