Девочка Севера
Шрифт:
— Н-нет… — шепчу, понимая к чему он клонит.
— Ладно, — хозяин клуба склоняет голову. — У меня все равно сейчас будет видео с камер о каждой твой минуте в моем заведении.
— Пожалуйста, — с отчаянием прошу его. — Когда вам принесут видео, можно мне будет посмотреть, где я потеряла подвеску с цепочкой? Я искала. Наверно, кто-то себе забрал…
— Подвеску потеряла? — Бровь мужчины иронично дергается вверх. — Занятно… Свежо. Ну ка присядь, — кивает мне на стул, а сам выходит из-за стола и берет в руки какой-то металлический
Через секунду я понимаю, что это фонарик.
Яркий свет бьет мне в зрачки. Я прикрываю веки и закрываю лицо руками.
— Я вам не вру, — мотаю головой. — Вот смотрите, отодвигаю волосы, чтобы показать серьги. — Я в ювелирном в «Континенте» работаю!
— Где ты работаешь? — Настороженно переспрашивает мужик.
— Северов Сергей Валентинович — мой начальник… — малодушно прикрываюсь я именем человека, от которого сегодня сбежала.
— Ты украшения поносить что ли взяла? — хмурится этот Саид и бесцеремонно подходит ближе, собирая мои волосы на затылке в кулак и оголяя ухо. — Ну да… Тут карат точно есть.
Не зная радоваться или нет в том, что хозяин клуба мне верит, я активно киваю.
— Кулон был к ним в комплекте.
Мужчина с циничной ухмылкой рассматривает мое лицо.
— Это так забавно, что ты не осознаёшь, как сильно попала, что даже мило, — тяжелеет его голос.
— Я понимаю, — мотаю головой. — Но мы же можем вызвать полицию и всех досмотреть. Кулон найдётся и…
— Нет, — жмёт плечами мужчина. — В моем клубе отдыхают уважаемые люди, которые не любят ментов.
— Тогда… — чувствуя, как начинают трястись руки. Я лезу ими в сумочку. — Можно мне позвонить?
— Нельзя, — решает что-то в голове мужчина. — Я позвоню сам.
Он возвращается к своему месту и берет со стола телефон. Скользит пальцами по экрану и подносит его к уху.
— Север, привет!
Несколько секунд я слушаю тишину.
— Да погоди ты, — по-свойски перебивает его хозяин клуба, из чего я делаю вывод, что они знакомы. И снова не знаю, радоваться этому факту или нет. — У меня вот тут продавщица твоя сидит. Сопли наматывает на кулаки. Потеряла брюлик, который из магазина поносить взяла. Как тебя зовут? — хозяин клуба кивает мне.
— Соня, — выдавливаю из себя из себя с трудом, потому что паника и стыд сковали мое горло.
— Соня ее зовут. Ну и чего мне с ней делать? Сам накажешь? Или тебе она больше не нужна? — он замолкает, слушая Сергея. — Ну тогда я просто обязан ее тоже попробовать, — раскатисто ржёт и сбрасывает вызов.
Я подлетаю со стула и отшатываюсь дальше от стола. Мне не понравился конец их разговора. Сергей мог меня отдать этому мужчине? А почему нет? У них все возможно!
— Ну, — хозяин клуба небрежно снимает с себя пиджак и расстегивает рукава рубашки. — Чем займёмся, малышка? Как ты думаешь? Накажем тебя?
Глава 29. Рикошеты.
Сергей
— Ну я пойду, Сергей Валентинович, —
— Таблетку мне ещё у себя на столе оставь, — отвлекаясь от документов, поднимаю глаза. — И иди уже. Больше никаких корпоративов вам не будет. Как мухи варёные.
— До завтра, — Таня благоразумно смывается за дверь.
Я не сторонник пить вместе с сотрудниками. Во-первых это создаёт ненужную в работе иллюзию возможности панибратства. Во-вторых мой любимый коньяк стоит, как зарплата некоторых сотрудников, в-третих, когда градус переваливает за приличную отметку, лучше, чтобы рядом находились надёжные люди, с которыми не нужно следить за языком. А мой язык вчера нализался прилично.
Все потому, что появляться перед Соней в ещё на что-то способном состоянии я не мог. Я бы разорвал эту невинную строптивицу. И напугал бы так, что уже сложно было что-то исправить.
Поэтому, мы с Алексеем пробыли в ресторане всего час, а потом укатили к Саиду в клуб.
И черт… я даже не помню имени той девки, которая вчера залезла мне в штаны. Помню, что только волосы у неё были почти как у Сони. И это мне вставило. После уже старался ее профессиональный, горячий рот.
Глеб доставил меня домой полумёртвым.
Из нашего с ним общения я помню только то, что отдал распоряжение отвезти Соню на работу утром. И дальше в моем сознании до трёх часов дня наблюдалась чёрная дыра.
Офис проснулся ближе к четырём. Чтобы никого не уволить за бесконечные обсуждения праздника, перекуры и чаепития, я весь день просидел в кабинете и влил в себя шесть чашек кофе. Похмелье — это зло. Если бы я был большим иностранным политиком и решил завоевать власть в России, то просто запланировал бы это мероприятие на новогодние праздники.
Около семи вечера Соня написала, что останется ночевать у подруги. И я… малодушно этому обрадовался. Потому что хочу наконец-то выспаться, а то со дня появления этой девицы в моей жизни, сон покинул ее, как феномен.
Выкуриваю сигарету и ещё на пару часов пропадаю в документах. Мне не нравится, что налоговая не принимает отчеты. Пробирная заворачивает личные заказы уважаемых в этом городе людей, а Лёха уже втрой день злой, как собака, и никак не может закрыть вопрос с пожарным управлением.
Назревает вопрос. Роют против кого-то, а нас просто рикошетит. Или мы с Алексеем плотно встряли?
Решая сделать перерыв, снова тянусь к сигаретам и открываю окно.
На парковке умельцы развернули нелегальный елочный базар. Те минут пять, что я курю, торговля у них идёт очень бойко.
Я могу щелчком пальцев все это прикрыть, но… что-то меня останавливает.
Пытаюсь вспомнить, когда последний раз в своей жизни наряжал елку.
Наверное, с пацанами в армии. Да точно. Усмехаюсь. Это была альтернатива чистке картошки для новогоднего пюре. А потом уже через два года у мамы в Париже на Рождество.