Девианты
Шрифт:
Никогда не думала, что он будет оценивать меня вот так, — окидывая со стороны как своего врага. Это позволило взглянуть на некоторые факты в перспективе. С самого начала я заявила, что буду делать все, что захочу, но это было неправдой, не так ли?
Решила не упускать из виду интересы Тито, да и Ромеро тоже. Я пыталась балансировать между полной самоотдачей мужчине, который заставлял меня упиваться грехом, и тем, чтобы не погубить другого.
Возможно, я и впрямь очень хреновый человек. Ладно, признаю, всегда была хреновым человеком, но никогда
Только посмотрите, куда это меня завело. Взгляните, где, черт подери, я оказалась. Полагаю, пришло время стать эгоисткой и взять свою жизнь в собственные руки.
С демоном, живущим в моей голове, я была прекрасно знакома, и, если перестану вести против нее войну, эта чертова сучка обеспечит мне все, чего хочу, и все, что заслужила.
Тито перестал вышагивать, когда наконец догадался, что я не обращаю внимания ни на одно его слово.
— Ты даже не слушаешь.
Я вскочила с земли так быстро, что он все еще пялился на то место, где была моя задница, когда подошла к нему и приложила два пальца к его губам.
— Что…
— Ш-ш-ш, — прошептала ему. — Ты уже закончил говорить. Моя очередь, — все еще прижимая пальцы к его рту, продолжила: — Кажется, ты не понимаешь, насколько я не похожа на тебя. Забудь о девчонке, которую, как ты думал, знал. Ее не существует. Никогда и не было. Я не хороший человек. Я столь же нечестива, как и все они, а твое мнение не заставит изменить свою суть, — опустив руку, сделала шаг назад, удерживая его взгляд.
Он уставился в ответ, а я видела, как в его глазах пылали безмолвные вопросы. С каких пор я стала такой холоднокровной? Что произошло с моей душой? Для меня это стало убедительным доказательством, что он даже понятия не имел, кого приютил под своей крышей.
Легкомысленный болван попытался использовать меня в качестве ключевой фигуры в игре, в которой у него не было даже шанса на победу. К несчастью для него, я перестала быть чьей-либо пешкой в тот день, когда он нашел меня. Отказалась быть чертовой подпоркой.
Одарив его напоследок взглядом, развернулась и пошла прочь. Хрипловатый голос окликнул, но я проигнорировала. Хватит с меня осуждающих, лицемерных кретинов.
Мир уже давно сошел с ума.
Мы обитали в вечном аду, который со временем становился лишь хуже. Выживание означало, что ты либо охотник, либо добыча.
Больше не было причин продолжать играть роль. В жопу мораль, и плевать, что обо мне думают.
Найду способ добраться до Девида, а когда это случится, вырву его сердце из проклятой груди, чтобы ощутить последний удар в собственных руках.
Уложила бы его фальшивых святош-последователей в неглубокие могилки после того, как перерезала бы им глотки и любовалась, как они захлебываются в собственной крови.
Поставила бы самого дьявола на колени и заставила бы его драгоценный язычок поработать между моих бедер. Уж если мне суждено стать королевой, то пора надеть эту гребаную корону.
Глава 6
Калиста
Прежде
Поначалу пыталась найти дорогу туда, где был Ромеро, но благодаря зигзагообразному петлянию Тито, не была уверена, в какую именно сторону идти. Дыма в небе больше не наблюдалось, поэтому просто шагала и надеялась на лучшее.
С наступлением темноты, когда солнце садилось, лесные обитатели зашевелились, а температура понизилась.
Удача улыбнулась мне, когда пробиралась вверх по небольшой насыпи, используя луну как ночник.
Остановившись, я оглядела квадратное строение перед собой. Это было очень необычное место для возведения дома, но, несмотря на то, что он стоял посреди небольшой полянки с деревьями, старое здание выдержало стихию.
Внутри горел свет, трава у дома была невысокой, а окна не заколочены, как в большинстве жилых помещений у моста Наркузи. Очевидно, дом не заброшен, но не было ни машин, ни звуков, ни движения.
Сделав несколько шагов, резко остановилась.
— Знаю, что ты следил за мной, так что можешь выходить.
В ответ на мои слова Тито протиснулся сквозь разросшийся кустарник и уставился своими большими карими глазами, словно раненый щенок.
— Ты всегда дерьмово скрывался, — заметила я, прервав все, что он хотел сказать.
Икроножные мышцы протестовали с каждым шагом, когда поднималась по ступенькам крыльца. Входная дверь была широко открыта, и я восприняла это как приглашение. Вошла внутрь, будто жила там.
— Есть кто-нибудь дома?
В ответ — тягостное молчание.
Помещение не было слишком большим. На ум пришло словечко «уютно». Кроме кухни, служившей одновременно столовой, с отвратительными полосатыми обоями, остальные стены в доме были обшиты панелями из красного дерева, а пол — из тусклого паркета.
Чувствовалось, что здесь что-то не так. Медленно пройдясь по обеим комнатам, подошла к столу и оглядела четыре сервировочных прибора. Там лежали наполовину съеденные бутерброды, которые все еще выглядели относительно свежими, пустой стакан на боку, а в розовой чашке с рисунком котенка, наполненной водой, плавала дохлая муха.
Вопрос на миллион долларов заключался в том, что произошло с людьми?
— Закрой входную дверь и запри ее, — обратилась к Тито, как только он переступил порог дома. Парень сделал то, что требовалось, без каких-либо возражений.
Пройдя в центральную часть кухни, порылась в ящиках и нашла большой разделочный нож.
— Идешь? — спросила его, возвращаясь в гостиную и медленно поднимаясь по лестнице, рассматривая фотографии семьи в золотых рамках, которые красовались на стенах. Ступени позади заскрипели от тяжести веса Тито.