Девочка – загадка

Тюмень Ульяна

Спала четыре часа, иначе уже ничего не соображала.

Учеба на боевке вспоминалась, как сладкий сон, мягкий и щадящий.

Через три дня сжался мой браслет.

Ректор.

— Адептка, я спускаюсь к вам, магистр мне все рассказал.

Видеть никого не хотелось.

— Хорошо, я иду навстречу, магистр Рональд.

Ректор был не один, с ним спустился магистр Ридарр.

— Рика, не трясись, успокойся! Верь, все, что можно сделать, мы сделаем. Остаюсь с вами.

Я перевела дыхание.

— Да,

может, что-то по косвенным признакам найдем, очень объем большой, просто огромный.

— Ридарр, я понимаю, что еще кого-то сюда отправлять — бессмысленно?

— К сожалению, да. Язык гримуаров не только шифр, но и плетения другой магии, другой логики, и адресован женщине под заклятием с рождения. Иначе я бы вытащил что-то в бункер, навесил щиты и попробовал бы разобраться.

— Нет, не рискуй!

— Я и не хочу. Буду смотреть все, что доступно, ломать ничего не буду.

— Да. Хватит уже. Наломали достаточно. Связь держим.

Ректор погладил Шона, хотел что-то сказать. И промолчал.

Ридарр отправился к менталисту, а мы с Шоном пошли провожать и поднимать ректора.

Мы шли и тоже молчали.

Единственно, ректор спросил, есть ли просьбы, и как вулканы, я до сих пор чувствую их?

— Да, что-то у восточных гор назревает, я посмотрю по карте, а вот карты самые свежие, для сравнения, надо бы.

— Хорошо, все, что найдем, передам.

Попрощались, побежала назад, к гримуарам.

Каждый день мы с Шоном знакомились с двумя гримуарами, довольно подробно.

Главу, где шел разговор о метлах, нашла быстро. Там вскользь упоминалось о том, причем в виде небольшой дискуссии, возможен ли обратный обмен.

Но он был мужчиной.

И он был живым.

Разговор о том, что сделал сам Шон со мной, был короткий, старенький менталист все рассмотрел, но хитрый Шон сделал упор на свои чувства ко мне.

— Это как?

— Ну, он к тебе нежно относился… относится, и обошел заклятие…ищем дальше!

Ищем!

По вечерам мы собирались за ужином, и я задавала все вопросы, что у меня возникали. В первый день спросила:

— Магистры, мне кажется, сначала надо понять принцип разделения зон. Куда я вообще не захожу?

— Не так все просто, Рика. Вдруг, где-нибудь в уголочке, есть маленькое такое примечание.

— Да, может быть и так, только вероятность все же меньше?

— Рика, давай поступим так: мой наставник занимается артефактами, я смотрю все карты, и все, что мне доступно, без взломов. С классификацией зон мы занимаемся попутно, в последней, двадцать седьмой, собраны все данные об аномалиях, просмотришь свои гримуары, приходи туда. Я иду тебе навстречу, ты ж с первой начала?

— Да, веду отсчет от жертвенника. Меня еще стопка светлых книг ждет.

— Читай, и Шону основное рассказывай.

— Так

и делаю. До вечера!

— До вечера, Рика, сама ничего не предпринимай.

Разумеется!

Белые книги меня потрясли.

В красных книгах упор сделан на огненные расы, тех, кто владел огнем.

В черных — на некромантию, независимо от рас.

В зеленых — на силы природы.

А вот в белых — все расы, в том числе малоизученные, и их магические особенности. Легенды, сказания, и фактический материал, очень много всего. Я пролистала все до конца, но о ведьмах здесь не было ничего.

Где же записи о ведьмах, хотела бы я знать.

Неужели именно о себе они писали только в сравнениях? И непонятно, куда они себя относили, к людям?

Я опять открыла обзорный том, нашла перечень малоизученных рас. И сразу наткнулась на рисунок — скелет дракона!

Вот это да!

А ведь знала, что драконы существуют, в Океании, к примеру, но что они могли быть у нас, на Рандиане, даже не слышала.

Но раз скелет найден, следовательно, и у нас были драконы! Тогда почему они ушли? Может быть, есть какая-то связь с моим поиском?

Судорожно вспоминала все, что учили о драконах. Очень важны пары, это главное, уходят из миров только тогда, когда уменьшается магия, или есть такие аномалии, с которыми сами драконы справиться не могут. Самая долгоживущая из известных рас, до тысячи лет… Особенности развития, кладка яиц и прочая информация не пригодится… Что же еще… Магия драконов особенная, все менталисты и целители, отдельно целительство, как дисциплина, не очень развита…

Интересно, почему оставлено несколько чистых лист, кто-то должен был записывать дальше?

Ответов не было. Да, интересно, но пока не к нам!

От отчаяния меня спасали Шон и река. Вода была с пузырьками и запахами, но после нее усталость не была такой давящей.

И Шона я обмывала, его обугленность меня просто доводила до истерики. Нежно вытирала и обнимала. Как он, в сознании или в беспамятности, не понимала.

Встретились мы с магистром Ридарром в тринадцатой зоне. Собственно, встретились мы все, в зоне у ящика с метлами сидел чем-то довольный старенький менталист.

— Ульрика! — позвал он меня и хитро посмотрел на магистра Ридарра, — иди сюда с Шоном, и клади его в этот ящик.

— Зачем?!

— Лечиться!

В ящике уже лежала светлая метла.

— Клади, не бойся. Белая его должна подлечить.

— В смысле?

— Она — дракон.

— Магистры, что вы можете знать о драконах!?

— Внук, — улыбнулся старший менталист, — отойди туда, там больше пространства.

Дед и внук!

Ридарр отошел, посмотрел на меня, отошел еще дальше, я не успела перевести дыхания и взвизгнула!