Девочка для Генерала. Книга первая

Кистяева Марина

Катя зажала рот рукой и разрыдалась.

* * *

— Руслан Анатольевич, я могу ошибаться, но в прошлую нашу встречу вы выглядели немного иначе… — лживая напрочь продажная журналистка с федерального канала, которую не трахал только ленивый, улыбнулась, не скрывая кокетства. Привыкла, сучка. — В плечах вроде как уже были… У вас очень фактурная фигура.

— Вы пришлю сюда обсуждать мою фигуру? Вес? Рост?

Руслан поднялся.

— Интервью окончено.

— Но мы даже не начали…

Жгучая брюнетка

растерянно моргнула наращёнными ресницами, отчего её ещё сильнее захотелось умыть. Смыть всю «штукатурку». До чего же мерзко. Девки сами уже не знают, когда остановятся. Сначала были силиконовые титьки с губищами, теперь пошло всё остальное. Противно иногда даже прикасаться. Того и гляди, что-нибудь отвалится. Зажать по-нормальному ни одну нельзя.

Можно.

Одну точно.

Коваль, и без того злой, как собака, разозлился ещё сильнее.

— Всё. Пошла вон отсюда, — он говорил, не повышая голоса, но журналисточка побледнела.

— Да как вы смеете… Вы забываетесь… Да я…

— Вам лучше уйти. И запись положите вот сюда.

Володя мгновенно просёк ситуацию. Похлопал по столу, рядом с собой. Оператор выглянул из-за штатива и посмотрел на коллегу. Та стояла, хватая воздух ртом.

— Я на вас…

— Не стоит усугублять ситуацию, — Шарапов посмотрел на бейджик журналистки, — Ксения. Интервью отменяется. Флешку мне на стол.

Она, возможно, ещё что-то сказала, но оператор решил за неё. Ссориться ни с кем он не желал, тем более с ментами. Потом ездить по городу, оглядываться, ожидая подставы. Дура Ксюха не знала, что Шарапов и Коваль кореша, а он-то пробил инфу. Ссориться с такими себе дороже.

Как только за представителями прессы закрылась дверь, Руслан встал и подошёл к окну.

— Пусть Иматов жрет протеин пачками! Я за что ему бабло плачу?

— Не кипешуй, Рус. Найти тебе двойника — не простая задача. С твоими-то физическими данными. Иматов и так пятнадцать кило набрал, пока сидит тут. Твой человек занимается с ним усиленно, скоро различия будут минимальны.

— Хорошо.

— Сегодня домой. Но после полуночи.

Коваль не стал уточнять, почему именно после полуночи. Значит, иначе Шарап не может.

— Как домашние?

Он обернулся, прошёл к шкафу начальника полиции, достал коньяк и один стакан.

Плеснул немного спиртного и выпил. Володе не предлагал, тому ещё работать.

— Лида ушла.

Руслан быстро обернулся, нахмурившись.

— В смысле? Совсем?

— Совсем.

— А ты?

— Отпустил.

— На хрена? Ты же любишь её? Сколько лет вы вместе? Десять?

— Рус, не кипятись. Беременна она, — Шарап скривил губы, а в глазах мелькнула тщательно контролируемая и оттого скрываемая боль. — От другого.

— Ты так спокойно об этом говоришь, точно…

Коваль специально не договорил.

— Я её отпустил. Мне её силой удерживать? Под замок посадить? Или её любовничка выпотрошить? Лида в ногах валялась. просила его не трогать…Ты же знаешь,

не получалось у нас с ней с детками, даже ЭКО и то не пошло… А тут переспала с этим утырком, клянется, что единожды, и залетела.

— Что за хмырь?

Шарап отмахнулся. Потом резко ударил раскрытыми ладонями по столу и сказал:

— Плесни мне тоже. Парень вроде бы не плохой, её одноклассник, сейчас бизнесом занимается. В общем… Отпустил я её.

— А с этим… одноклассником поговорил?

— Поговорил. Парень выбирает обручальное кольцо.

Руслан поставил стакан перед другом и, немного приглушив тон, сказал:

— Я бы ни хрена не отпустил.

Шарап задрал голову и посмотрел на старого товарища.

— Я знаю.

Мужчины с полминуты говорили взглядами. То, о чем нельзя сказать вслух, потому что не положено по рангу. Потому, что их связывало в прошлом. Да и то. что объединяет в настоящем.

— Что Тарасова? За что её взяли?

— Причинение смерти по неосторожности. Сбила мужика.

— С места преступления не скрылась, вину признала.

— Совершенно верно.

— Адвокат?..

— Петитов.

— Никого получше не нашли?

Шарапов пожал плечами.

— Кто был.

Петитова Коваль знал. Обычный неудачник Нелюбимая работа, несбывшиеся мечты, располневшая жена. Есть где-то любовница на периферии, к которой наведывается раз в две недели и то, предварительно приняв «Виагру». Руслан за свою жизнь тысячи таких Петитовых повидал. Плывут по течению, ничем не интересуются, ни к чему не стремятся. Сетуют на маленькую зарплату, а оторвать задницу от дивана и предпринять шаги, улучшающий семейный бюджет, не позволяет лень и надуманные принципы. Он будет с пеной во рту обвинять соседа, что добился успеха в подхалимстве, жополизанье и прочих грехах, завидовать, что тот отдыхает хотя бы раз в год на море, но сам Петитов не такой, что вы, что вы.

Жена хочет новые сапоги? Нет-нет, это её прихоть, у неё же есть уже одни, а баловать женщин нельзя, сядут на плечи. И так по жизни.

Петитов выполняет работу нехотя, не вдумываясь. Руслан особо не интересовался его делами, ни к чему лишняя информация. Но с ним Кате ничего хорошего не светит, даже максималка по статье, потому что господин адвокат построит защиту таким образом, что прокурор плеваться будет и жалеть подсудимую.

— Дай мне её дело почитать.

Владимир открыл стол и достал папку. Подготовился, значит.

— Она у тебя на особом контроле? — усмехнулся Руслан, принимая папку.

— Нет. Для тебя приготовил. Вдруг заинтересуешься.

— А если нет?

Шарапов устало провел рукой по переносице.

— Потапову назад верну. Слушай, Рус, у меня тут такой бардак… Задрало всё. Не спал уже несколько суток.

— Поставь мне в камеру кондей. Дышать нечем. Что за бардак? Помочь могу?

Шарап покачал головой.

— Нет. Сам разберусь. Но за предложение спасибо.

Руслан кивнул.