Дэвид Старр – космический рейнджер (пер. А.Левкин)
Шрифт:
Хеннес. Почему-то в темных очках. На мгновение их снял, глаза оказались красными и злыми. Сидит и что-то бормочет про себя.
Бенсон. Тихий и несчастный. Накануне Сильвер проговорил с ним несколько часов и не сомневался, что тот в отчаянии из-за провала своих исследований. Он считал, что отравления как-то связаны с марсианами-аборигенами, а эту чушь Сильвер всерьез принять не мог.
Бигмен. Вот кто радуется жизни! Конечно, он не много понимает из того, что происходит, но явно рад, что оказался
И еще одно кресло стояло возле стола. Пустое. Никто не спросил, кому оно предназначено.
Сильвер кое-как начал разговор, задавал маловажные вопросы, делал несущественные замечания, стараясь замаскировать собственную неуверенность и протянуть время.
В 12:16 он оглянулся на дверь и бессознательно встал. Вскочил и Бигмен, его стул полетел на пол. Хеннес повернул голову и оцепенел. Бенсон разинул рот. Один Макиан остался безучастным. Он взглянул в сторону двери и вполне спокойно рассмотрел еще одно явление жизни, решительно не согласующееся с его представлениями о ней.
– Я – Космический Рейнджер! – сообщил вошедший.
В ярко освещенной комнате сияние, окружавшее его голову, казалось чуть тусклее, а дым – более плотным, чем видел Хеннес накануне.
Космический Рейнджер сел, лицо его скрывалось пламенем, туманные, клубящиеся руки опустились на стол, но не коснулись его – там так и остался промежуток в четверть дюйма пустого пространства.
– Я пришел говорить с преступниками, – заявил он.
– Вы имеете в виду взломщиков? – прервал молчание Хеннес.
Он попытался стянуть с лица темные очки, но рука застыла на полдороге, и было видно, как дрожат пальцы.
– Да, – голос Рейнджера был низок, слова звучали тяжело и весомо. – Мне пришлось пойти на взлом. Вот ключи, которые я достал из твоих сапог. Они мне больше не нужны.
Металлическая связка поехала по столу в сторону Хеннеса, который не сделал даже попытки поймать их.
– Но, – продолжал Рейнджер, – я сделал это, чтобы пресечь более серьезное преступление. Например поездки некоего важного лица в Виндгрэд-сити по ночам.
– Эй, Хеннес, – маленькое лицо Бигмена оживилось, – похоже, не я один тебя засек!
Но сейчас все внимание Хеннеса было приковано к противоположному концу стола.
– И что в том плохого? – спросил он.
– А из города ты летал на Астероиды.
– Что? Зачем?
– А разве не оттуда приходили ультиматумы отравителей?
– Ты обвиняешь меня в том, что я с ними связан? Я отрицаю. Предъяви доказательства. Если, конечно, ты полагаешь, что они необходимы. Или ты думаешь, что твой маскарад заставит меня соглашаться со всем подряд?
– Где ты провел две ночи перед последним ультиматумом?
– Я не стану отвечать на твои вопросы. У тебя нет права
– Хорошо, я отвечу сам. На Астероидах находится оборудование отравителей, а их руководство – здесь, на ферме Макиана.
Макиан поднялся с места, шевеля губами, словно пытаясь что-то сказать.
Космический Рейнджер успокаивающе махнул ему рукой.
– Вы посредник, Хеннес, – продолжал он.
Хеннес снял очки – лоснящееся лицо покрылось испариной.
– Ты мне надоел, Рейнджер, или как тебя там. Мы собрались здесь, как я понимаю, чтобы вывести отравителей на чистую воду. Если собрание превращается в фарс с каким-то самозванцем в главной роли, то я ухожу.
– Погодите, Хеннес, – Сильвер встал с места, подошел к управляющему и взял его за локоть. – Никто не объявит вас виновным без доказательств.
Хеннес отдернул руку и встал со стула.
– Эй, – вмешался Бигмен, – мне будет приятно увидеть, как тебя, Хеннес, пристрелят, едва ты выйдешь отсюда.
– Да, – согласился Сильвер, – охрана имеет приказ стрелять в любого, кто покинет помещение без моего разрешения.
Хеннес бессильно сжал кулаки.
– Больше я не скажу ни слова, – заявил он. – Все вы свидетели, что меня задерживают насильно. Это беззаконие. – Он сел и скрестил руки на груди.
– Хеннес лишь посредник, – как ни в чем не бывало продолжил Рейнджер. – Он слишком злобен, чтобы оказаться настоящим преступником.
– Вы противоречите себе, – осторожно заметил Бенсон.
– Ничуть. О преступнике многое можно понять по характеру преступления. Что мы имеем? В результате отравлений до сих пор умерло еще не очень много людей. Хотя, надо полагать, достичь желаемого быстрее преступникам было бы проще, если бы отравления происходили чаще. А так что? Они действовали на протяжении шести месяцев, обходясь лишь туманными намеками, рискуя оказаться обнаруженными. Что это значит? То, что их главарь несколько стесняется убивать. А это – не в характере Хеннеса. От Вильямса мне известно, что его Хеннес пытался убрать несколько раз.
– Ложь, – вскричал Хеннес, забыв про свой обет.
– Так что, – не обращая на него внимания, продолжил Рейнджер, – по части убийств у Хеннеса все в порядке. Искать надо кого-то более нежного. Но что вынуждает такого человека убивать людей, которые не сделали ему ни малейшего зла? Как бы то ни было, отравлено несколько сотен, пятьдесят из них – дети. Наверное, такой человек испытывает болезненное стремление к власти. Почему болезненное? Потому что чувствуется угнетенное состояние его психики. Ему, похоже, кажется, что окружающие пренебрегают им, а он убежден в том, что заслуживает большего, то есть, надо искать человека с явно выраженным комплексом неполноценности. Как по-вашему, кто это?