Девочка авторитета

Ромуш Джулия

Я стараюсь всячески внутренний голос придушить. Его саркастичные шуточки мне сейчас точно не нужны.

— Ты сам ездил за завтраком? — в сторону Дикого поворачиваюсь.

Я уже успела его отругать в голове. Но такой поступок пробуждает во мне мимимишные эмоции.

Он потратил время. Сам съездил… Значит ему на меня не плевать. И ночь со мной провёл.

«За это ещё разок дать можно».

Р-р-р-р-р-р. Мысленно я уже тапком лупашу внутренний голос.

—

Водила привёз, тебя одну оставлять опасно, — буркает Камиль в ответ.

Я глаза закатываю. Опять эти намёки! И он всячески пытается показать, что в его поступке не было никакой романтики.

Только голый прагматизм! Достал еды, чтобы ты копыта не откинула.

— Да, да, — бурчу в ответ, — оправдывай свои романтические порывы.

— Малая, допиздишься, — рявкает, а я даже на месте не подпрыгиваю. Насколько уже привыкла к его смене настроения.

— Какие у нас планы дальше?

Игнорирую его грубый ответ и продолжаю задавать вопросы.

— Дальше ты дожёвываешь и быстро собираешься. Нам ехать нужно?

— Куда?

Я тут же воодушевляюсь.

— Ты знаешь, что бывает с теми, кто дохуя знает, малая?

Тут же снова рычит. Меня взглядом прожигает. А я, растянув губы в широкой улыбке, отрицательно головой веду. Пускай посвятит.

Дикий стискивает сильнее зубы, глаза вспыхивают. А я ничего не могу с собой поделать. Мне нравится его драконить. Это лучше любого пожелания с добрым утром.

Глава 32

Это странно, что я наслаждаюсь происходящим? Как Камиль ворчит, бросая убийственный взгляд. Как тяжёлым дыханием угрожает.

Странно, я знаю.

Но мне нравится.

Настроение необъяснимо хорошее. Виной всему круассаны, правда-правда. А вовсе не то, как меня от кошмаров отвлекали.

Я медленно собираюсь, растягивая момент. Здесь, в больнице, всё по-другому. Дикий совсем не дикий, ясно? И тут мы словно ближе стали.

А там, на улице… Всё снова по новой. С проблемами, ворчаньем, вспышками гнева. И угрозы, и опасность…

Поэтому я стараюсь оттянуть момент. Вкусить этот приторный вкус… Счастья? Радости? Спокойствия, точно. Умиротворения, которое колыхается в груди.

— Шевели, малая.

Я морщусь, натягивая кофту. Лёгким дискомфортом отдаёт по рёбрам. Где-то стукнулась, когда падала. Вчера я не замечала, но сегодня обезболивающее теряет свою силу.

Камиль зубами клацает, настолько сильно челюсть сжимает. Взглядом кофту прожигает, тепло аж до ушибленных рёбер доходит.

И мужчина молчит. Больше не поторапливает.

Это же что-то значит, да? Не просто так сдерживается, когда замечает мою боль.

«Кому-то нравится быть наивной».

Нараспев произносит внутренний

голос, а я лишь шире улыбаюсь. Нравится. И то, как ведёт себя Камиль, мне тоже нравится. Без объяснимой причины.

Просто рядом с ним я чувствую себя в безопасности и спокойно. Будто сейчас, когда он выходит первым и придерживает мне дверь… В этот момент мир, со всеми его опасностями, замирает. Больше не имеет значения.

— Ты звонил Хасану?

Уточняю я, едва усевшись в машину. И замираю, с ремнём безопасности в руках. Потому что Камиль мне такой взгляд посылает…

Будь я не такой привыкшей, я бы через люк в крыше выпрыгнула. Взгляд полыхает, злой. Губы поджаты, а аура… Такая же тёмная, как когда я совсем-совсем плохое решение принимала.

Но с чего бы ему…

Я воздухом давлюсь. Широко распахиваю глаза, не могу поверить. Он же… Он что… Ревнует из-за вопроса про его брата?

— На кой хер мне брату звонить?

— Потому что он твой брат? — я прикусываю губу, чтобы не улыбаться. — И мне кажется, что мы поладили. Ты так не считаешь? Определённо нашли взаимопонимание.

— Это когда ты его собачьей жрачкой накормила?

— Он же не знает об этом?! Ну вот, всё хорошо. Мы с ним можем стать очень близкими… Друзьями.

— Завязывай, малая.

Рявкает, выжимает максимум из машины. Та срывается с места, визжат шины. А мне смеяться хочется. Он точно меня ревнует!

«Вот счастье привалило, а».

— А он не дома? — я ещё масла подливаю. А после решаю, что хватить. Доводить Камиля до бешенства нужно правильно, чтобы стрелять не начал. — А с кем тогда Найт?

— Найт? — Камиль кривится, но сжимает руль не так сильно. — Волчара твой?

— Щеночек. Он же не остался в одиночестве? Ты не бросил его? Камиль! Он голодный, наверное, скулит от страха и…

— В порядке твоя псина. Ты бы лучше о себе переживала.

— Но я его увижу? Ну, Камиль!

Я канючу, пытаясь добиться ответа. Но мужчина возвращает всё внимание на дорогу.

Естественно. Как не нужно ревновать к Хасану, так он сразу интерес теряет. Не отвечает ни на один мой вопрос. Рулит по городу, не отходя от плана ни на шаг.

Я поджимаю губы. Противный какой. Но меня успокаивает, что на живодёра Камиль не похож. Он не бросит щеночка в беде, я уверена.

От нечего делать, я начинаю разглядывать пейзаж за окном. Мы проезжаем по знакомым улицам. И я легко могу понять, что мужчина направляется из города.

Но не в ту сторону, где был его старый дом. И не к Хасану, точно. Дорогу туда я запомнила хорошо. В новое место везёт?

Я резко оборачиваюсь, кажется, что на улице увидела знакомое лицо. Но прохожая оказывается не Златой, просто такая же блондинка.