Девочка Майора
Шрифт:
Они стояли неподвижно, словно прикипая друг к другу, а в каждой точке, где их тела соприкасались, рождался особый жар.
Полумрак, царящий в комнате, действовал как-то особенно.
Диане нравилось находиться в его сильных объятиях, знала, что он так же страстно желает её, как и она его. Пыл, с которым девушка прижалась к Артуру, удивлял.
Жизнь Громова вряд ли можно было назвать спокойной. Ему часто приходилось сталкиваться с трудностями и рисковать жизнью, работа была у него такой… неспокойной. Но чувство опасности его никогда не пугало и не останавливало,
Женщины у него уже не было давненько, а такой шикарной, так и вообще — никогда. Плотский голод лишь сильнее подстёгивал его вожделение.
К чему он должен сдерживать себя сейчас, когда женщина сама его хочет?
Наверное хоть раз в жизни можно отбросить свои принципы и просто провести приятно время с красивой женщиной, которая сама пала в его объятия.
К чёрту все последствия.
Он не заставит себя ломаться перед ней, словно пацан зелёный. Наверное глупо с его стороны тонуть в этих колдовских зелёных глазах незнакомки, но и отказаться от того, что она так легко предлагает он не мог, да и не хотел.
Разговаривать сейчас, держа её в своих объятиях, он просто не мог, мозг опустился куда-то ниже пояса, сосредоточившись в области паха и поднимать его оттуда он не хотел.
Мог… но не хотел.
Завтра он с ней обо всём поговорит, заставит всё рассказать, а сейчас…
Впервые в жизни поддавшись искушению и отключив голову, Громов вжал в себя хрупкое тело незнакомки и накрыл поцелуем рот девушки, жадно проникая своим языком в её рот.
От желания, мгновенно закипевшего в крови, он издал нетерпеливый стон. Страсть жгла, обжигая, пробуждая глубоко внутри волны внутренней боли от желания, которое требовало своего утоления.
Пальчик девушки проворно стали справляться с пуговицами на его рубашке. Артур оторвался от её губ, слегка утихомирив свой плотский голод, но лишь для того, чтобы раздеть незнакомку.
Диана улыбнулась, торопливо срывая с него рубашку, перебирая пальчиком тёмные волоски на его груди. Она прижалась щекой к его обнажённой груди, такой горячей, широкой и мускулистой. Этот мужчина не шёл не в какое сравнение с тем единственным, который был в её жизни.
Лишь теперь Диана поняла, как много она потеряла, чего была лишена. Она была вещью Аксагова и ничего не могла сделать с этим, не могла этого изменить… была его внегласной пленницей. Сейчас же от запаха свободы кружилась голова. Да за одну ночь с этим незнакомцем и умереть нежалко.
Артур видел с каким интересом и любопытством она его рассматривает. Смотрит так, словно впервые видит полуобнажённого мужчину. Это как минимум было странным, потому что невинной это девица точно не была.
Тогда почему?
Вопросов к ней было много, но ответы искать на них сейчас просто не мог. Завтра.
Громов запустил руки в её роскошные рыжие волосы, млея от жара её губ, когда она прикасалась ими к его груди, целуя, возбуждая, распаляя, заставляя сердце нестись в галоп и часто дышать.
Скинув с неё платье и кружевное бельё, мужчина громко застонал, сжимая в объятиях это совершенное
Избавившись от одежды, поднял её на руки и двинулся в сторону кровати.
— Имеешь ли ты хоть толику представления о том, как неистово я жажду тебя, рыжая бестия? Как сильно мечтаю о том, чтобы сделать тебя своей? — Артур лёг на неё сверху, ощутив, как она пришла в трепет, когда их обнажённые тела соприкоснулись, особенно, когда её тела коснулся его твёрдый член.
— Мне это хорошо известно, — страстно зашептала женщина, томно смотря на него, — если бы я хотела, чтобы ты сдерживался, то и не начинала бы эту игру, — она села сверху на него и упёрлась руками в его широкую грудь.
Артур с жадность рассматривал её тело, все эти плавные линии, округлую грудь, тонкую талию. Её зелёные глаза горели. Мужчина положил руки на её грудь, наслаждаясь её упругостью и формой, эта женщина идеальна.
Диана вызывала в нём чувство похожее на голод… на жёсткий, неутолимый голод. И голод настолько сильный, что ему просто необходимо его утолить, потому что бороться с ним не имеет смысла, да и не мог он, не хотел, когда зеленоглазая обнажённая фея находилась с ним в одной постели.
Артур пристально смотрел в её дурманящие, чарующие изумрудные глаза своими карими, в которых плескалась безумная жажда и плотский голод.
Опрокинув её на спину, он навис над ней. Губы мужчины потянулись к её грудям, подразнивая тугие соски, плотно смыкаясь на каждом по очереди, и девушка застонала от удовольствия, громко задышала, выгнула спину и прижала мужчину плотнее к себе.
Этот мужчина целовал её нежно, трепетно, не причиняя боли. Невольно Диана вспомнила, как грубо касался её Арслан, словно умышленно причинял боль. Нет, больше она никогда не будет с Аксаговым, особенно после того, как почувствовала, каково это быть с настоящим мужчиной.
Артур медленно опустил руку вниз по плоскому женскому животу, пока его ладонь не замерла между её ног.
Диана понимала, что это настоящее безумие. Но после того, как с ней поступил Аксагов, внутри неё что-то умерло, сломалось. По прежнему жить она больше не хотела.
Возможно, что у неё больше никогда не будет такого шикарного мужчины, как этот незнакомец. Так зачем отказывать себе в том, что она может сейчас получить? Аксагову она больше ничего не должна.
— Ты очень красивая… везде, — тихо говорил мужчина.
— Ты тоже, — улыбнулась она, устраиваясь сверху, оседлав его.
Мужчина простонал, когда его член вторгся в неё до отказа. Девушка слегка шевельнулась на нём, приспосабливаясь. Артур оказался полностью во власти этой рыжей бестии, хотя, прежде не особенно любил позволять женщине быть ведущей в любовной игре. Но сейчас, смотря на женщину, оседлавшую его, он не желал противостоять ей. Ему нравилась эта игра.
Диана жадно рассматривала его, поглаживая ладошками тугие мускулы, доводя мужчину этими прикосновениями до невероятного голода. Эти проворные женские ручки дарили потрясающие ощущения, поглаживающие, как ему казалось, все уголки его тела.