Девочка для Черного
Шрифт:
— Помогите! — кричу. — Помогите!
Знаю, охранники не придут на помощь. Никакой надежды нет. Но молчать тоже нельзя. Не могу принять это. Не могу подчиниться.
— Прошу! Помогите…
Черный застывает. Смотрит на меня. Прямо в глаза. Так смотрит, что я осекаюсь и замолкаю. Цепенею под его мрачным взглядом, но взгляд не отвожу, тоже на него смотрю.
А потом он врезает кулаком по спинке дивана. Слышится треск дерева.
Я вздрагиваю и сжимаюсь. С ужасом смотрю
— Да что ты опять на меня так вытаращилась? — рычит он.
— Я не могу, — роняю сдавленно. — Я…
— Что тебе не так? — отрывисто спрашивает Черный, запускает пальцы в мои волосы, вглядывается в мои глаза. — Чего ты опять ломаешься? Больно тебе не сделаю. Не обижу. Ты же видишь как я с тобой?
Как?! Он что… правда уверен, что поступает нормально? Терпение проявляет. Дал время. Или как он там сказал?
— Тебе понравится, — хрипло прибавляет мерзавец.
Тут меня прорывает.
— Я же вам говорю, — бормочу. — Говорю, говорю. Почему вы не верите? Почему не слушаете? Я же вам объяснила. Я просто студентка. Приехала на практику. Я…
Ему явно плевать на мои слова. На мое состояние.
Он уже все решил. Захотел — взял. И ничего не важно. Умом понимаю это, но все равно продолжаю объяснять заново. Сбивчиво выдаю детали заново.
— Я тебе денег дам, — обрывает Черный. — Много денег. Очень много. Договорились? Любую сумму называй.
У меня глаза расширяются от шока.
— Вот, — ухмыляется. — Прикинь, сколько сможешь получить. Сколько скажешь, столько и получишь. Ты таких денег в жизни не видела.
Он принимает мою реакцию за согласие. Может думает, я уже подсчитываю прибыль. Потому как опять обрушивается на меня. Его крупные ладони смело проходятся по моему телу.
— Нет, — шепчу, ведь голос предательски срывается от волнения. — Не надо мне никаких денег.
Черный будто не слышит.
— Пусти-те, — запинаюсь и закашливаюсь. — Пустите меня!
Я пробую выползти из-под него. Вырываюсь настолько отчаянно, что это почти удается, и я соскальзываю с дивана. Съезжаю вниз.
Он хватает меня за пояс джинсов. Грубым рывком возвращает обратно. Буквально швыряет под себя.
Замолкаю. Крик застревает в груди.
Черный буравит меня взглядом.
Злой. Злющий. В его глаза смотреть страшно. Такой прибьет и не заметит. Просто сорвется и даст волю ярости.
Отворачиваюсь от него. Зажмуриваюсь.
Слезы душат. Больше не выходит сдерживаться.
Пусть делает, что угодно. Пусть…
Истерика накрывает. Тихо рыдаю. Судорожно всхлипываю и вжимаюсь в диван. Дрожь колотит мое
— Да заткнись ты, — вдруг бросает Черный.
Крупная ладонь зажимает мой подбородок, поворачивает. Этот урод заставляет смотреть ему в глаза.
— Не для этого звал, — кривится. — Слезы, сопли. Развела мокроту. Иди умойся. Ну что застыла?
Он поднимается. Сдергивает меня с дивана. Жестом показывает, где можно привести себя в порядок.
— И прикройся уже, — прибавляет раздраженно.
Меня не надо просить дважды.
Проскальзываю за дверь, которую указал этот гад. Оказывается, там ванная комната. Душ. Раковина. Туалет.
Я открываю кран. Умываюсь ледяной водой. Это помогает немного успокоиться. Раз за разом набираю воду в сомкнутые ладони, плещу в лицо. Пальцы дрожат, но ком в горле становится меньше.
Перед раковиной висит зеркало. Закрываю воду и смотрю на свое отражение. Косметикой почти не пользуюсь, сюда взяла только тушь для ресниц и пудру.
Сейчас на моем лице никакого макияжа. Ничего не размазалось. Но выгляжу я ужасно. Взгляд затравленный. Лицо белее снега.
Нервно поправляю спутанные волосы. Стягиваю разорванный свитер на груди. К счастью, он свободного кроя, выходит не так и плохо. Все прикрыто. А еще по бокам пуговицы. Просто дизайн такой. Решаю использовать их как застежки, чтобы кофта случайно не разошлась в разные стороны, продеваю пуговицы в шерстяные петли.
Ну все. Вроде нормально. Будто так и задумано.
Невесело усмехаюсь. Вообще, я часто “колдую” над одеждой, переделываю или перешиваю вещи. Мне редко удается купить модель по фигуре. Часто приходится подгонять. Талия тонкая, а бедра сильно выделяются, хотя ноги худые. Сложно выбрать подходящие джинсы, проще перешить.
Для этого места я специально выбирала одежду такого кроя, чтобы никак не выделяться. Свободная, закрытая, без изысков. Не помогло.
Перед глазами до сих пор стоит взгляд Черного. Этого животного.
Я таких больных уродов никогда не встречала. Ну конечно. Раньше я не общалась с уголовниками.
За что его сюда посадили? Лучше не знать.
А как он бросил это “Прикройся!” Подонок. Такое чувство, будто я сама перед ним раздевалась.
Дверь распахивается. Невольно вздрагиваю. Оборачиваюсь, впиваюсь пальцами в раковину.
— Чего тянешь? — резко спрашивает Черный.
Он не торопился “прикрыться”. Так и не надел футболку. Мускулы напряжены. Весь на взводе.
Я отступаю назад.
— Решила тут переночевать? — криво ухмыляется. — Вали давай. Ну что застыла? Проваливай.