Девочка бандита

Дрим Мила

Минут пять троллейбус медленно катился по улице.

Аптека, школа, больница, почта. А теперь – моя остановка.

Я буквально выпорхнула из троллейбуса и, широко улыбнувшись, посмотрела на свое первое место работы.

Там, вдали, красовалась вывеска.

«Центральный рынок».

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

На рынке пахло по-особому.

Я всегда замечала это, но сегодня это ощущалось более ярко.

Коктейль из разных ароматов –

сигаретный дым со сладкими нотками, спелых бананов и жареных беляшей – запах будоражил и пробуждал аппетит.

Быстро обходя лужицы, я прошла мимо ларьков с горячим хлебом и завернула налево.

– А вот и моя помощница! – румяное лицо тети просияло от улыбки, как только я подошла к той самой палатке.

Рядом, в ящиках, красовались помидоры.

Блестящие, крупные, все на подбор, мясистые, они выглядели так аппетитно, что даже мне захотелось впиться в их мякоть зубами, да так, чтобы брызнул сок!

Разумеется, делать этого я не стала.

Вот заработаю на один помидор, тогда, может, и куплю…

– Здрасть, теть Вер, – улыбнулась я в ответ.

Голос у меня дрожал от волнения, дрожали и руки, и я спешно сжала ладони, чтобы успокоиться.

Тетя Вера, двоюродная сестра моей покойной мамы, имела свою точку на рынке. Начинала бизнес вместе с мужем, еще в 93. Затем дядя Миша, её супруг, загулял с молодухой, пока тетя Вера отлеживалась в больнице после аппендицита.

Тетя Вера предательства не простила. Мужа выгнала. Бизнес забрала себе, и дочку Алену, мою ровесницу и по совместительству, подругу, тоже не отдала. Да, в принципе, и не нужна была она особо ему.

Очарованный молодой любовницей, дядя Миша забыл о своем отцовском долге. А когда очнулся – тетя Вера уже переехала в наш город.

Здесь и продолжила свой бизнес. Весьма успешно. В городе у неё было целых три точки, и на одну из них она должна была сейчас поехать.

А я, соответственно, заменить тетю Веру.

– Ну, что ты стоишь, как не родная, – тетя Вера вышла из-за прилавка и обняла меня за плечи.

Заглянула мне в глаза и с улыбкой спросила:

– Готова, Елизавета?

– А как же, – я постаралась придать голосу уверенности.

– Хорошо! – тетя Вера кивнула в сторону. – Вот весы. Вот калькулятор. Один килограмм – семнадцать рублей. Ну, здесь всё записано.

– Поняла, – я обхватила пальцами калькулятор.

Большой такой, он солидно смотрелся в моих руках, и я почувствовала себя невероятно взрослой.

– Ну, всё, тогда я пошла. Буду, как договорились, в обед. Если что…

Тетя направила взор в палатку, стоящую напротив.

– Оля! – позвала тетя Вера.

– Ау, – из-за весов показалась кудрявая голова.

– За племянницей моей приглядывай, – попросила тетя.

Оля вся вытянулась (а может, забралась на что-то) и окинула меня оценивающим

взглядом. В глаза бросались перламутровые тени, которым были полностью закрашены веки женщины. Перламутровым блеском светились и её губы.

Интересно, сколько слоев помады Оля нанесла, чтобы добиться такого эффекта?

– Пригляжу, – пообещала женщина.

– Ну, всё, я побежала, – тетя Вера чмокнула меня в щеку и быстрым шагом направилась к выходу.

А я, глядя ей вслед, мысленно молилась, прося Господа, чтобы мой первый рабочий день прошел благополучно.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Шел третий час моей работы, а я так ничего и не продала.

Народу было мало, что, наверное, неудивительно. Сегодня был будний день, другое дело – выходные.

Но я ощущала радость и облегчение, что мой первый рабочий день выпал на понедельник. Так было проще адаптироваться.

Мимо проходили редкие посетители рынка.

Бабушки и дедушки.

Молодые и будущие мамочки… Последние вызывали у меня особое умиление. Они казались мне какими-то особенными. Источающими сияние. Что неудивительно, ведь они несли в себе самое настоящее чудо.

– Почем помидоры? – напротив остановилась бабушка Божий одуванчик.

Мой первый покупатель.

Её седые, пышные волосы подрагивали от дуновения ветерка. На морщинистом лице старушки застыл интерес.

Я улыбнулась. Вид бабушки вызывал у меня умиление.

– Семнадцать рублей, – приветливо ответила я.

– Что-то дорого, – бабуля, достав из сетки кошелек, прижала его к груди и посмотрела на помидоры. Вздохнула и обернулась на палатку Оли.

Там помидор не было. Зато имелись перцы – всех цветов светофора. Красный, желтый и зеленый. А еще, в отдельном ящике, красовались баклажаны – огромные, напомнившее мне своим видом субмарины.

– Ну, ладно, – согласилась бабуля, – взвесь мне килограммчик.

– Сейчас! – выдохнула я, едва не подпрыгнув от радости.

Взволнованная своим первым покупателем, я выбрала самые красивые, на мой взгляд, помидоры, и положила на весы. Ой, кажется, набрала лишнего. С неким сожалением я вернула парочку помидор в ящик.

– Готово!

Бабушка протянула мне ладонь с деньгами. Три по пять рублей, и еще мелочь…

Почему-то при виде такой картины мне стало не по себе.

Старая женщина. Протянутая рука…

Сердце сжалось, и тихая грусть коснулась моей груди.

Пальцы мои осторожно коснулись шершавой, сухой ладони старушки. Чувствуя себя так, словно отнимаю у неё последние деньги, я кое-как набрала 17 рублей и сложила их рядом с весами. Там у теть Веры имелась коробка «для мелочовки».

– Кушайте на здоровье, – помогая складывать помидоры в сетку, произнесла я.