Девочка с Земли
Шрифт:
— Говорунов никогда и не было.
И еще много других ответов. Но мы так и не поняли, что же произошло на самом деле. Все признавали, что раньше говоруны были самыми обычными птицами и их любили держать дома и в зоопарках. Но за последний год говоруны почти все куда-то исчезли. Говорили, что по домам ходили люди и скупали говорунов. Говорили, что из зоопарка говорунов кто-то украл. Говорили, что в главном говоруньем питомнике они заболели лихорадкой и умерли. И чем безнадежнее было найти говоруна, тем больше Алисе хотелось хотя бы поглядеть на эту птицу.
— А что в
— Ничего особенного, — ответил Крабакас вежливо, свивая в кольца синий хвост. — Они говорят.
— Попугаи тоже говорят, — сказал я.
— Про попугаев не знаю, не слышал. Но, может быть, у вас называют попугаями говорунов?
— Может быть, — согласился я, хотя вряд ли попугаи водились на этой планете. — А где они водятся?
— Чего не знаю, того не знаю, — сказал Крабакас с Баракаса. — Может быть, они водились именно на этой планете. Я слышал, что говоруны могут летать между звезд и всегда возвращаются к родному гнезду.
— Не найти нам говоруна, — сказал я Алисе. — Придется возвращаться. Тем более что твой индикатор уже проголодался.
Индикатор услышал мои слова и в знак согласия стал светло-зеленым.
Мы повернули к выходу, и тут меня остановил крик Крабакаса. Он, как синий смерч, взвился над клетками.
— Эй! — кричал он. — Землянин, вернись скорей сюда!
Я вернулся.
Крабакас свился в клубок и сказал:
— Хотели посмотреть на говоруна? Ну, тогда считайте, что вам сказочно повезло. У меня за клетками спрятался человек, который принес настоящего взрослого говоруна.
Алиса, не дослушав, бросилась обратно, и за ней семенил индикатор, переливаясь от нетерпения всеми цветами радуги.
За стеной птичьих клеток спрятался маленький ушан с прижатыми ушами. Он держал за хвост большую бедную птицу. У птицы было два клюва и золотая корона.
— Ой, — сказала Алиса, — узнаешь ее, папа?
— Что-то знакомое, — сказал я.
— «Знакомое»! — передразнила меня Алиса. — Эта птица сидит на плече статуи Первого капитана!
Алиса была права. Я вспомнил. Конечно, именно говоруна изобразил скульптор.
— Вы продаете птицу? — спросил я у ушана.
— Тише! — зашипел тот. — Если вы не хотите ее и меня погубить, тише!
— Покупайте без разговоров, — сказал мне на ухо Крабакас с Баракаса. — Я бы сам купил, но вам она нужнее. Может быть, это последний говорун на планете.
— Но почему такая тайна? — спросил я.
— Я и сам не знаю, — ответил хозяин говоруна. — Я живу далеко от города и редко здесь бываю. Давным-давно, несколько лет назад, этот говорун прилетел ко мне. Он был истощен и ранен. Я его выходил, и он с тех пор жил у меня в доме. Этот говорун, видно, за свою жизнь побывал на разных планетах. Он говорит на многих языках. Несколько дней назад я был по делам в городе и встретился в столовой с одним старым другом. Мы разговорились, и старый друг сказал мне, что в городе совсем не осталось говорунов. Кто-то их скупает или убивает. А я тогда ответил другу, что у меня живет говорун. «Береги его», — сказал мне друг. Тут к нам подошел
— Он был в шляпе? — спросила вдруг Алиса.
— В шляпе, — ответил ушан. — А вы откуда знаете?
— Пожилой и худой?
— Да.
— Значит, это он, — сказала Алиса.
— Кто — он? — спросил Крабакас с Баракаса.
— Тот самый, который торговал червяками.
— Конечно, это он, злодей! — воскликнул Крабакас.
— Погодите, не перебивайте, — остановил нас ушан. — Я тогда отказался продать свою любимую птицу и поехал обратно домой. И представляете, в ту же ночь кто-то старался проникнуть в мой дом. А на следующую ночь меня хотели поджечь. Но говорун проснулся и разбудил меня. Вчера я нашел еще не оконченный подкоп под мой дом. А сегодня ночью в мою спальню кто-то бросил огромный камень. И я понял: если оставлю птицу дома, не жить мне на свете. Если не боитесь смерти, берите птицу, но за последствия я не отвечаю.
— Берите, — сказал Крабакас, — птица редкая, хорошая, а вам все равно улетать отсюда. Вам не страшно.
— Берем, папа? — спросила Алиса и протянула руку к говоруну.
Я не успел ответить, как говорун легко взлетел на плечо Алисы.
— Прощай, друг, — вздохнул ушан.
Я расплатился с ушаном, и тот сразу убежал. Даже деньги считать не стал.
— Кормить говоруна можно белым хлебом, — сказал нам на прощание добрый Крабакас, — и молоком. Полезно давать шиповниковый сироп.
Сказав так, Крабакас свернулся в синий клубок и улегся на клетку с канарейками.
Мы отправились к выходу с базара.
Впереди шла Алиса, и на плече у нее сидел говорун. Правда, он еще не сказал ни слова, но это меня не волновало.
За Алисой семенил индикатор и задумчиво менял цвета.
Потом шел я и вел на поводке купленного за бешеные деньги, очень редкого, работящего, почти разумного паука-ткача-троглодита. Паук прял аккуратный шерстяной шарф в клеточку, и уже связанный конец шарфа волочился по земле.
Сзади ехал автоматический вездеход, полный клетками и аквариумами, — там для человека и места бы не нашлось. Со всех сторон к нам оборачивались коллекционеры и повторяли на десятках языков:
— Смотрите, говоруна несут!
— Говорун!
— Живой говорун!
Вдруг говорун наклонил голову набок и заговорил.
— Внимание! — сказал он по-русски. — Посадка на эту планету невозможна. Я перехожу на планетарную орбиту, а ты, друг милый, не забудь включить амортизаторы.
Сказав это, говорун без всякой паузы перешел на незнакомый нам язык и барабанил на нем минуты две.
— Вот это попугай! — сказала Алиса.
Говорун замолчал, прислушался к ее словам и повторил:
— Вот это попугай!
Потом еще подумал и произнес моим голосом:
— Но почему такая тайна?
Потом голосом своего прежнего хозяина:
— В ту же ночь кто-то старался проникнуть в мой дом. А на следующую ночь меня хотели поджечь.
— Все ясно, — сказал я. — Нам с тобой, Алиса, повезло: это сверхпопугай, всем попугаям попугай. Он запоминает сколько угодно слов, и притом сразу.