Девичьи грёзы
Шрифт:
Они даже поспорили с Маринкой, где тот самый Лим находится. Им написали, что город старинный, но небольшой, и даже карту города приложили с отметками, где пройдут мероприятия фестиваля, но добавили, что их встретят и довезут до места, и пусть они не беспокоятся, всё будет хорошо. На фестивале ещё ни разу не было гостей настолько издалека, поэтому оргкомитет очень рад и с нетерпением ждёт встречи.
В общем, всё по плану.
Дальше тоже было хорошо – парень по имени Патрик их встретил и привёз куда надо; госпожа Жоли, известная по переписке, оказалась сухощавой невысокой дамой лет пятидесяти в идеальном клетчатом костюме,
Марина ещё спала, и устроили номер так, что кровати отделялись одна от другой теми самыми окнами и столом, в общем – некое подобие личного пространства. И хорошо.
За окном виднелись крыши – черепичные, настоящие черепичные, подумать только! И зелёные деревья. Дома-то нынче весна холодная, только трава еле-еле показалась, да одуванчики расцвели на теплотрассе. Там, где нет теплотрассы, всё ещё голо и пусто. А здесь тепло, Татьяна ещё вчера заметила, что и зелень, и цветы – тюльпаны, ирисы, розы… ох, как хочется пойти и посмотреть уже, что тут где!
Она достала из-под подушки телефон и посмотрела – заряд есть, какая-то сеть определилась. Попробовала выйти в интернет, посмотреть новости, заодно выставить кое-какие фотки с дороги… но у неё не получилось. Ни одно из приложений не открывалось – говорили, нет связи. Странно, вроде ж есть? Или настройки какие-то нужны? Но вчера из аэропорта всё работало, они все даже домой звонили, сообщить родным, что благополучно долетели. А тут что за ерунда? Ладно, разберёмся.
Когда умытая Татьяна вышла из ванной, оказалось, что Марина тоже проснулась и тоже копается в телефоне.
– Тоже нет связи? Вчера вроде была.
– Слушай, не просто нет связи, а вообще как-то глухо. У меня, понимаешь ли, есть французская симка, с прошлых поездок, вчера в аэропорту она совершенно точно работала, а сейчас не подаёт признаков жизни. Интересно, с чего бы?
– Разберёмся, – махнула рукой Татьяна.
– Хорошо бы, а то мне как-то тревожно, и моим всем дома, я думаю, тоже, – Марина поднялась и пошла умываться.
Чуть позже к ним присоединились и Майка с Алёнкой ровно с тем же вопросом – что с сетью и как позвонить домой. А то там мама с ума сошла уже. И фотки номера надо в соцсети запостить. Татьяна разводила руками и убеждала, что сейчас всё решим – до того момента, пока Марина не произвела вылазку за пределы их номера, и не сообщила, что не смогла снаружи опознать ни одной надписи. Почитать – смогла, а понять, на каком языке написано, – нет. И это не французский язык.
– И где мы вообще? Может, мы уже того? Вчера по дороге из аэропорта? – Майка смотрела широко раскрытыми глазами, а рот прикрыла рукой.
– Да ну, ерунда, сейчас всё разрешится каким-нибудь простым образом, – начала было Татьяна, но её перебили.
Все заговорили разом и хором, Маринка – о том, что они так-то работают на непростом предприятии, и об этом не нужно забывать, сестры Розовы – о том, что их мама с бабушкой прибьют, если они звонить не будут, и что-то ещё. Татьяна уже не знала, куда деваться и что говорить, но дверь после вежливого стука отворилась, и появился вчерашний Патрик. И тогда она не придумала ничего лучше, как спросить:
– Будьте добры, поясните: куда
Он поднял руки – мол, всё скажу, только замолчите. Девчонкам пришлось замолчать.
– Милые дамы, – ещё и поклонился, – я всё объясню. Обязательно. Прямо сейчас или пойдём завтракать?
– Прямо сейчас, – непреклонно произнесла Марина. Она умела.
– Хорошо. Вы позволите присесть?
– Присядьте, – кивнула Марина.
Он сел и улыбнулся.
– Понимаете, случилась непредвиденная магическая коллизия. А когда мы это поняли, было уже поздно. И нам оставалось только подумать, как сделать, чтобы вы всё же смогли до нас добраться. И мы решили эту задачу.
– Кто это – мы? – продолжала спрашивать Марина.
– Не побоюсь пафосной формулировки – лучшие умы нашей Академии. Во главе с ректором, профессором де ла Моттом.
– Какая коллизия, простите? – громким шёпотом спросила Алёнка.
– Магическая, – повторил с улыбкой Патрик.
Замолчали все. Майя снова открыла рот, Алёна зажмурилась и потрясла головой.
– Так, поясните, – Марина шла до конца. – Где мы есть?
– В Лиме. Но это не совсем тот мир, в котором вы живёте. В вашем мире нет Лима, в нашем – вашего города, мы не смогли прочитать его название правильно.
– Шелехов? Город как город, – дёрнула плечом Марина. – Но как это вообще возможно?
– Одна наша гениальная студентка сделала так, что стало возможным. А мы ей немного помогли.
– А как мы попадём домой?
– Так же, как попали сюда. Я отвезу вас в аэропорт девятого числа. Выедем пораньше, и вы отлично успеете, – и, видимо, наблюдая их общее недоумение, продолжил: – Впрочем, если вы выскажете такое желание, я могу отвезти вас уже сейчас. Но в этом случае вам не удастся увидеть наш фестиваль, посмотреть Лим и Лимейский замок, познакомиться с интересными людьми… редкий шанс для вас, если я что-то понимаю.
– Но… нам с Майкой нужно домой позвонить, – пробормотала Алёна.
– Я подумаю, как это сделать. Сегодня решим, – улыбнулся Патрик.
Улыбался он так, что… глаз отвести невозможно, вот. Даже Марина, всегда суровая, а сегодня особенно суровая, немного смягчилась.
– Сделайте нам связь. Тогда мы поверим вам, – произнесла она.
– Но вы готовы позавтракать, пока я решаю этот вопрос? – продолжал улыбаться Патрик.
– Готовы, – ответила за всех Татьяна.
Потому что куда-то бежать и что-то делать лучше не на голодный желудок. Обещали кормить – вот пусть и кормят. А дальше поглядим.
9. Для чего нужны некроманты
Патрик дал себе виртуальный подзатыльник. Потому что они молодцы, конечно, но о такой простой вещи, как связь, не подумали. Уж конечно, у их гостей дома есть родные, и они хотят быть уверенными, что с их уехавшими дочерьми и сёстрами всё в порядке. А может быть, с жёнами и матерями. Что он вообще знает о гостьях? Немногое. Они присылали данные для визы, и просили письмо, и то письмо заколдовывал сам профессор де ла Мотт, не доверив это важное дело ни студентам, ни Патрику. И сработало – визы дали всем, кому-то на полгода, потому что у них раньше таких виз не было, а кому-то на три года, что ли. И Тьяна ещё написала потом письмо со словами благодарности – хорошо, мол, вышло, спасибо. Вот. Обо всём подумали, а про связь с домом не подумали. Что делать-то?