Девочка-яд
Шрифт:
Прочитала. И ничего не ответила. Ни слова.
Даже в жопу меня не послала.
Я бы на ее месте послал. И не только в жопу, что уж там.
Просто закинула в «черный список». Снова. А я так хотел ей хоть что-нибудь донести. Не самое важное, это я сказал бы ей при личной встрече, а вот так, между делом, словно нас еще связывает невидимая нить. Конечно, я знал, что это бесполезные вещи, но мне в тот момент это казалось до чертиков необходимым. Ну вот, например:
«Я так скучаю по тебе, Яся».
«У
«Ты, наверное, все удалила. Так бы попросил парочку».
«Я завтра опять приду. Подарок тебе купил на восьмое марта. Делал на заказ. Надеюсь, понравится».
Допустим, я бы мог купить новую сим-карту и наваять ей целую «простыню». Но какой от нее толк? Лишь еще больше разозлю ее, вот и все. Встал на ноги, оглянулся на бесконечные обезличенные окна общежития, а потом уныло пошагал в сторону своего отеля.
На следующий день даже пытаться с ней встретиться не стал – заведомо провальное мероприятие. Просто зашел в здание и передал очередной букет пионов, а также продолговатую коробку с подарком для нее. Вот и все.
И улетел домой, все отчетливее понимая, что я практически проиграл в сухую. Она меня размазала. Да, если верить Евсееву она была в меня влюблена, и я реально причинил ей много боли. Но разве неправильно говорят, что от любви до ненависти всего один шаг?
И я ее подтолкнул в спину, чтобы она его все-таки сделала.
Вернулся в Москву и потянулись бесконечно унылые дни. Больше не хотелось гулять с друзьями, ходить по клубам и улыбаться новому дню. Хотелось сдохнуть. Особенно когда видел в институте, как зажимает свою Малиновскую Громов. Как она млеет в его руках и блаженно жмурится, стоит ему только на секунду прижаться к ней губами. И я так страшно им завидовал, что и не описать. Иногда не выдерживал этой изматывающей агонии и напивался в дугу. Один. Бездумно сидя на диване в своей огромной, но такой одинокой квартире и совершенно не понимая куда катится моя жизнь.
Как дожил до апреля, так и не понял. Наверное, просто дотерпел, скрипя зубами. А шестого апреля в мой кабинет вошел отец, уселся в кресло напротив и долго полировал меня пуленепробиваемым взглядом.
– Зачем разукрасил? – без приветствия кивнул он на мой забитый до локтя «рукав».
Я же только флегматично посмотрел на свою правую руку и пожал плечами.
– Я не знаю, пап, – потом поднял на него уставшие, покрасневшие глаза и честно признался, хриплым и сбитым голосом, – я вообще уже не понимаю, что вообще делаю и почему.
– Знакомое чувство.
– Да? – с сомнением спросил я.
– Да. Света у меня больше двух лет кровь пила, пока я за ней бегал как неприкаянный, а ты за пару месяцев в тень превратился, – и недовольно поджал губы.
– Ну ты же перед ней не
– Прямо сильно? – и прищурился.
– Прямо да, – выдохнул я и устало потер лицо ладонями.
– Изменил ей? – и было видно, что мой старик готов при моем положительном ответе прямо здесь и сейчас надрать мне зад.
– Нет.
– Нет?
– Нет! – и я подскочил на ноги, а потом и вовсе заметался по кабинету, – Я ей не изменял, но, черт возьми, она думает иначе.
– Интересно только почему? – почесал свою бороду отец и вопросительно изогнул бровь.
– Потому что я откровенно лапал другую девушку и Яся это увидела, – сказал и весь скривился под грузом своей вины.
– М-да, я даже предположить боюсь зачем ты это сделал, – покачал головой отец, и я не стал погружать его в безумие собственных мыслей, – я что пришел-то? Завтра у Светланы День рождения и она попросила передать тебе приглашение. Никаких празднеств не хочет, просто тихий семейный ужин. Тебя ждать?
– Ждать, – кивнул я и отвернулся к окну, а спустя пару мгновений услышал, как за отцом закрылась дверь.
А потом я открыл поисковик и вбил запрос. Пару минут и вот я уже договариваюсь о встрече. Чтобы уже на следующий день сесть в свой автомобиль с большой картонной коробкой, повязанной ярко-алым бантом.
Вот уж никогда бы не подумал, что буду выбирать для мачехи подарок, да еще и волноваться, понравится ей или нет. Наверное, это какой-то привет из детства, где я таскал родной матери подарки, а она отказывалась их оценить. И вот опять. Дерьмовое ощущение, вот, что я вам скажу.
Заехал во двор, а потом и вообще загнал тачку в гараж, решая, что может задержусь и мне не захочется ехать обратно в город. Обошёл машину, вытащил коробку и двинул в дом. Светлана и отец обнаружились в гостиной. Женщина сидела в кресле-качалке у камина, а мужчина расположился у ее ног, и они оба тихо смеялись, что-то обсуждая между собой.
Сразу почувствовал себя лишним и даже растерялся куда бы поставить коробку и свинтить, но в следующий момент отец поднял голову и тепло меня поприветствовал:
– О, сын, ты приехал? А мы тебя тут ждем, – и кивнул на жену, что смущенно поправляла прическу и одергивала домашнее, но красивое платье.
– Приехал, – кивнул я, – и подарок привез, – подошел ближе и поставил коробку у ног Светланы.
– Мне? Подарок? – недоуменно прижала руки к груди и посмотрела на меня мачеха.
– Ну да, с Днем рождения!
И женщина опустилась на колени, а потом поспешно начала развязывать ленты на коробке, пока наконец-то полностью не открыла ее. Всего секунда и ее лицо краснеет, а глаза наливаются слезами, а я пугаюсь не на шутку, боясь, что опять напортачил.