Дэвид
Шрифт:
Она вздернула подбородок и вышла из комнаты, стараясь изо всех сил своим гордым видом задеть Хорхе.
Я последовал за ней вниз по лестнице и вышел в туманное утро. Рабочие скребли каменные ступени перед входной дверью, каждым взмахом губок смывая кровавые следы с них.
Эйнжел обошла рабочих, её широко раскрытые глаза следили за тем, как алая вода стекала в ухоженные розовые кусты вдоль фасада дома.
— В машину, — буркнул Хорхе, обошел её и скользнул на переднее пассажирское сиденье черного внедорожника. — Залезай! — он захлопнул дверь.
Этот
Эйнжел снова начала двигаться, отворачиваясь от беспорядка, который был жизнью мафии. Я открыл ей дверь, и она скользнула внутрь, короткая юбка платья задралась, оголяя её гладкие бедра. Мне захотелось увидеть её в одежде взрослой женщины, а не в этих отвратительных детских шмотках, которые извращенец Бланко заставлял её носить.
Поездка до магазина свадебных платьев заняла всего полчаса. Дороги в это воскресенье были почти пусты, даже верующие не забивали без толку шоссе, чтобы добраться на службу в церковь в поисках смысла жизни. Магазин располагался на углу двух широких улиц в центре города. Нижний этаж представлял собой море стеклянных витрин со свадебными платьями, выставленными на фоне ярко-розового и нежно-бирюзового декора.
Мне было плевать на витрины. Удачный выстрел мог бы положить конец этой маленькой поездке по магазинам. Острая боль вспыхнула в моей груди и затихла. С Эйнжел ничего не случится. Нет, теперь я здесь, чтобы защитить её. Я посмотрел в её сторону. Большую часть времени она смотрела в окно, хотя и бросала украдкой на меня взгляды. Интересно, о чём она думала?
Внедорожник остановился прямо перед зданием. Я вышел и огляделся, Хорхе сделал то же самое. Проехало несколько машин, и вдалеке зазвонили церковные колокола, призывая верующих. Даже дуновение ветра не шевельнулось, и слабый туманный дождь стих, уступив место мрачному небу. Эта было слишком открытое место на мой взгляд.
— Здесь нет черного хода? — спросил я, не позволяя Эйнжел выйти из машины.
Хорхе поднял брови и слегка покачал головой, как будто эта мысль никогда не приходила ему в голову.
— Иди туда и скажи им, чтобы открыли заднюю дверь.
Я опустился на свое место и закрыл дверь.
Хорхе некоторое время стоял, кипя от злости, а потом последовал моим инструкциям.
Водителю не нужно было объяснять, и он начал объезжать квартал.
— Здесь сзади есть переулок.
— Едем туда, — сказал я, не сводя глаз с окон ближайших домов и мусорных баков на улице. Мы не были так уязвимы, но было много укромных уголков, где мог спрятаться умный убийца.
Мы крались по усеянному выбоинами тротуару, пока задняя дверь впереди нас не открылась, и брюнетка с короткой стрижкой не помахала нам рукой.
— Заходим.
— Да, сэр! — ответил водитель, который осторожно подошел к открытой двери.
—
— Вряд ли, — ответил я. Но это не значит, что я не буду к этому готов.
Она не расслабилась, каждый мускул её тела был напряжен.
Я попробовал ещё раз.
— По-моему, здесь тебе ничего не угрожает. Никто не знает об этой встрече.
Она кивнула и сделала глубокий вдох, а затем слегка сморщилась.
— Я даже не знаю, зачем всё это нужно. Бланко хочет этой свадьбы. Ладно, продал бы тогда на аукционе. Большая свадьба — это когда мне на спину без всякой причины вешают мишень.
— Ты хочешь выйти замуж за Лоренцо?
Я бросил взгляд на водителя, но он не смотрел на меня, несмотря на мою вспышку гнева.
Она встретилась со мной взглядом, и я увидел девушку, которую знал. Ту, которую я целовал когда-то.
— Я хочу жить.
Она боролась за жизнь и выживала, как могла. Вот это я мог понять.
— Бланко хочет зрелища, — сказал я. — В этом-то всё и дело.
Гектор Бланко не мог удержаться от того, чтобы не устроить шоу, даже если его пришлось урезать и немного ограничить сроком в месяц.
— Я знаю, — ответила она со вздохом и покачала головой.
Я вышел из машины и протянул ей руку. Она приняла её, теплая ладонь легла в мою и согрела меня, как луч света.
Втолкнув её в дверь, я прижал её к себе и осмотрел помещение, в которое мы вошли. Ряды и ряды белых платьев, накрытых полиэтиленовыми чехлами, выстроились на двух дюжинах стеллажей. Темные волосы Эйнжел блестящей волной струились по её спине, и мне пришлось отвести от неё взгляд. У меня было задание. Но её запах и близость не облегчали мне задачу.
— Я Кармен, ваш консультант на сегодня. Сюда, пожалуйста! — проговорила женщина и быстро зашагала по лабиринту стеллажей.
— Кто ещё здесь есть? — спросил я, держа Эйнжел перед собой, готовый оттолкнуть ее в безопасное место, если что-то случится.
— Мы закрыты по воскресеньям, так что здесь только я и мой менеджер, мистер Деволт.
— Двери заперты? — продолжал спрашивать я, осматривая склад в поисках других входов, но увидел только дверь, через которую мы вошли, и один оконный проём для приёмки грузов, который выглядел плотно запечатанным.
— Всё заперто. Вход туда возможен только через парадные двери, заднюю дверь или вход для приема товаров, — отвечала она. Её тон был резким, и я оценил её деловую манеру общения. — Вы не первые наши VIP-клиенты. Доверьтесь мне.
Я не доверял никому.
Мы вышли в большой демонстрационный зал, зеркала на большинстве поверхностей и платья, висящие на вешалках здесь и там. Ковёр был девственно чистым и белым, как первый снег, и казалось, что вокруг были все оттенки белого. Эта зона была отгорожена от стеклянных окон. Ни один снайпер не сможет нас достать. Я не расслабился, но позволил Эйнжел сделать несколько шагов вперед.