Девочка-лед
Шрифт:
В утренние часы тут почти безлюдно. Разве что пара-тройка пенсионеров, да несколько мамочек с колясками, наслаждающихся умиротворением, которое дарит это место.
В воздухе витает аромат опавших листьев, свежести и шишек. Птички, еще не улетевшие на юг, щебечут, словно переговариваясь. Лес тихонько шумит. Все-таки какая удивительная игра красок! Деревья одеты в яркие оттенки: от золотистого до насыщенно — бордового. Легкий ветерок колышет трепещущие листочки, а солнышко настойчиво пробирается сквозь пушистые, белые облака, бегущие по синему небу.
Я очень люблю
Прислонившись спиной к дереву, наблюдаю за тем, как Ульяна зайчиком скачет по траве, собирая гербарий. Она напевает какую-то песенку себе под нос, а я любуюсь тем, как искренне она улыбается и радуется нашему совместному времяпровождению.
Как же я хочу подарить ей счастливую жизнь! Я желаю этого больше всего на свете! Наверное, именно поэтому я до сих пор не сдалась.
Устало откидываю голову назад. Смотрю на раскидистые ветви старого дуба, сквозь которые солнышко тянет ко мне свои лучи. Они нежно ласкают бледную кожу, позволяя чувствовать это… Чувствовать, что я все еще могу испытывать тепло, ценить момент и ждать счастья, там, где оно не предвидится.
Да, я все еще глупо надеюсь, что у меня получится. Выиграю соревнования, сдам экзамены и закончу Гимназию. Несмотря ни на что, обещаю. Завтра же пойду на занятия. Избегать своих обидчиков я не стану. Конечно, нет смысла обращаться в полицию. Их родители в состоянии уладить любую ситуацию, а вот у меня проблем только прибавится. Наша семья итак стоит на учете везде, где только можно, допустить лишения прав я никак не могу. Рисковать тем, что от меня заберут Ульяну — я не стану ни за что.
Взгляд опускается на разбитый циферблат часов. Как же мне жаль! Единственная вещь, доставшаяся мне от отца. Отца, которого я ни разу в жизни не видела. Отца, которому нет до меня дела, даже если он жив.
Мысли то и дело крутятся вокруг последних двадцати четырех часов. Вчерашняя ночь была наполнена поистине первобытным ужасом. Честно говоря, даже не знаю, что из всего этого ощущалось страшней: похищение и мешок на голове; холодный, темный подвал; дуло пистолета; осознание того, что меня привезли в качестве игрушки для именинника или сама встреча с ним после садистской «игры», в которой я все же пусть и была унижена, но проигравшей точно не стала.
Беркутов… За это его изумленное выражение лица мне, как минимум, положен Оскар. Правда Его Величество Именинник быстро пришел в себя и, как мне показалось, не особенно испугался направленного в его сторону пистолета. Скорее, был удивлен тем, что я оказалась способна на такой отчаянный шаг. (Сама от себя не ожидала, если уж признаться откровенно). Но тогда я еще не знала, как отреагирует школьный мучитель на мое появление в его птичьем особняке, так что полагаю, у меня есть серьезное оправдание тому, почему я целилась в человека.
Я, кстати, ждала от него чего угодно, но точно не того, что он набросится на своих друзей как зверь. Похоже, ему и впрямь не понравилось, что за его
Как бы то ни было я благодарна Всевышнему за то, что этого ненормального перемкнуло именно так. И за то, что, не взирая на наши острые взаимоотношения, Беркутов вернул меня домой. Но этот его ревущий мотоцикл! Святые небеса! Я так боялась свалиться с него, что вцепилась в парня намертво. И лучше уж сгорать от стыда, обнимая ненавистного одноклассника, чем попасть под колеса какой-нибудь фуры, которые всегда меня пугали.
Было еще кое-что. То, что не давало мне покоя. Речь о мальчике, которого я волей случая увидела в комнате. Кажется, Роман обращался к нему по имени Савелий. При воспоминании о нем мне становится не по себе. Не то, чтобы я никогда не видела больных детей, прикованных к инвалидной коляске, просто, наверное, конкретно в тот момент я растерялась. Уж очень особенным выглядел этот ребенок. И то, как Беркутов сидел перед ним, с какой интонацией говорил, поглаживая ладонью растрепанные волосы. Было в этом жесте что-то такое… То, что невозможно объяснить.
Достаю свой старенький телефон. В поисковике забиваю «Беркутов Сергей, олигарх, Москва». Почти сразу же натыкаюсь на фотографию того, кто мне нужен. С картинки на меня смотрит весьма приятный глазу мужчина средних лет. Вот только я не могу сказать, что Роман — его копия. Безусловно, что-то общее между ними есть, но ярых отличий там все же больше. Думаю я об этом не случайно, а потому что четко услышала от домработницы отчество парня. Обращаясь к нему, она совершенно точно произнесла не «Сергеевич», а «Александрович». Меня в принципе покорежил данный официоз, так что — не заострить на этом внимания попросту не вышло.
Читаю информацию, которая находится в открытом доступе. В основном все так или иначе связано с деятельностью бизнесмена. Нефтяной магнат, занимающийся строительством. Капитал, фонды и прочее. Пытаюсь найти личную информацию, но натыкаюсь только на сухие факты. Женат на Марине Крестовской. Есть сын Роман.
Ничего не понимаю, если честно. Может, домработница просто ошиблась? Мало ли, всякое бывает. Но почему тогда он не сделал ей замечание? Это же заносчивый индюк Беркутов, он бы такого в свою сторону однозначно не стерпел.
Тут же пишу и про Савелия Беркутова, но вот про него никаких данных нет совершенно. Один ребенок у Сергея. И тот с чужим отчеством. Леший разберет тайны этих представителей голубых кровей!
— Это тебе, Ляль! — Ульяна протягивает мне пестрый гербарий.
Я нежно целую сестру в щечку и предлагаю отправиться к водоему для того, чтобы исполнить нашу миссию — покормить толстых, горластых уток. Ульяна щедро угощает пернатых хлебом и звонко визжит, когда ее со всех сторон обступают наглые голуби, жаждущие подкрепиться. Я стою чуть поодаль и кутаюсь в куртку, ощущая себя с каждой минутой все хуже. Нельзя раскисать и болеть, Алена, нельзя! Повторяю про себя как мантру.