Девочка авторитета

Ромуш Джулия

— Ты сам напросился, — скалюсь, — к девчонке пошёл, она не умеет молча принимать оскорбления.

— Она вообще ни хуя не имеет, Камиль. Какого хера ты её за собой тягаешь? Тебе проблем мало? Ты забыл, в каком дерьме находишься?!

— Сбавляй, — рявкаю, не хуй наседать, о своих делах, я сам всё прекрасно знаю.

— Сбавлять? Ты залип на этой девке, брат?

Кривлюсь от того, каким тоном Хасан это произносит. Не залип просто трахать хочу с утра до ночи. И всего. Как первый раз выебу, так и попустит. Уверен. Поэтому

и тяну. Играю. Прелюдия у меня такая.

— Не залип, она просто забавная, в тонусе держит. Ты по тарелкам стрелять любишь, я с девкой развлекаться, хули ты проблему из ни хера делаешь?

Хасан злит. Выбешивает. Как Алиса, прям провоцирует. И снова девка эта бедовая в голове.

— Забавная, да? Значит, с пулевым за ней тягаться по лесу забавно было?! И чтобы штопали тебя хуй пойми где — тоже забавно?

Кулаками в подоконник, упираюсь. Хасан, старший брат. Он меня, по сути вырастил. Был примером всегда. Защищал и учил, как жить нужно. Но сейчас… Он про Алису заикается, а у меня протест сразу.

— Это моё дело, Хасан. Девка в нужное время пропадёт. Отпущу. Пока играю с ней. Мне заходит.

— Камиль, ты, кажется, забыл, что играешь в опасные игры?

— А ты забыл, что мне больше не пятнадцать, Хасан. Я сам решаю, что мне со своей жизнью делать.

— Отпусти её. Пускай валит. Ей жизнь сохранишь и себе.

Зубы стискиваю до скрипа. Отпустить? Малую? Да хер. Я ещё не утолил свою похоть.

— Ещё есть время.

Рявкаю. Напрягаюсь всеми мышками. Внутри всё гореть начинает. Понимаю, что хуйня происходит, но отпускать ещё рано. Меня давно никто так не заводил, как малая.

По-хорошему её уже давно в живых быть не должно. После всего, что она сделала. Сколько раз нарывалась. А сучка живая. Умеет срок себе продлевать. Умелая. Цепляет за живое.

И не гнилая совсем. Могла кинуть, когда вырубился. Два раза съебаться могла. Первый из тачки, второй из отеля. Не рискнула. И сама довезла. Переживала.

Это ситуация многое, что изменила. Заставила меня иначе на всё посмотреть.

— Ты уверен, что после откажешься от неё?

Хасан вопросы задаёт, которые злят. Выбешивают.

— Уверен, — сквозь стиснутые зубы выдаю.

— Ты уже сейчас за неё вцепился, дальше только хуже будет. Отпусти девку.

— Я сам решу, когда её отпускать.

От подоконника отталкиваюсь. Рявкаю. Вены вздуваются. Моя девка. Я ещё не наигрался.

— Ты любишь проблемы себе создавать, Камиль, — Хасан головой мотает, — ты недавно из тюрьмы вышел. С Буйный войну начал. Буйного замочили. Охота на тебя теперь открыта. А ты думаешь, как хер в девку засадить.

— Охота на Буйного была, нашу с ним вражду использовали, чтобы мы схлестнулись сильнее. И в самый пиковый момент его замочить.

— Им Буйный мешал: думаешь, ты не мешаешь?

Хасан скалится, намекает, что я зря расслабился.

— У меня другие территории, связи

серьёзней и опасней. Не рискнут связываться.

— Пока что твои связи только на словах. Сделай так, чтобы и на деле были. Слюни пускать прекращай и за дело возьмись. Я её не трону. Пока она не мешает делу. Но если увижу...

— Девка неприкосновенная, усёк?

Ближе подхожу. Знаю, что Хасан в этом плане ёбанутый. За семью до последнего тащит. И всех, кто на дороге встанет, снесёт к херам. А Алиса для него сейчас — угроза.

— Говоришь не залип?

— Нет.

— Тогда срок твоей игры определим, — Хасан скалится, — любая игрушка из строя выходит и надоедает. Срок твоей какой? Месяц? Два?

Внутри всё скручивать начинает.

— Смелее, мы оба знаем, что долго ты не играешь, ломаешь быстро. Эту когда сломаешь?

— Два месяца, — рявкаю.

— Вот и определили, когда срок её неприкосновенности заканчивается. И на всякий случай предупреди, чтобы не провоцировала. Ты же знаешь, я нервный, сорваться могу…

Глава 8

Какой же он гад! Наглый, подлый, самоуверенный… Мудак!

Хорошие мужчины не оставляют девушку в таком состоянии. Не наказывают подобным! Это чудовищно!

«Выпороть, это конечно другое дело. Это можно, если кончить дали».

Я отмахиваюсь от этого противного и, зараза, честного голоса. Какая разница? Камиль поступил очень жестоко.

У меня до сих пор всё внизу вибрирует и стягивает. Хотя я душ приняла, но лучше не стало. Озноб будто под кожей поселился, подрагивает всё тело. Я успокоиться не могу.

Я прячусь под одеялом, будто от всего мира так укроюсь. В темноте с опаской поглядываю на дверь.

Опасаюсь, что кто-то из Демидовых заглянет. Дикий или его брат… И нельзя сказать, что визит кого-то одного я восприму лучше.

Оба завалить пытаются. Один в постель, другой — просто.

Я не верю, что Хасан действительно помочь хочет. Нет, я просто ему не нравлюсь. Раздражаю своим присутствием.

Он мне сбежать поможет. А потом и Дикому поможет, закопать мне где-то.

Нет уж. Я набегалась, хватит. Пока ни с места не двинусь, если не буду уверена, что мой побег удастся.

Я ненадолго засыпаю. И резко подрываюсь, стоит двери чуточку скрипнуть. Сжимаюсь, внимательно слежу за дверным проёмом.

Выдыхаю, стоит Камиля увидеть. Легче от его присутствия.

«Нашла кому радоваться».

Ну, из двух зол…

— Не дрыхнешь ещё? — Камиль прищуривается, усмехается. — Меня ждала?

— Конечно, — я фыркаю. — Не могу заснуть без того, чтобы меня зажимали и на ухо трещали. Камиль, я хотела спросить, может…

— Не трещи.

Мужчина зажимает пальцами переносицу. За окном только светает, но этого хватает, чтобы рассмотреть Камиля.