Девичник
Шрифт:
«Где слон?» — подумал Бенджи.
Девушки смотрели на него сверху, обступив со всех сторон. Сколько их было, сосчитать никак не удавалось.
— Ты что, ушибся? — присев на корточки, поинтересовалась Кэрол.
— Э!.. — произнес Бенджи, намереваясь сказать «Да», вспомнил, что онемел, снова испугался — и от испуга смог выговорить: — Д… да, кажется.
— Нашла, кому поручать! Этому чертову слону! Он Бенджи лапу отдавил! — не унималась рыжая.
Так вот, значит, что ему под ноги попалось —
— Диди, ну что ты напала на человека! Он же не нарочно! — вмешалась неожиданно «клиентка», тоже присев на корточки. Спросила сочувственно: — Здорово ушибся?
— Он нам туалет починил, а ты его обзываешь! — упрекнула Кэрол.
— Починил уже?! — радостно чирикнул кто-то. Толпа вокруг сразу несколько поредела.
— У него кровь на лбу! — с толикой удовлетворения пробасила рыжуха. — Точно, лбом приложился!
— Ну что — встать сможешь?
— Ой, девочки, скорее — наше мороженое!.. — раздался издалека испуганный вопль.
Девушки дружно сорвались с места. Только Кэрол задержалась ненадолго — похлопала его по плечу, сказала:
— Ну ладно, вставай! Сейчас я тебе таблеточку дам — как новенький будешь! — вскочила и тоже побежала на кухню.
Бенджи осторожно попытался сесть. В голове гудело, постепенно она наливалась болью.
«Господи, какое уродство!» — подумал он, уткнувшись взглядом в нечто бледное, волосатое, заканчивающееся черными массивными наростами — и лишь потом понял, что это его собственные ноги в ботинках, торчащие из-под края балахона.
С кухни доносился разноголосый ропот.
Цепляясь за стену, Бенджи встал и медленно побрел туда.
— Вот он, а ты беспокоилась! — сказала одна из брюнеток.
— Сейчас, сейчас я дам тебе таблетку! — обернулась Кэрол.
— Не надо было ему поручать — сами бы справились! — рыжуха по-прежнему оставалась при своем мнении. — У них у всех руки и ноги из одного места растут!
«Интересно — а откуда еще расти ногам?!» — огрызнулся про себя Бенджи. В голове мутилось, и временами он забывал, зачем вообще пришел сюда.
Но его персона девушек интересовала мало. Обступив стол, на котором стояло полурастаявшее мороженое, они обсуждали меры по спасению лакомства.
— Ничего страшного, надо заново полить и поджечь! — оптимистично посоветовала «клиентка».
— Нет, теперь не выйдет, — мрачно сообщила одна из брюнеток.
— Даже если полить — не загорится: слишком много вокруг натаяло, мокро совсем, — объяснила вторая.
— А мы его бисквитиком обложим — а потом как следует польем, — не растерялась неугомонная Кэрол. — Загорится в лучшем виде!
Блондинка стояла спиной к нему. Вот бы сейчас, пока все увлечены мороженым, подойти сзади, ткнуть ей в бок револьвером, сказать на ухо: «Пошли
Он пронаблюдал, как поверх фруктов были разложены ломтики бисквита, на них вылита чуть ли не пинта коньячного спирта…
— Ну все, Рита, готово! Теперь иди в гостиную — ты у нас героиня дня — а мы тебе это принесем! — приказала Кэрол. — Ах, да, — бросила она взгляд на Бенджи. — Девочки, возьмем его в компанию?! Смотрите, какой хорошенький — и глазки голубенькие! И туалет нам починил, и вообще — пострадал!
Дружный гомон развеселившихся девушек несомненно обозначал согласие.
— Ты у нас один мужчина, нарасхват — так что танцевать будешь со всеми! Ох, мы тебя и умотаем! — Черномазая ухмыльнулась; ее белые зубы, серебряные веки, алые губы и белые полоски и точечки на скулах — при общем темно-коричневом фоне — вызвали у Бенджи ассоциацию с Дракулой.
Вспомнила, достала из шкафчика таблетки, две штуки сунула ему:
— Голова мигом пройдет — ничего не почувствуешь! Коктейльчиком запей! Ну, все: Рита — в гостиную, Диди, держи Бенджи, чтобы об него никто не споткнулся! Тори, пойди выключи свет! Я несу-у!
Дальнейшие события Бенджи помнил плохо. Коктейль — он-то рассчитывал на легкий, так называемый «дамский» — оказался на удивление крепким; затем перед ним поставили вазочку с пропитанными спиртом бисквитами и полурастаявшим мороженым. Наверное, этот спирт и ударил в голову…
Хорошо запомнилась лишь пара эпизодов: как он танцует с «клиенткой», при этом нежно поглаживая ее сзади по шее, и прикидывает, что если сжать посильнее… Шепчет ей на ухо: «Давай выйдем через черный ход! Там, в парке, сюрприз!» — а она хихикает.
И потом — как он объясняет ей, что он асассин, и это звучит гордо, и он не должен ронять честь профессии — так при чем тут балахон?! Не надо балахон — надо костюм, с галстуком! Он же аса… аса… никак не может выговорить это слово — не может, и все…
Очнулся Бенджи оттого, что глазам стало жарко. Открыл их — и сразу закрыл, так резанул по ним яркий свет солнца.
Солнца?!
Он судорожно подскочил и огляделся. Да, действительно светило солнце. Он лежал на полу в незнакомой комнате, одетый все в тот же нелепый цветной балахон…
Господи, уже утро! Что случилось, чем эти чертовы ведьмы его опоили?!
— Проснулся! — раздался сзади полузнакомый голос.
Бенджи резко обернулся — и вздрогнул. В нескольких футах от него стояло нечто.