Девочка и эльфы
Шрифт:
— Уходим, ребята! — наконец приказал невозмутимый командир. — Здесь нет ничего, что принадлежало бы разбойникам. А свое добро пейзане и сами разберут. И, надеюсь, спалят этот лагерь. Дрянное место. Дурной кровью отравлено.
Отряд устало тащился, и снова в гору, Маин дремала и клонилась на плечах командира, а он мерно шагал и размышлял о том, что благородство — это, конечно, хорошо, но чем бойцов кормить?
А о более серьезных вещах ему и думать было страшно. Ну вот он и не думал.
А позади отряда, далеко отстав от воинов, еле плелась эльфийка. В нечастых схватках, выпадавших на долю разведывательного отряда, ее магия обычно
5
Эльфы ввалились в пещеру грязные, как люди. Молодой воин опустился перед очагом на колени и непослушными руками стал добывать огонь. Командир долго и непонимающе наблюдал это безобразие. Потом до него наконец дошло, что он сам же запретил использование магии. И что характерно — все подчинились! Даже провидица, на первый взгляд дохнуть не способная без магической поддержки, доплелась до пещеры на своих двоих и теперь обвисла в кресле, как грязная тряпка. Ну, что грязная, это было ожидаемо: попробовал бы кто побродить по лесу в длинных одеяниях да не нацеплять ничего! Обычно Высшие эльфы магию использовали постоянно и потому плыли над травами в непорочной чистоте. Ага, а за ними стлался невидимый шлейф отторгнутой и облагороженной магией пыли да грязи. И впоследствии на том месте, где прошел эльф, долго все росло на удивление пышно. Еще бы, с таким-то удобрением! Вот это и называется — эльфийская благодать!
— Расслабьтесь, ребята! — нехотя разрешил командир. — Магию используйте — но чуток! Она не бесконечна, а к Предвечным Престолам не скоро явимся!
И отряд преобразился. Нет, воины все так же бессильно валялись на чудной пещерной траве, но уже чистые, с дивными золотистыми кудрями и звездным светом в глазах. Одна Маин жизнерадостно скакала по пещере. Еще бы, сначала проехала весь путь на командирской шее, потом поспала на командирских руках — понятно, что сил у девочки теперь немерено…
Молодые воины, взбодрившись дозой магии, засуетились у очага. Значит, скоро будет пир в честь первой победы! Не зря же тащили, надрываясь, заднюю часть чудовища, срубленную лихим командирским ударом.
Провидица ожила со слабым вздохом. Ого, и щечки зарозовели! То-то же! Командир мстительно прищурился, соображая, как бы было здорово всунуть в изнеженные ручки эльфийский меч, а на хрупкую спину повесить котомку молодого воина.
Подошел старший следопыт, присел рядом.
— Что ж, ты снова удивил меня, командир! — помолчав, признался старший следопыт. — Я же отказ от магии глупостью посчитал. Но вот исследовал павших чудищ, и открылось мне, что они — следствие наших магических ударов! Кто-то из первого отряда бездумно расчистил себе проход, магия ворвалась в этот мир — и видоизменила его. И безобидное стадо кабанов, помешавшее эльфам нюхать лесные цветочки, преобразилось силой магии и собственной злобы в невиданных чудовищ, наполненных ненавистью к эльфам. Ведь мы же лишили их мирной лесной жизни и обрекли на убийства, как нас любить? А еще говорим — черное лиходейство, козни Врага… Отбились бы в этот раз магией — и лишь породили бы новых чудовищ! Трижды я ошибался в тебе, командир, и на этом мое неверие окончено!
Следопыт порывисто встал, поклонился и исчез в сумерках пещеры.
— Разве воины не подчинены командиру изначально? — вдруг спросила эльфийка.
— Подчинены, — усмехнулся командир. — Но по-разному подчинены. Кто-то меня боится. Таких большинство. Кто-то считает себя слишком умным и по-тихому саботирует. Такие скоро убоятся, не будь я командир! Кто-то раболепствует — вот как молодые воины. А старший следопыт — он всегда рядом. И наравне. Слишком великая личность для подчинения.
— И… как же зовут эту великую, как ты говоришь, личность?
— Следопыт! — пожал плечами командир. — А вообще-то у него много имен было. Пан. Див. Еще как-то…
Эльфийка изменилась в лице. В смысле, высокомерие как ветром сдуло. Еще бы! Она, конечно, из Высших — но это с точки зрения простых лесных эльфов. А для Дива в пору его могущества Высшие эльфы были не более чем восторженными почитателями.
— А сила Дива действительно сгинула вместе с миром, его породившим? — настороженно пробормотала она. — Хорошо, что так удачно…
— Сияй, вечерняя звезда! — заперекликались звонкие голоса эльфов. — Взметнись, костер, до неба!
Командир поморщился. Могли бы просто объявить, что пир начался! И не то чтобы песни были плохими. Просто — надоели одни и те же за столько лет! Самому, что ли, вспомнить юность да сочинить что-либо новенькое? Ну да, героическую песнь о том, как удирали эльфы от чудищ с дикими воплями. Были великие эпохи свершений — да прошли. Последнюю тысячу лет одна рутина, песню приличную не о чем сложить…
Он поднялся и церемонно предложил руку эльфийке. И рука зависла в воздухе. Провидица отсутствующе уставилась в пространство, а он ждал, ждал… и когда ее холодные пальчики все же легли в его ладонь, с трудом поборол желание сдавить их в стальном захвате мечника. И мысленно поклялся себе, что отныне и навсегда Высшая дама будет слазить с кресла без его помощи! И не забыть бы отряду запретить!
Мясо чудовища оказалось изумительным, даже провидица склевала подношение после недоверчивого обнюхивания. А Маин так вообще умазалась по уши и сидела счастливая среди воинов. Замарашка. Ее зверовидный пес, к примеру, вел себя гораздо воспитанней, деликатно подбирал кусочки и бесшумно проглатывал. Явно не хотел никого пугать.
— Эй, Вьехо, а куда вы теперь пойдете? — раздался любопытный голосок малышки.
Командир очнулся от дум, поднял голову — и уткнулся в полсотни очень заинтересованных взглядов. Его верные соратники тоже горели желанием узнать, куда они пойдут! Куда — и зачем… И если бойцов можно было заткнуть начальственным рыком, то что сделаешь с любопытным ребенком? Можно, конечно, отмолчаться — и даже нужно. Но… было же решение не идти привычными путями?
— Мы должны найти свободное место для нашего народа, — спокойно ответил он.
Девочка застыла в растерянности с открытым ртом, командир даже забеспокоился, не случилось ли с ней что, не подавилась ли. Следующие ее слова показали, что лучше б она подавилась.
— А свободные места бывают?!
— А здесь, например?
— Здесь я живу! — категорично заявила девочка. — А через гору если, за реку — там деревня. И в другую сторону тоже! Люди живут везде! А внизу их даже больше, чем здесь! Вот выше не живут, но… там мои козы пасутся, а потом снег начинается!