Девочка Лиза ...Элизабет
Шрифт:
– Ну, сегодня не приедет?
– Скорей всего да,… во всяком случае, чаю, вы успеете спокойно попить,… я вам обещаю.
– И коньяк?
– И коньяк! Правда, что сидим. Давайте за встречу, за вас!
– И за вас.
– Хорошо и немножко за меня… согласна.
Незаметно за разговорами опустела бутылка. Образовалась небольшая пауза.
– Это не все, у меня вспомнила, еще совсем чуть-чуть Мартини есть!
– Сказала
– Вот посмотрите,… тут еще наверно больше двух стаканов наберется,- сказала девушка, поправляя смущенно юбку и подавая ему литровую бутылку со следами пыли.
– Давно лежит?
– С год наверно, - пожала она плечами.
– А чай?
– А потом и чай. Давайте я его сейчас подогрею, если остыл.
Опять грели чай, пили мартини, говорили и улыбались и, тем не менее, что-то неопределенное подспудно витало над всем этим, и Лиза и Алексей чувствовали это, и обоим от этих мыслей было необычайно хорошо и волнующе приятно. И это чувствовалось во взглядах, и обрывках фраз, интонации, в тембре голосов и даже пауз, которые иногда повисали над столом. Все было загадочным и многообещающим. В одну из таких пауз Лиза вдруг решительно встала и, встряхнув волосами, подошла к зеркалу. Мельком глянув на свое изображение, девушка тут же вернулась, но не к столу, а зашла сзади Алексея и положила руки ему плечи. Алексей замер от смены ее настроения и решительности, с которой она сделала это.
– Я же большая девочка,- сказала она вдруг, и, приподнялась при этом на носочках у него за спиной.
– Что вы молчите…- продолжила она.
Алексей почувствовал как руки девушки, чуть сильней надавили на его плечи, как будто она хотела еще выше привстать.
– Молчу! – ответил он односложно, но хрипло, и аккуратно взял ее ладошки в свои. Он перебирал ее пальцы, как бы слегка лаская. Потом приложил ее руки к своим щекам, и она почувствовала, что его щеки горят. Это понравилось ей, но она ничего не сказала, а, только молча, вновь улыбнулась.
– Я уже большая девочка, но …- сказала Лиза очень тихо, склоняясь к его уху и почти касаясь его губами, - но…. у меня ….ну как это сказать…?
– Мне продолжить?- сказал он, слегка целуя ее пальцы.
– Конечно…
– Лиза хочет сказать, что девочке лучше не позволять себе слишком много в первый вечер знакомства…у себя дома.
– Пра-а-а-а-авильно…вы не оши-иблись и в этот раз, - сказала она одобрительно, с лаской в голосе и растягивая слова.
Она поцеловала его нежно в ушко, а потом, завернув свои губы за зубы, слегка прикусила его мочку мягко не больно и шепнула:
– Не будем нарушать … я никуда не сбегу, … мы еще обязательно встретимся,… обещаю… у нас есть время.
– Это сигнал на выход?
– Даже не знаю!
– А так не хочется уходить!
– Вы думаете, мы можем пренебречь
– Как решит эта девочка, так и будет…
– У нее нет решения на сегодняшний вечер…
– А в принципе есть…?
– Ну, может быть…может быть…- прошептала она, совсем невнятно …касаясь при этом его уха своими губами.
Алексей, не поднимаясь с кресла, слегка обернулся и, взяв руками ее лицо, притянул его к себе. Она не сопротивлялась. Он в глубоком поцелуе аккуратно склонил ее ниже, потом еще ниже и ей невольно пришлось встать на колени рядом с креслом, подчиняясь его воле. Он утонул ладонью в ее волосах и целовал… целовал, в губы… закрытые глаза, потом снова в губы раскрывая ее рот, а потом он спустился на шею, добрался до начала груди.
– Мы пойдем на нарушение!? – проговорил он, выбираясь из кресла и опускаясь на коленях перед ней.
– Заманчивое предложение,- прошептала она, не открывая глаз.
– Еще, какое заманчивое!- сказал он и торопливо начал расстегивать ее черную жилетку, потом непослушные пуговички ее белой рубашки. Они стояли на коленях друг перед другом и он немножко нервно раздевал ее, злился что не получалось, и при этом целовал ее почти не отрываясь. Наконец он завернул за ее спину все, что смог расстегнуть. Цепляя зубами, поочередно скинул обе лямки белоснежного бюстгальтера с плеч, и обнажил полностью и сразу большую грудь девушки, которая сразу слегка осела и тяжело прижалась к ее животу. Он подхватил ее руками и вернул ей прежнее положение. Нашел губами коричневатые крупные сосочки сперва на одной груди, потом на другой и, продолжая поддерживать ее грудь руками в приподнятом положении надолго приник к левой забирая ее глубоко в рот.
– А теперь эту сиротиночку! – сказал он, ласково переходя к другой.
И эта другая упруго набухая у сосочка, скрылась у него во рту.
Лиза с полуприкрытыми глазами, в легком забытьи и охватившей ее неге, гладила его голову, пушила волосы и слегка трогала губами его темечко.
– Я Вас теряю!- сказала она чуть слышно.
– Я здесь.
– Надо потушить свет или лучше сразу давайте в детскую, там есть диван…- сказала она неуверенно.
Алексей слегка отстранился, посмотрев на свою работу. Соски девушки из коричневато сухих и вдавлено-плоских, превратились во влажно-розовые и торчащие. Лиза, невольно проследила его взгляд и выражение глаз.
– Пойдемте!- сказала она, и показала глазами на соседнюю комнату.
Пока они шли, она расстегнула, наконец, на запястьях противные запонки и, сняла одежду с верхней части тела. Хотела расправить ее, но передумав, бросила комком на стул.
В детской было сумрачно и немного свежо от приоткрытого окна. Лиза привычным движением почти на автомате нажала кнопку на небольшой, похожей на чебурашку, магнитоле. Дорожная музыка Chris Rea тихо окутала комнату, мелодично проникая во все темные уголки, бархатисто отражаясь от ковра на полу и заклеенных календарями стен.
– Вы не против, если мой Бум-Бокс составит нам компанию?
– Хорошо хоть не Кинг-Конг,… - сказал он нетерпеливо,- а впрочем, и он бы нам наверно тоже не помешал!