Девочка в реакторе

…Черная “Волга” с тонированными стеклами въехала на территорию сельского городка.

— Ну что, мы уже приехали?! Сколько еще терпеть?

— Все в порядке, господин, мы уже почти на месте. Вы что, боитесь, что она ненароком оживет? А ее отец? Он в курсе, что его дочь умерла?

— Он даже не помнит ее имени. Папаша, называется…

Водитель кивнул, не решаясь спорить.

— О, как я рад видеть вас, мой дорогой друг! Знали бы вы, как мы по вам

соскучились! — человек с кудрявыми волосами и в строгом костюме распахнул свои объятия.

— Бросьте ваши фальшивые комплименты, товарищ Брюханов, лучше отведите к нужному месту.

— Это она?

— Она.

— Я могу взглянуть?

Мужчина скорчил недовольное лицо, но через минуту бросил:

— Взгляни.

Под свертком скрывалось лицо маленькой девочки. Все ее тело покрывали жуткие ожоги и язвы, замотанные бинтами и сокрытые гипсом.

— Чтобы ты спал спокойнее, товарищ Брюханов, несколько часов назад она скончалась от травм, несовместимых с жизнью, и этому есть соответствующее свидетельство, которое могу предъявить, если понадобится.

— Ну что вы, мой друг, я вам верю!

— Конечно верите, товарищ Брюханов, я заплатил вам за это немалую сумму. И давайте-ка закончим этот пустой треп. Время деньги, как говорят за рубежом.

Брюханов усмехнулся и, не произнеся ни слова, привел гостя к недостроенному зданию, на крыше которого возвышалась вентиляционная труба. Парочка направились через длинный, отсвечивающий золотом, коридор и вышли к толстой металлической двери. Потянув ее на себя, они вошли внутрь узкого пустующего помещения, а затем, миновав еще один коридор, прошли к цеху без крыши, в полу которого зиял глубокий котлован.

Мужчина опустился на правое колено и положил сверток на застланный плиткой пол. Развернул сверток и подхватил на руки легкое тело девочки.

— Такая короткая и такая несчастная жизнь…

— Зато ей не придется страдать, как я страдал. Для нее смерть — самый лучший исход. Ее никто и никогда не найдет. Чернобыль станет для нее вечной могилой.

Закончив последнюю фразу, мужчина опустил руки, позволяя маленькому трупику упасть на зияющее дно котлована.

***

…Она сидела на горячих от солнечных лучей ступеньках, когда подошел высокий темноволосый мужчина в строгом костюме.

— Как дела?

Ее тонкие розовые губы растянулись в улыбке.

— Хорошо! А вы кто?

Незнакомец присел перед ней на правое колено:

— Ты очень скоро узнаешь, Алина.

В пронзительных синих глазах промелькнуло удивление.

— Откуда вы меня знаете?

На строгом лице появилась кривая усмешка.

— Я родственник твоих родителей, хочу забрать тебя к себе. Ну, что скажешь?

Она наградила мужчину испытывающим взглядом.

— Мои папа и мама поругались два года назад. Папа ушел, а мама привела меня сюда, в детский дом, потому что я не понравилась моему новому папе.

— Я

знаю, Алиночка, я все это знаю, поэтому я хочу забрать тебя отсюда. Меня, кстати, можешь называть дядей Долгожителем. Своего имени я, к сожалению, не помню, как и детства, но мы с тобой, я надеюсь, найдем общий язык.

***

…Ее мама не всегда была такой сердитой и строгой.

— Папа…?

У отца была отличительная черта — он носил очки в толстых стеклах.

Когда он улыбался, в уголках глаз собирались мелкие морщинки, а лицо становилось еще круглее.

А еще папа умный, работает среди таких же умных людей, как и он сам.

— Золотце мое!..

Алина обняла его за толстую шею и припала носом в белую рубашку, вдыхая запах мужского одеколона.

— Па-ап…

— Да?..

— А почему ты не живешь вместе с нами?

Он убрал с ее лица выбивающиеся из прически волосы.

— Папе приходится работать…

— Просто у твоего отца другая семья!..

На пороге комнаты появилась высокая стройная женщина с длинными светлыми волосами. Ее глаза сияли настоящей небесной синевой. Даже золотистые пряди светились, когда солнечные лучи падали на прическу, создавая солнечный нимб.

Мама всегда поджимала губы и морщила лоб, когда папа уходил. Кончик ее носа смешно подрагивал. От недовольства она стучала ногой по полу, а в глазах метались сотни молний, готовых разорвать любого обидчика.

Девочка недоуменно посмотрела на своего отца.

— Ты еще слишком маленькая, чтобы это понимать.

— Мне пять лет, папа!..

— И ты так же умна, как и твой папа. И твой же папа научил тебя грамотно разговаривать, считать до ста и выучить весь алфавит наизусть. А еще собирался показать весь мир, но у папы возникли непредвиденные обстоятельства…

— А что такое — “непредвиденные обстоятельства”? — с трудом выговорила малышка.

— Неприятная неожиданность, которую сложно решить здесь и сейчас.

— А ты к нам еще придешь?

Отец виновато опустил глаза.

— Теперь ты видишь, что ты натворил? — грозно произнесла матушка, когда девочка, поджав губы, тихонько заплакала. — Ты нанес девочке травму! У нее вся жизнь будет сломана из-за тебя! Неужели ты это не понимаешь?! Почему ты не хочешь сделать то, о чем тебя просят?

— Я не собираюсь бросать Маргариту. А Алина… Я буду с ней видеться.

— Только через мой труп!

— Ты хочешь удержать меня ребенком?

— Я хочу, чтобы девочка росла вместе с отцом!

— Я не собираюсь больше обманывать свою семью!

— Твоя семья — это мы с Алиной!

Алина шагнула в спасительный полумрак своей комнаты, пытаясь скрыться под объятиями ночи от громкой ругани родителей. Прикрыла тихонько дверь, оставшись наедине со спасительной тишиной.

Малышка громко разрыдалась, услышав громкий хлопок входной двери и силуэт отца в окне.